Читаем без скачивания Драмы и секреты истории, 1306-1643 - Робер Амбелен

Но если Жиль де Рэ еще не погряз в сатанизме и садизме, которые через 11 лет привели его на виселицу и на костер, на него уже наложил отпечаток ужасный порок — половые извращения. В раннем отрочестве он предавался им, играя пассивную роль; повзрослев, стал играть активную роль, используя мальчиков и девочек. Нет сомнения, что при дворе, где все всё знали и обо всем сплетничали, прискорбные наклонности Жиля ни для кого не были тайной. И вот именно его Жанна выбрала своим телохранителем и ментором. Ни св. Михаил Архангел, ни св. Екатерина, ни св. Маргарита не навестили ее, чтобы отговорить от такого поразительного выбора.

Но вот для Жиля стала Жанна любовью с первого взгляда. Эта юная особа, так напоминавшая некоторыми особенностями юношу, особа, которая не была ни однозначно женщиной, ни однозначно мужчиной, это фактически двуполое существо сразу очаровало Жиля. Отныне он посвятил себя Жанне. Хотя это влияние ни в чем не изменило постепенного подчинения Жиля его извращенным наклонностям. За ним уже установилась репутация вешателя, безжалостно обрекавшего на смерть любого пленника, который был не в состоянии заплатить выкуп. Ничто не говорит о том, что Жанна хоть раз пыталась смягчить его нравы по отношению к побежденным. Возможно, если бы она попробовала сделать его более кротким, он позднее не так бы легко пошел по пути садистских преступлений по отношению к детям, которых он насиловал и пытал в своих крепостях Тиффож, Машкуль и Шантосе.

Как бы там ни было, когда Жанна под Компьеном была взята в плен, он предпринял ряд попыток для ее освобождения, собирая и оплачивая наемников для этой цели. Нам удалось узнать даты некоторых из них: в частности, в 1430 г., в Лувье. Во славу Жанны он приказал написать «Орлеанскую мистерию». Он позаботился о том, чтобы она была разыграна в театре, и оплатил связанные с этим огромные расходы, вследствие чего его финансы окончательно пришли в расстройство, при том, что и без того они были в жалком состоянии, ведь каждое представление обходилось ему втридорога, так как за серию представлений мистерии он выплачивал по 80 тыс. золотых экю.

Став официально Дамой дез Армуаз после своего брака, Жанна Девственница сразу же вновь отправилась в поход. Она начала с того, что прибыла в Тиффож, где, как ей было известно, проживал Жиль. Откуда она знала это? Во Франции, терзаемой войной, в отсутствие каких бы то ни было средств массовых коммуникаций о происходивших в Бретани событиях люди узнавали в Провансе лишь через несколько месяцев. А вот ей было известно, что в Тиффоже она встретится с Жилем, который в ожидании встречи с ней велел приготовить в ее честь новое представление «Орлеанской мистерии». Ясно, что они постоянно поддерживали связь друг с другом.

Новая Дама дез Армуаз[84] выехала из Меца в декабре 1436 г. Значит, в Тиффоже она оказалась в начале 1437 г. Первые преступления Жиля де Рэ относятся к 1432 г., если верить его собственным заявлениям на процессе в Нанте. В 1437 г. он уже был окружен сообщниками: во-первых, обоими его кузенами, Жилем де Сийе и Роже де Бриквиллем; далее — Эсташем Бланше, священником из епархии Сен-Ло, педерастом, как и сам Жиль; затем — Анрие и Пуату, двумя неразлучными дружками, объединенными пороком, преступлением и сатанизмом (их настоящие имена Анри Гриар и Этьенн Корийо). Наконец, в 1438 г. в Тиффоже появился итальянец Франческо Прелати, монах-минорит[85] из епархии Ареццо. Алхимик, предсказатель по пригоршне праха, колдун, едва достигший 24-летнего возраста, он быстро превратился в мастера черных дел в этой зловещей шайке.

А когда весной 1437 г. Дама дез Армуаз отбыла из Тиффожа, то ее сопровождало многочисленное войско, солдат которого оплачивал Жиль де Рэ. Командовал им один из его вассалов, Жан де Сиканвилль. Из некоего текста, находящегося в Национальном архиве, мы узнаем, что Жиль де Рэ действительно участвовал вместе с Дамой дез Армуаз в походе в июне 1439 г. (см.: Сокровищницу хартий, Национальный архив). Это — грамота о помиловании, подписанная 29 июня 1441 г. самим Карлом VII. Речь идет о помиловании этого Жана де Сиканвилля.

