Да, получили невинные жертвы дикие истязания на радость извращенцам и совершенно законных основаниях.
Сейчас нужно было спасаться. Русские уже перемахнули через стены. Бои кипят на улицах. Масса крови, убийства под беспрерывное звяканье оружия.
Аленушка кидает диски, Сотников работает весьма энергично саблями. Рубит всех, кто попадает под руку. Вот он столкнулся с полковником. Настоящий гигант с длинным мечом. Князь подпрыгнул, рубанул по шлему. Противник зашатался. А следующий удар отделил голову полковника от тела.
— Но не теряйте головы, господа! — произнес Сотников, посмотрел на Аленушку и подмигнул ей. Аленушка метнула диск. Попало в горло ляху.
Князь на глазах любимой произвел сальто, долбанул сапогом в грудь противнику и сказал:
— Какие они здесь все слабые! Даже не интересно сражаться. Скоро уж всех перебьем.
Но уцелевшие ляхи и наемники начинают бросать оружие и сдаваться.
Последним отрядом, который перебили в Перемышле, была рота иезуитской стражи.
Аленушка рубила и бросала диски с особым остервенением. Она знала, что иезуиты жестоко мучили женщин, выступая в качестве инквизиторов. Могли любую красивую девушку объявить ведьмой и даже сжечь на костре.
Аленушка сама являлась ведьмой. Она уважала Родноверие, потому что в нем магия считалась даром Богов, а вовсе не сатанизмом. Подруга Сотникова сражалась, в том числе, и за Русских Богов. Ей хотелось верить в что-то такое, что дарило бы счастье людям на земле, вместо посулов вечной жизни после смерти.
Когда перебили почти всех иезуитов, выяснилось, что самый важный из них исчез. Ему удалось уйти. Но это не помешало устроить победный пир. Как без этого?!
Сотников снова плясал. Аленушка и Альбина сражались в шутейном бое на саблях…
Тем временем пришло тревожное сообщение: Сигизмунд и его сын Владислав сбежали, а Ватикан снова выделил средства для набора наемников со всей Европы.
Герцог Барбаросса тоже копил силы. И мобилизовывал войска в районе Вроцлова. Готовилась мощная битва. Теперь еще и король Польши на свободе.
Хотя Сигизмунд с сыном попали в плен, однако случилась оказия: им удалось уйти. Разумеется, не просто так. Боярская пятая колонна действовала. За больше деньги иезуиты подкупили конвой и думского боярина Функина, отвечающего за пленных.
Теперь польский король получил шанс поквитаться с обидчиками.
Но русские, похоже, ничего не боялись. Войско воеводы подошло к Гродно. Мощная и богато оснащенная армия Скопина-Шуйского одним своим видом вгоняла ляхов в дрожь. А уж когда заработала артиллерия… Просто ужас для шляхты.
Бомбардировка города длилась несколько часов. После чего начался штурм.
Скопин-Шуйский лично участвовал в бое. Михаил Васильевич ударом кулака раскроил череп польскому пану и проревел:
— Слабый с сильным не дерись!
Затем опять обнажил свой огромный, острый, особой закалки меч.
Ляхи и наемники падали под напором русских. Видно было, что Гродно им не удержать.
Одна из стрел попала в кольчугу большого воеводы, но сломалась. Осторожнее все же надо быть главнокомандующему.
Ляхи бросают оружие, падают на колени и истошно молят о пощаде. Еще один исконно русский город становится свободным от польского владычества.
Теперь большая и хорошо организованная русская армия может двигаться дальше.
ГЛАВА 46
А Сотников шел на соединение с другой стороны. По пути предстояло взять Криков, очень крупный, хорошо укрепленный город.
При подходе к городу Аленушка, сказала:
— Мы сумеем без особого труда и этот город взять!
Сотников согласился:
— Конечно же, сумеем!
Но у стен города произошла кровавая стычка. Больше тысячи ляхов попытались атаковать русское войско. Однако меткий огонь из скорострельных мушкетов охладил пыл поляков. Оставив множество трупов, они отступили.
