В себя пришла спустя пару часов в знакомой комнате и знакомой компании.
— Ты как? — спросила Федосия. Признаться последний раз я видела ее в тот день, когда была зачислена, но сейчас была очень рада встрече.
— Терпимо, — ответила, прислушиваясь к себе. — А как я тут оказалась?
— Магистр Мортифер принес. Сказал что нашел посреди кладбища с пустым резервом и без сознания. Сейчас позову его…
При этом в глазах женщины мелькнуло что-то… не знаю, похожее на сожаление. Но почему? Спросить не успела, она скрылась за дверью. А спустя пару минут ко мне влетел Олеандр. Застыв на секунду на пороге, он быстро преодолел разделяющее нас расстояние и шокировав меня подхватил на руки и обнял. Не понимаю ни-че-го!
— Ээ… магистр…
— Не сейчас! Аврора, ты вообще понимаешь что наделала?
— Я? Я упокоила кучу нежити четверного порядка которая на меня напала! — возмутилась, пытаясь выдраться из мужских рук.
— На кладбище обнаружены только следы твоей магии, ты была там одна, — тихо сказал мне в макушку мужчина.
И вот тут я застыла. Если это так, а не верить декану причин нет, то… С трудом сдержала рвущиеся с языка проклятия.
— С Дианой сейчас разговаривают дознаватели. Но пока ты не придешь в себя она их не пустит. А о том, что ты в порядке, ей должен передать я… Давай я открою тебе портал? Куда угодно!
— Это будет признание вины…
— Аври как ты не понимаешь! Для них твоя вина уже доказана! — перебил меня собеседник заглядывая в глаза.
— Там был еще один некромант! И еще неделю он не сможет пользоваться магией, иначе выгорит! Я… я использовала «перехват Графта», — призналась, отведя глаза в сторону.
— Ничему жизнь тебя не учит, — нервно усмехнулся магистр.
Пожала плечами и… стоп! А как он меня назвал? Пронзенная догадкой я прикрыла глаза и попыталась вспомнить те ощущения, когда меня обнимал художник…
— Арти? — не веря себе, подняла я глаза на декана.
— Да, не так я надеялся сказать правду, — буркнул себе под нос мужчина и поцеловал меня. Боги, ну почему все так?
Звук распахнувшейся двери (как будто ее с ноги открывали честное слово) и голос знакомого дознавателя:
— Баронесса Аврора Фосс, вы обвиняетесь в не санкционированной некромантии и применении запрещенных Советом магов заклинаний.
Глава 20: О тюрьме для магов и том что творится в ней и за ее пределами.
Олеандр попытался затолкать меня себе за спину, но я не далась. Вместо этого встала и вытянула вперед руки. На них сомкнулись блокирующие браслеты. Хотя какая сейчас в них надобность? Я хорошо если спичку зажечь смогу в ближайшие пару часов.
Только на выходе я повернулась и попросила Олеандра связаться с моей семьей. Потом был участок дознавателей, где я столкнулась с братом Эмилии. «Призрак» в шоке уставился на меня, а потом взяв себя в руки спросил у моих конвоиров за что меня взяли.
Потом был кабинет где заполняли бумаги. Куча данных, вроде дня рождения, имен родителей, причины получения титула. Признаться все это прошло несколько мимо, на меня навалилась апатия и интереса к окружающим не было никакого. Даже любопытство, мой извечный спутник, и то как-то притупилось и не проявляло признаков жизни. Пока не услышала:
— Куда ее? В обезьянник?
— С ума сошел? Девицу поднявшую столько нежити? В тюрьму для магов конечно! — воскликнул тот, кто заполнял мои документы.
Тут я вздрогнула. Про тюрьму для магов ходило много разных слухов, и один страшнее другого. Я даже рискнула подать голос:
— Но ведь я не сопротивлялась аресту. И вообще веду себя смирно.
— Заключенные права слова имеют только на допросе. Веди ее, — отдав какую-то бумажку моему конвоиру, буркнул мужик.
Так я оказалась в одном из самых страшных для мага мест. Правда как выяснилось, все это было еще цветочками. Потому что стоило мне оказаться в тюрьме как… черт! Я конечно понимала что металла из которого делают кандалы для магов не много, но не представляла как с этой проблемой борются в тюрьме. Оказывается просто, эффективно и дико больно!
