Лекси теперь подходит к Джорджии и успокаивающе обнимает её, глядя на парня так, словно собирается обскакать Райана и сама его прикончить — и, судя по выражению её глаз, я почти уверена, что она могла бы.
— Думаю, на сегодня хватит, — нервно произносит Джорджия, как только парень уходит. Её руки дрожат, и она выглядит смущённой. Джорджия никогда не чувствовала себя комфортно в местах с большим скоплением людей. Обычно она соглашается только ради Лекси, и даже тогда редко по-настоящему присоединяется к веселью.
Лекси кивает, даже не пытаясь спорить. В то же время у Лекси толстый панцирь, она отгораживается от всего плохого в мире и редко воспринимает жизнь всерьёз, Джорджия мягче, чувствительнее, и этот твёрдый панцирь Лекси, который она носит на своей спине, каким-то образом укрывает и защищает их обоих.
Когда мы возвращаемся домой, Джорджия и Лекси расходятся по своим комнатам, и мы с Райаном делаем то же самое. Я снимаю платье и туфли на каблуках, оставаясь в одном нижнем белье. Собираюсь пойти в ванную, чтобы ополоснуться, когда руки Райана обхватывают мою талию сзади.
— Чёрт, есть только одна вещь сексуальнее тебя в этом платье и на каблуках, — его рука скользит вниз по моему животу, приземляясь на мой холмик, прикрытый хлопком трусиков. — Если на тебе только сексуальный лифчик и эти крошечные стринги, — он просовывает пальцы под материал и раздвигает мои складочки. Я раздвигаю ноги, чтобы дать ему больше свободы в ласках, и он погружает в меня палец, находя мой клитор. — У меня такое чувство, что я возбуждён с тех самых пор, как ты вышла из комнаты в этом платье, — Райан отбрасывает мои волосы в сторону, оттягивает бретельку лифчика вниз, затем оставляет мягкий, долгий поцелуй на моём обнаженном плече. Он обхватывает мою грудь рукой, массируя ее, прежде чем обхватить мой сосок губами, пощипывая его. Электрические разряды пронзают прямо мою сердцевину, которая уже горит от того, как он выводит восхитительные круги по моему крошечному, чувствительному бугорку. Я уже близка к тому, чтобы кончить, и он, должно быть, чувствует это, потому что отрывает руку.
Я разочаровано хнычу от того, что перестаю ощущать его прикосновения, но, прежде чем успеваю пожаловаться, Райан разворачивает меня, поднимает и усаживает на наш комод.
— Мне нужно увидеть тебя, — говорит он пылко, его сапфировые глаза встречаются с моими. Любви и похоти, сияющих в его глазах, достаточно, чтобы у меня перехватило дыхание.
Он медленно стягивает стринги с моих ног, целуя при этом мою плоть. Когда я оказываюсь обнажённой ниже пояса, он раздвигает мои бёдра и опускается передо мной на колени. Своим языком и пальцами он занимается любовью с моей киской, боготворя меня. Каждое облизывание, каждый поцелуй, каждый укус — всё происходит томно, и где главное — это доставление мне удовольствия. Он не останавливается, пока я не начинаю кричать от оргазма, а ослепляющие огни не застилают мне зрение, и я кончаю сильно и долго.
Когда я открываю глаза, Райан уже стоит передо мной, его глаза блестят в мягком ночном свете, проникающем с улицы. Он проводит языком по губам, и я знаю, что он пробует меня на вкус. Мягкая улыбка расплывается по его лицу, а мой желудок сжимается от удовольствия. Я редко сравниваю Райана и Йена. Это неправильно и нечестно. Они два разных человека, и Йен погиб. Но в этот момент я не могу не заметить, как Райан смотрит на меня. С Йеном я просто знала, что он любит меня. Видела это в его глазах, чувствовала тепло этой самой любви в своём сердце. Он дарил мне лучшие ощущения порхающих бабочек. Но с Райаном, когда его глаза встречаются с моими, как сейчас, кажется, что я — весь его мир. И его любовь… она не ощущается мной только в моём сердце или животе — она течёт по моим венам, проникая через всё тело.
