Брат согласился с ней, и Уилтоны наконец скрылись из виду. Еле переводя дух, Филлис взбежала по лестнице к себе в спальню. Ее намерение смириться с браком в очередной раз сильно поколебалось. Подумать только, Флора Уилтон ей сочувствует! Это невыносимо! А Бернард Уилтон считает Оливию Глоссберри единственной умной девушкой в своем окружении! Неужели его не привлекает красота, а лишь умение говорить о малопонятных вещах, свойственное мужчинам и совсем не подходящее юным девушкам?
Филлис почувствовала обиду. Против ожиданий, Уилтон не пленился хорошенькой изящной Розамундой Тиллард и даже сумел почувствовать ее неискренность, и в то же время готов игнорировать помолвку Оливии! Неужели он влюблен в эту самоуверенную цаплю?
— Невероятно! Я никогда не смогу понять этого человека, — бормотала Филлис, накручивая на палец густой блестящий локон. — Лучше бы я никогда с ним не встречалась!
То же самое она говорила и о своем знакомстве с Ризингом. Да и мистер Баррит не оправдал ее ожиданий, пусть даже она сама отказалась от помолвки с ним и не жалела об этом. Похоже, все ее последние знакомства с молодыми джентльменами оказываются крайне неудачными. И все же никто не раздражал ее так сильно, как Бернард Уилтон.
17
— Он удивительно хорош собой!
— И, кажется, всерьез увлечен Оливией Глоссберри!
— Вот уж никогда бы не подумала, что девушка с ее внешностью может покорить такого красавца!
— Неужели его сердце задето? Ведь она помолвлена, и лорд Глоссберри не позволит ей выйти замуж за кого-нибудь, кроме одного из ее кузенов, все девушки в их роду должны поступать так!
— Все в округе знают это, но ведь мистер Уилтон недавно в наших краях и может заблуждаться!
— Уверена, кто-нибудь уже просветил его, на много миль вокруг слишком много молодых девушек и недостаточно кавалеров. Бриджит и Конни танцевали с ним на прошлом балу, а они не упустят случая оговорить соперниц!
— И тем не менее, Лиз, мистер Уилтон прогуливается с Оливией по террасе уже добрую четверть часа, раз уж не может танцевать с ней столько, сколько ему бы хотелось!
— Не ему одного хотелось бы танцевать с одной и той же партнершей весь вечер. Посмотри на Кло Бентуин — Ричард Смулетт буквально пожирает ее глазами!
Филлис раздосадованно захлопнула веер, поднялась со стула и направилась вглубь бальной залы. На протяжении последних минут она прислушивалась к разговору двух юных леди, сидящих перед ней, и узнала множество сплетен, нимало не интересовавших ее. Болтовня казалась ей скучной до тех пор, пока подруги не перешли к обсуждению мистера Уилтона.
Бал продолжался уже почти два часа, и за это время всем более или менее наблюдательным леди открылась непреложная истина — невероятно обаятельный насмешник мистер Уилтон предпочитает общество дочери лорда Глоссберри всякому другому. После нескольких танцев с самыми прелестными леди Уилтон, очевидно, счел себя свободным проводить время так, как ему угодно, и увлек Оливию Глоссберри на террасу, где они оживленно обсуждали что-то на глазах у любопытной публики.
«Как он мог пренебречь Розамундой и еще десятком красивых девушек! — с возмущением думала Филлис. — Конечно, она дочь лорда, но эти две сплетницы правы — лорд Глоссберри не выдаст Оливию замуж за человека, зависящего от доброты своих дяди и тетки!»
Ее злость на Уилтона, кажется, достигла в этот вечер небывалых высот, хотя именно сегодня он не делал попыток испортить ей настроение и даже словно бы вовсе ее не замечал.
«О чем я думаю! — спохватилась Филлис, стоило ей заметить в толпе обеспокоенное лицо сэра Джона, явно разыскивающего ее. — Ведь совсем скоро объявят о двойной помолвке! Имоджин и Баррит, наверное, не дождутся этой минуты, а мне придется собрать все свои силы, чтобы стоять с улыбкой посреди зала и принимать поздравления всех этих людей! Только бы не смотреть в это время на Уилтона, его самодовольную усмешку я просто не вынесу!»
Розамунда сказала подруге сегодня утром, что сэр Джон проявил некоторую заинтересованность в беседе с ней, но Филлис уже не верила в предприимчивость компаньонки. Мисс Тиллард ведь не удалось покорить Уилтона и заставить его страдать, как хотела бы Филлис.
«Почему я хочу видеть его несчастным? — думала она, прячась от сэра Джона за необъятной фигурой чьей-то тетушки или бабушки. — Он столько раз говорил мне жестокие и оскорбительные вещи, и я не успокоюсь, пока не отомщу ему за каждое слово, ранившее меня! Ох, сюда идет моя мать! Значит, скоро мне придется услышать, как меня называют невестой сэра Ризинга!»
Филлис осталась стоять на месте, пытаться убежать от матери было глупо и бессмысленно. Жаль, что она не укрылась в лабиринте, где по совету Флоры Уилтон все-таки были поставлены столы с напитками, пирожными и вазами, наполненными фруктами. Юные леди и джентльмены с удовольствием предавались флирту в уютном полумраке лабиринта, подсвеченном китайскими фонариками, и почтенным матронам оставалось только ворчать и посылать младших сестер или братьев на поиски исчезнувшей с поклонником дочери или племянницы.
— Ступай наверх и поправь локоны, через полчаса распорядитель бала объявит перерыв в танцах, и мистер Грейстоун сообщит о помолвке Имоджин, а затем твой отец огласит твою помолвку. — Запыхавшаяся миссис Найт была явно недовольна тем, что не нашла дочь рядом с Ризингом. — И сделай что-нибудь со своим лицом, ты выглядишь слишком бледной!
Филлис послушно направилась к выходу из зала. Возле одной из дверей она столкнулась с Уилтоном и Оливией Глоссберри, входившими в бальный зал.
— Думаю, вы сумеете обо всем договориться, — услышала Филлис слова Оливии.
«О чем они говорили? — размышляла мисс Найт, пока поднималась по лестнице в свою комнату. — Неужели Уилтон сделал Оливии предложение, и она считает, что ее отец благосклонно примет будущего наследника мистера Олдхэма?»
Никаких других предположений не могло возникнуть в растрепанной головке Филлис. Уилтон женится на дочери лорда Глоссберри или хотя бы попытается это сделать!
У себя в спальне она присела к туалетному столику, взглянула на свое отражение и собралась уже позвонить горничной, чтобы та занялась ее волосами, когда вдруг, совершенно неожиданно для себя самой, уронила голову на сложенные на столешнице руки и разрыдалась.
— О, как он может так поступать! Оливия ведь совсем некрасивая и к тому же готова бесконечно рассуждать об оснащенности флота Ее величества и последних прениях в палате лордов! Неужели именно это его и привлекло? — бормотала девушка, всхлипывая, пока не начала икать.