Просто стоило мне переступить порог тюрьмы как мне резким движением вывихнули кисти. Не сдержавшись заорала. Перед глазами заплясали разноцветные пятна.
— Прооралась? Веди ее в тридцать пятую.
— Слушай, может девчонку куда повыше? Мелкая, тощая еще подхватить чего… — внезапно проявил ко мне сочувствие один из тюремщиков, на чье попечение меня передали.
— Других нет. К нам и так со всей страны везут идиотов безголовых. Но те хоть не целые кладбища поднимают…
Моя история уже успела обрасти неизвестными подробностями и таким количеством небылиц, что я даже сумела удивиться.
Камера оказалась маленькой. Холодной. Рефлекторно попыталась обнять себя за плечи, но тут же зашипела. А потом пришли слезы. Я так и просидела до самого допроса, на полу, в слезах. Плакала по многим причинам, из-за боли, несправедливости, потому что осознавала что меня ждет — казнь. Увы, магов обвинённых в применении запрещённых заклинаний не ждет больше ничего. Разве что удастся доказать что зомби подняла не я, а примененное заклинание было единственным способом как спасти свою жизнь, так и тех, на кого бы эти зомби напали, выйдя с кладбища. Вот только… если там следы только моей магии…
Потом были допросы. Много. Бессмысленных, потому что от меня пытались добиться только признания и не хотели слушать что там был кто-то еще. Зато попутно на меня свесили вызов лича и убийства «Призраков» и первокурсника.
Так прошло несколько дней. Точно их количество я не назову. Руки болели так, что когда приносили еду (непонятную жижу, что-то среднее между супом и кашей) я не в состоянии была взять в руки миску. Запястье и пальцы опухли. И не смотря на то что я понимала, шансов выбраться из этой передряги живой — мало, я то и дело думала, как буду жить, если их не смогут вылечить. Если я не смогу никогда пользоваться руками, магией… Останусь калекой, не способной даже ухаживать за самой собой…
Холодно. Опять этот мерзкий холод, как в склепе.
— Еще чуть-чуть и я перестану любить свою профессию, — сказала вслух, лишь бы разрушить эту гнетущую тишину.
Адски болели вывихнутые руки. Попытка сесть по удобнее закончилась очередной вспышкой боли. Боги, ну за что вы так со мной?
— Будешь разговаривать сама с собой, свихнёшься, — сказал кто-то.
— Это кто? — спросила прикидывая, я уже сошла с ума или еще нет?
— Кто, кто… — хмыкнули. — Не твои глюки это точно! А вообще, может отвлечёшься от созерцания стены?
Решив последовать совету я огляделась и…
— Джеймс?
— Наконец-то! Как ты сестренка?
Я подскочила к решетке. Старшенький погладил меня по голове, и тут же услышал:
— Мы дали вам поговорить, но не больше! Отойдите от решетки!
— Конечно. Рорка, отец добился аудиенции у короля. К тому же весь Совет на твоей стороне. Уж не знаю как отец с Дианой их убедили. Мортифер вообще днюет и ночует в отделении дознавателей. Занятие забросил. Его никто не может заставить вернуться к преподаванию. Кстати не скажешь почему он принял это так близко к сердцу? — сощурился братик.
— Откуда? — попыталась состроить невинную мордочку, но совсем забыла про руки.
— Аврора… кто это делал? — взгляд Джеймса резко потемнел.
— Тут со всеми так. Чтобы не учудили чего, — вместо меня ответил тюремщик.
— Да она даже не доучилась еще! И насколько я знаю сдалась добровольно! — зашипел старшенький.
— Не имеет значения. К тому же… вы знаете в чем ее обвиняют? В поднятие кладбища, незаконной некромантии, вызове лича и…
— Чушь!
— Не мне об этом говорите! И вообще, через пять минут ваше время закончится.
— Рорка, есть еще кое-что. Знаю что слова духов в расчет в суде никогда не берутся, но один «Призрак», как его, Элвин? Короче он поговорил с Эмилией. Нашел ее саму и медальон среди улик с кладбища. И теперь копает, ищет нестыковки. Ты главное держись! Через два дня суд, мы тебя вытащим! Обещаю!