Если, как мы вскоре это покажем, Жанна Девственница и в самом деле стала Дамой дез Армуаз, то ее таинственные голоса так ничего ей и не сообщили о моральном падении того, кто являлся ее боевым соратником и покровителем начиная с 1429 г. И ничто не привлекло ее внимания в ходе ее пребывания в замке Тиффож, в котором за пять лет случилось столько убийств и изнасилований множества детей.

Если зрительные и слуховые галлюцинации проистекали из своеобразия ее психического строя, то обе эти паранормальные способности с годами могли ослабеть и даже исчезнуть. Но если их источником были внешние явления, то, значит, обоснованным было недоверие руанских судей, у которых были основания подозревать бесовское влияние вместо воздействия со стороны святых женского пола, которых к тому же никогда не было на самом деле. И надо полагать, что эти таинственные, но злые силы обеспечили неведение Жанны о преступлениях, творимых в Тиффоже. Эти силы покрывали преступления маршала де Рэ, поскольку данные злодеяния вполне соответствовали природе и замыслам этих сил, то есть — нравственному разложению и погибели тех, кто вызывал злых духов.

И если Дама дез Армуаз в самом деле — бывшая Жанна Девственница, то она оказалась обманутой без всякой вины с ее стороны теми же силами и до процесса в Руане, и после него. Нельзя сомневаться в вере и искренности Жанны, когда речь идет о слышимых ею голосах. Если, как утверждал инквизитор Жан Бреаль на оправдательном процессе в 1452 г., «она хитроумно притворялась», то ей никогда не пришлось лгать о своей христианской вере. Конечно, в поведении Девственницы были странности. В Руане, как известно, судьи стремились дознаться, не был ли ее штандарт волшебным. На такую мысль их мог навести эпизод из атаки на Турнель в Орлеане. Первый натиск был отбит. Дюнуа велел трубить отступление. Но Жан д’Олон решил атаковать снова, велев следовать за собой доблестному солдату Николя д’Астараку по кличке Баск, которому изнемогший паж Жанны доверил штандарт. Под градом английских стрел оба они добрались до крепостной стены. Девственница не смотрела в их сторону, но приказала одному из рыцарей своей свиты: «Следите за тем, когда бунчук моего штандарта коснется стены». Прошло какое-то время. Вдруг кто-то радостно воскликнул: «Жанна, бунчук знамени коснулся стены!» «Тогда вперед! — закричала она. — Все в ваших руках». Французы вновь устремились к стенам, Турнель был взят штурмом. Позже говорили, что ее штандарт — талисман победы, но враги ее усмотрели в нем нечто иное[86].

Известно, что Жанна дважды была ранена, что вполне естественно и чего всегда следует ожидать участнику боев. Но поводом для изумления и многочисленных комментариев, в которых, как нетрудно догадаться, все объяснялось сверхъестественным вмешательством, божественным или бесовским, стал огромный камень, разбившийся о ее шлем, не причинив ей никакого вреда. Там, где верующие нашего времени видят всего лишь еще одно чудо, противники Жанны усмотрели покровительство злых духов.

Далее следует упомянуть случай в Ланьи, когда Жанна, в объятиях которой оказалась девочка, считавшаяся мертвой, передала этого младенца его матери вполне ожившим. И поныне фанатики Девственницы усматривают в этом чудо. К несчастью, этот случай не получил достоверного подтверждения, да и сомнения, вызываемые им, настолько велики, что католическая церковь не стала даже принимать его во внимание в своем решении от 18 апреля 1909 г. о причислении Жанны к лику святых. А ведь список чудес, приписываемых Девственнице, был и так невелик: три не слишком достоверно подтвержденных излечения, из которых одно связано с «посредничеством пресвятой Богоматери».

Иные ее деяния получают различную оценку в зависимости от того, исходит ли она от бургундцев или арманьяков. Например, как-то Жанна в сопровождении Луи II де Бурбон-Вандома и свиты вельмож поднималась к Шинонскому замку для появления на официальном приеме в ее честь. Навстречу ей по тому же спуску ехал всадник, который при виде девушки в мужском костюме грубо выругался и грязно пошутил. Девственница остановилась и просто сказала: «Вы богохульствуете и всуе поминаете имя Господа нашего. А ведь вы уже так близки к нему…» Впоследствии стало известно, что человек этот упал в воду и утонул, увлекаемый своим тяжелым снаряжением. Враги Жанны усмотрели в этом воздействие «сглаза». Мы же просто скажем, что она «предвидела» эту скорую смерть.

В Жаржо она внезапно велела Жану Алансонскому встать на другое место, «иначе эта пушка убьет Вас». Юный герцог перешел на другое место, и в то же самое мгновение пушечное ядро поразило владыку де Люда, неосторожно приблизившегося и занявшего место, где только что находился герцог.