В бою был убит гетман. Снайпер с дистанции накрыл его точным выстрелом из мушкета. Но гарнизон огромный, стены высокие и толстые.
Сотников приказал дождаться подхода артиллерии и обстреливать город с одной стороны. А пока решил перехватить шедший на подмогу ляхам отряд наемников. Последовал бой, кровопролитный, жесткий. Русские имели преимущество и быстро рассеяли наемников.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Аленушкой был убит французский граф, который командовал корпусом. Боевая подруга Сотникова сняла его ядовитой пулей из мушкета.
Алексей, как обычно, махал мечами с энтузиазмом. Рубить своей сильной рукой он любил.
Тем временем русские пушки работали по одной из толстенных стен. Криков в свое время не смогли взять полки Сулеймана Великолепного. Этот город считался почти неприступным.
Сотников приказал не торопиться, вести длительный и тщательный обстрел. Боеприпасов пока достаточно. Потом можно будет приготовить и заложить мощную взрывчатку.
Тем временем Скопин-Шуйский не спешил на подмогу Сотникову. Его войска пошли на штурм Бриста. Воевода не захотел оставлять у себя в тылу мощную крепость.
Штурм оказался скоротечным, но кровопролитным. Брист пал. Русские обезопасили свои тылы и продолжили движение на Криков победоносным маршем.
Сигизмунд и Владислав отошли от неприятностей плена и рассылают во все стороны гонцов. Они хотят подкреплений. Надеясь, в первую очередь, на Римский престол. Но у Ватикана средства не беспредельные. Тоже проблемы с казной.
Среди наемников возросло дезертирство — не очень-то хочется умирать.
Русская армия велика числом, король Сигизмунд не имеет больше численного перевеса, сильно уступает и качеством войск. Все это вынуждает его просить мира. Король посылает к Скопину-Шуйскому гонцов, предлагает ему титул Великого Князя Литовского и все земли этой державы. Но Скопин-Шуйский ответил, что проблемы следует решать до конца. Его армия продолжила движение к Крикову.
Обстрел Крикова артиллерией Сотникова продолжался, пока одну из российских пушек не разорвало от перегрузки. После такого происшествия обстрел решили временно прекратить.
Аленушка предложила свое любимое решение:
— Надо пойти на штурм! Затягивать нечего!
Альбина посоветовала:
— Возобновим обстрел. Пока не стемнеет, пусть действуют пушки, а ночью можно идти на приступ.
Сотников скептически сказал:
— За стенами ляхов и наемников не меньше, чем нас.
Аленушка сердито спросила:
— А когда нам это мешало?
Сотников наелся войной, не хотел больше ничего штурмовать, но решительно приказал:
— Продолжить обстрел и быть готовыми к штурму!
Стрелять пришлось недолго. Уже поздняя осень, темнеет довольно рано.
Как только стало совсем темно, звучит сигнал к штурму. Русские войска атакуют противника. Впереди Сотников со своей боевой подругой.
Аленушка опередила всех и вскарабкалась на разрушенную стену. Срубила с наскока ляха и прокричала:
— Пусть славиться русская земля!
Сотников тоже рубит. Проводит мельницу, свой коронный прием. Попадает поляку в острие подбородка. Тот падает со сломанной челюстью.
Ляхи и наемники пытаются стрелять, но ночью их огонь не эффективен. А русские уже входят в ближний бой.
Сотников срубает очередного противника. Его сабли острые, он не дает шанса парировать свои удары.
Еремка поразил снайперской стрелой противника и на радостях закричал:
— Я воитель номер один, если не считать Алексея!
Пускай развлекается! Героический парень. Не уступают ему и девушки, Аленка с Альбиной. В какой еще армии есть такие воительницы? Могут рубиться с отчаянной яростью, никому не дадут ни малейшего спуска.
Сотников продвигался по стене. Махал саблями, убивая попадавшихся на пути ляхов. Он действовал с потрясающей эффективностью. Настоящий супергерой!
Аленушка сокрушала мощным ударом меча французского барона, командующего наемниками. Его защитная броня лопнула как кожура жаренных семечек.
Аленушка прокричала с дикой яростью:
— Пусть славится Россия — страна святых людей!
