— Интересно. Ты говоришь это так, словно не боишься.
Альберт сделал шаг вперёд, его взгляд был холодным, но решительным.
— Ты думаешь, я не боюсь? — произнёс он. — Конечно, боюсь. Но страх — это не повод стоять на месте.
Висп снова задвигался, кружась вокруг Альберта, его глаза сверкали то ярче, то тусклее.
— Хороший ответ, — наконец произнёс он, его тон был одновременно одобрительным и испытующим. — Но в твоём случае ничего вырезать не нужно, так что успокойся.
Альберт чуть приподнял бровь, недоверчиво посмотрев на Виспа.
— Правда? А я уж подумал, что ты собираешься устроить мне очередное испытание.
Висп издал лёгкий смешок, словно ветер пронёсся по залу.
— Ты уже проходишь испытание, Альберт. Каждый шаг, каждое решение, каждый вопрос, который ты задаёшь. Но, знаешь… Не всё должно быть о боли и жертвах. Иногда путь вперёд — это просто умение принять то, что ты есть.
Альберт остановился, переваривая его слова. Он ожидал трудностей, битвы с самим собой или с чем-то ещё, но услышать, что ничего кардинального менять не нужно, было неожиданно… Облегчением.
— Ну, если так, — сказал он, пожимая плечами. — Тогда давай уже двигаться дальше.
Висп остановился прямо перед ним, его светящиеся глаза смотрели пристально, словно пытаясь проникнуть в самую глубину души Альберта.
— Как скажешь, — произнёс он, а затем обернулся в сторону зала, где снова начали проявляться полки и предметы. — Но помни, Альберт, простота бывает обманчива. Ты уверен, что не ждёшь подвоха?
Альберт слегка усмехнулся.
— От тебя? Всегда.
Висп снова засмеялся, но его смех был странным — не насмешливым, скорее, как будто он действительно нашёл слова Альберта забавными.
— Хорошо, — протянул он, мерцая в воздухе. — Будь начеку, если хочешь. Хотя, может, именно это и станет твоим подвохом.
Альберт скрестил руки на груди, продолжая пристально наблюдать за Виспом.
— И так, на чём мы остановились? — продолжил Висп. — А, как я и говорил, я не буду ничего у тебя вырезать или удалять.
— Уж не знаю, радоваться мне или готовиться к худшему, — сухо отозвался Альберт.
Висп хихикнул, будто Альберт сказал что-то невероятно смешное.
— Ну, это зависит от того, как ты смотришь на вещи.
Он замер, словно обдумывая что-то, затем глаза его сверкнули чуть ярче, и он произнёс с неожиданной прямотой:
— Твой случай слишком прост, Альберт. На твоём теле стоят ограничители. Причём их много, и они очень сильно давят на тебя.
Альберт нахмурился, его взгляд стал напряжённым.
— Ограничители? О чём ты вообще говоришь?
— О том, что ты носишь в себе, — пояснил Висп, кружась вокруг него медленно, как ветер, изучающий каждую грань. — Это как цепи, но их не видно. Они не только сковывают твоё тело, но и душу. Ты можешь чувствовать их, даже если не осознаёшь этого.
Альберт посмотрел на свои руки, будто ожидая увидеть что-то, чего раньше не замечал.
— И что мне с этим делать? — спросил он, голос его звучал сдержанно, но в нём чувствовалась решимость.
Висп остановился прямо перед ним, его глаза были словно яркие звёзды в бесконечной тьме.
— Хм… Ничего, — начал он с лёгкой усмешкой, но его голос приобрёл ледяной оттенок. — Моя способность — это проникать в чужие тела и получать полный контроль над организмом и душой. Я могу манипулировать всеми чувствами, ограничениями, могу даже поменять функционал тела.
Альберт резко напрягся, его взгляд стал настороженным.
— Ты шутишь, да? — спросил он, чувствуя, как лёгкий холод пробежал по спине.
Висп тихо рассмеялся, его смех был мягким, но каким-то пугающим.
— Шутить? — произнёс он, словно это слово показалось ему странным. — Нет, Альберт. Это не шутка. Это то, чем я являюсь. Моё «я» не ограничено телом, ведь его у меня нет. Но твоё тело… Твоя душа… Это как открытая книга для меня.
Альберт сделал шаг назад, но тут же остановился, осознавая, что отступать некуда.
— И зачем ты мне это говоришь? — холодно спросил он.
— Потому что хочу, чтобы ты понял, — ответил Висп, его голос снова стал мягким, почти утешительным. — Если я этого не делаю, то только потому, что не хочу. И пока ты держишься своей воли, я не имею права нарушать твои границы.
Альберт смотрел на него, пытаясь понять, где заканчивается правда и начинается угроза.
— А если я потеряю эту волю? — произнёс он тихо, почти шёпотом.
Висп замер, его глаза на миг погасли, прежде чем вспыхнуть ещё ярче.
— Тогда, Альберт, ты будешь лишь пустой оболочкой. А я… Стану всем, что останется.
Тишина, заполнившая комнату, казалась почти осязаемой. Альберт чувствовал, как воздух вокруг становится тяжелее, словно сам Висп контролировал даже это. Он не отводил взгляда от мерцающих глаз существа, пытаясь найти в них хоть крупицу честности или хотя бы намёк на ложь. Но он не находил ничего, кроме бесконечной глубины, полной загадок.
— Ты хочешь сказать, что всё это время ты мог… Просто взять меня под контроль? — голос Альберта дрогнул, но он старался держаться уверенно.
— Мог бы, — спокойно подтвердил Висп, словно речь шла о чём-то незначительном. — Но это было бы скучно. Ты ведь уникален, Альберт. У тебя есть та воля, которую я не могу подчинить, пока она не сдастся сама.
Альберт нахмурился, его разум лихорадочно искал ответы. Что это? Угрозы? Предупреждения? Или, может, Висп пытался что-то доказать?
— И зачем тебе эта воля? — спросил он, стараясь не выдать своей растерянности. — Тебе же, кажется, хватает своих возможностей.
— Хватает, — подтвердил Висп с едва заметной усмешкой. — Но твоя воля — это нечто редкое. Она придаёт вкус всему. Без неё жизнь… Безвкусна. Пустая. Ты держишься, Альберт. Это вызывает уважение. И любопытство.
Альберт сделал глубокий вдох, чтобы успокоить колотящееся сердце. Каждое слово Виспа звучало одновременно как комплимент и как зловещее предостережение.
— Значит, пока я держусь, ты ничего не сделаешь? — спросил он, испытующе глядя на Виспа.
— Именно так, — коротко ответил тот, и его глаза снова загорелись мягким светом. — Но запомни: воля — это не вечный ресурс. Её легко истощить. Береги её, Альберт. Иначе я… Буду вынужден стать тобой.
Альберт почувствовал, как нарастающее напряжение обрушивается на него. Висп говорил спокойно, почти мягко, но в его
