окна глазами возможного преступника.
Почему он выбрал именно мою комнату? После упорной слежки счел, что я самое слабое звено и не смогу оказать сопротивления? А может, земля на подоконнике лежит уже неделю, а я заметила только сейчас.
Солнце стояло высоко, но задняя часть дома пребывала в густой тени, оттого казалась особенно мрачной и нежилой. В комнате отца раздернуты шторы, интересно, чем они сейчас заняты с Ванессой… И какое мне дело до их совместного творчества? Я без энтузиазма разглядывала незнакомые скромные цветы под ногами, как вдруг услышала позади мягкий старческий голос.
– Это дурман. Datura – по латыни. Сок его весьма ядовит, вызывает галлюцинации и отрыв от реальности. Не советую собирать букет.
Резко развернувшись, я увидела перед собой невысокого пожилого мужчину, который поддерживал висевшую на плече объемную сумку.
– Откуда вы знаете?
– Я много лет серьезно занимаюсь ботаникой, моя работа связана с изучением лекарственного сырья. Простите, забыл представиться… Юхан Брадек.
Ответила машинально, словно меня подтолкнули.
– Я – Вера Малинович.
– О-очень приятно! – поклонился Юхан, удовлетворенно потирая ладони.
Явно радовался знакомству и спешил его продолжить, объяснив свое появление на нашей земле.
– Понимаете, изгородь упала, и я осмелился пройти на территорию усадьбы. Здесь некогда был аптекарский огород. Анна любила разводить пряности: укроп, анис, сельдерей. Видите, вот тот холмик справа – это кустики тимьяна, цветочки похожи на желтые звездочки, а чуть дальше на песчанике розмарин. Предки верили, что он защищает от сглаза.
– Вы были знакомы с Анной? – вырвалось у меня.
– Мы были добрыми друзьями много лет, вели обширную переписку, – оживился Юхан. – Вам не попадались наши письма? Она их бережно хранила и могла была оставить родным. Подозреваю, там целый архив моих ботанических путешествий.
Юхан вежливо приподнял круглую шапочку, обнажив поредевшую макушку в обрамлении чуть вьющихся некогда темных, а ныне седеющих волос.
– Нет, – с искренним сожалением ответила я. – Мы с отцом приехали недавно, личные вещи Анны мог забрать кто-то другой.
– Господин Хозар, я полагаю? – с приклеенной улыбкой осведомился Юхан.
– Думаю, он имел на это право. Последнее время Хозар поддерживал Анну, с нами она не общалась. Вы знаете Альго Хозара?
– Да-да, немного… Альго – Димитрий. Сложный человек, хе-хе… как бы точнее сказать, – Юхан выглядел смущенным, словно сомневаюсь, стоит ли мне выкладывать все информацию.
– Продолжайте, – попросила я. – Он намерен купить у нас дом за приличную цену.
– Денег у него черные куры не клюют, – внезапно со злобой в голосе пробурчал Юхан и тут же тряхнул головой, заставляя себя улыбнуться.
– Я виделся с Хозаром всего однажды и мне показалось, что он похож на сжатую до предела пружину. Никогда не угадаешь, по кому ударит в следующий момент. Гхм, Вера, простите мою бестактность, я должен был войти с парадной стороны и смиренно просить вас приютить скитальца до конца недели.
– Какого скитальца? – я отступила на шаг. – Вы себя имеете в виду?
– В последнем письме Анна сообщила о недомогании, но я не придал значения. И вот прошло полгода, как нет от нее вестей. Я собрался в дорогу и с упорством пилигрима миновал долину Отчаяния и плато Скорби. И все равно опоздал. Разрешите хотя бы ненадолго задержаться в здешней обители и почтить память святой женщины…
– Разве святые дружат с ведьмами? – прошептала я, стараясь угадать, знаком ли Юхан с Ванессой.
Он тяжело вздохнул, сбрасывая с плеча холщовую лямку. Увесистая папка с гербарием рухнула ему под ноги, как доказательство кропотливой работы.
– Истинная доброта не делает разницы между божьей тварью и порождением адской тьмы. Анна желала установить прочный мир между мирами, я тоже обещал хранить равновесие. Но Анны больше нет с нами – увы! Мне остается только украсить цветами ее последнее пристанище. Вы не знаете, где Хозар ее схоронил?
– Насколько мне известно, могилы нет, – с сожалением ответила я. – Прах развеян над рекой неподалеку от замка. Такова воля бабушки…
– Безумно жаль! И навевает на интересные предположения.
Я отступила еще на шаг. Своей сбивчивой речью и горящими глазами на желтовато-сером лице Юхан меня немного пугал. Сейчас я лихорадочно подбирала деликатную формулировку отказа.
– Простите, но мы не принимаем постояльцев. У нас заняты комнаты.
– Но ведь одно-то гнездышко свободно? – с робкой надеждой спросил Юхан. – Я готов на любые условия, Вера, я состоятельный человек, закончил магистратуру Гейдельбергского университета когда вас еще не было на земле. Не гоните меня…
– Может, кто-то в поселке предложит вам дом? Право, здесь слишком шумно и неудобно, – лепетала я, отступая под натиском пожилого ботаника.
– Дорогая Вера! Я объясню. Оглянитесь вокруг – для вас это лишь трава и кусты, но я знаю каждый стебелек, каждый едва приметный цветочек. Они кивают мне лепестками и просят дать имя. И я говорю с ними и даю имена… Взамен они раскрывают свои секреты, делятся тайнами, доверяют свои маленькие драмы. Смотрите, как вытоптана эта грядка, не похожа ли она на заброшеный могильный холмик? Прискорбно-прискорбно…
Юхан вытянул руки по швам и стал чуточку выше ростом.
– Так вот, я обязуюсь привести садик аптекарских трав в полный порядок! Дайте мне такую возможность, милая, и вы не узнаете свой дом. Вокруг него снова будет витать аура безмятежности и гармонии.
– Надо посоветоваться с отцом и другими жильцами, – вильнула я, рассчитывая на отсрочку.
Юхан церемонно склонил лысеющую голову в поклоне, но я успела заметить лукавую усмешку на его тонких губах, а может, они кривились от слез, которые набежали на глаза. Он щурился и слишком часто моргал. Да мало ли экцентричных стариков проживает на свете! Какую опасность может представлять тщедушный любитель гербариев?
Пришлось вести незваного гостя в дом.
С отцом Юхан сразу обменялся крепким рукопожатием, Семена дружески похлопал по плечу, Баха приветствовал на немецком языке, а Ванессе сделал длинный витиеватый комплимент, вспомнив отрывок из какой-то ирландской саги. Эрику же подкупил обещанием рассмотреть линии на ладони.
– В юности я увлекался хиромантией, буду рад продемонстрировать свои навыки, можно не принимать всерьез мои слова, но развлечение на вечер могу гарантировать.
После короткого совещания мы решили предоставить господину Брадеку оставшуюся комнату на верху, а свои травы он вознамерился сушить под навесом у сарая.
– Только подниму тент повыше, чтобы не добрались ваши милые птички.
Курица с цыплятами свободно гуляли во дворе. Мы все вместе любовались на маленькое семейство, пока Ванесса не шепнула, что мое золотое яичко нуждается в человеческом тепле. Я убежала к себе в комнату и там провела до вечера, подклеивая оставшиеся книги и болтая с будущим питомцем.
«Если