— Выходи за меня замуж, — заявляет он, когда его глаза встречаются с моими. Моё сердце учащает ритм от этих простых, но в тоже время сложных слов, пока я не вспоминаю…
— Ты пьян, — замечаю я, пытаясь отнестись к его просьбе легкомысленно. В последний раз, когда он сделал мне предложение, это было сразу после рождения Эр Джея. Мы оба были переполнены любовью к нашему сыну, и я знала, что не могу сказать «да». Я не могла согласиться выйти замуж за Райана только ради того, чтобы поступить правильно для нашего сына. Но теперь всё изменилось. Мои чувства к нему выросли, и я влюблена в него. Но я не могу сказать «да», когда знаю, что он выпил и, возможно, не может ясно мыслить.
Его губы приоткрываются, как будто он собирается возразить, но я накрываю его рот пальцами.
— Ты хочешь жениться на мне? Спроси меня об этом, когда я не после родов и ты не собираешься уезжать на несколько месяцев, и спроси, когда не будешь пьян, и я не буду беспокоиться о том, действительно ли ты этого хочешь или просто пьян и думаешь не трезвой головой, — я смеюсь, а Райан закатывает глаза. Я знаю, что он предлагает мне выйти за него замуж не для лишнего повода залезть ко мне в трусы — я в этом уверена. Но разве есть что-то неправильное в том, чтобы хотеть, чтобы он сделал предложение, когда он трезв и не происходит чего-то, что может изменить его жизнь? — Я люблю тебя и хотела бы когда-нибудь выйти за тебя замуж. Но мне нужно, чтобы ты спросил об этом, когда будешь в нужном настроении, чтобы я понимала, что ты говоришь серьёзно.
Райан кивает, и я убираю руку. Он делает шаг назад, а его губы слегка кривятся. Он вероятно предполагает, что это изменило наш настрой, но я не хочу что-то менять в наших планах на эту ночь.
Поэтому обхватывая ногами его бёдра сзади, притягиваю его к себе, пока он снова не оказывается у меня между ног, и наши груди прижимаются друг к другу.
— У нас впереди целая ночь без нашего очаровательного маленького блокатора члена, — указываю ему я. — Итак, мне нужно, чтобы ты трахнул меня сейчас.
Хмурый взгляд Райана превращается в кривую усмешку — не слишком широкую, но её достаточно, чтобы обозначилась сексуальная ямочка на левой щеке. Я приближаю своё лицо к его и высовываю язык, проводя им по этой самой ямочке.
— Покажи мне, как сильно хочешь жениться на мне, — я прижимаюсь губами к его щеке. — Покажи, на что я могу рассчитывать, если я соглашусь выйти за тебя замуж.
Схватив меня за бёдра, Райан притягивает меня к себе, одновременно двигая бёдрами вперёд, погружаясь глубоко в меня.
— О, я покажу тебе, каково это — быть со мной, — уверяет он. Его губы соединяются с моими, и он крепко целует меня. — Я трахну тебя так сильно, заставлю кончить так много раз, что ты не сможешь ходить, не думая обо мне, — покалывание от нарастающего возбуждения пульсирует по всему моему телу.
Райан наполовину выходит из меня, затем толкается обратно, заполняя меня полностью.
— Но мне нужно, чтобы ты поняла одну вещь… — он хватает меня за волосы и слегка дёргает за них, так что наши взгляды встречаются. — Когда протрезвею, я попрошу тебя выйти за меня замуж, и в ту минуту, когда ты скажешь «да»… — он снова входит в меня, и моё тело сжимается вокруг него. — А ты скажешь «да», — рычит он. — Я не собираюсь ждать… — пальцы свободной руки, которой он не держит мои волосы, подносит к моему и без того чувствительному клитору и начинает выводить круги вокруг него, снова доводя моё тело до исступления. — Мы поженимся, и я сделаю тебя своей, — его губы прижимаются к моим, и Райан самозабвенно целует меня. — Ты моя, Микаэла, а я твой.
Глава 36
Микаэла
— О, мои милые девочки! — мама буквально врывается в гостиную и обнимает Лекси и Джорджию. — Как дела? — она отступает, чтобы осмотреть их с ног до головы. — Как дела в университете? Как ваши родители? О! Как ваш брат? Не могу поверить, что он уже учится в средней школе.
— Мам, дыши глубже, — шучу я.
— Извините, просто не могу поверить, что мы так давно их не виделись. Марко, — зовёт она моего папу, который, должно быть, в другой комнате с Эр Джеем. — Нам скоро нужно съездить в Калифорнию.
