самой Организации Асады-старшего, а даже и в его собственной семье.
Любому японцу — более чем яркий сигнал об изменениях.
Усилься эти процессы дальше, всё это обязательно будет всплывать там или тут. И это очень многое скажет избирателям о реальной расстановке сил в конкурирующих партиях.
Сам факт того, что противоречия в том лагере будут углубляться (если), просто должен быть подан по нужным каналам надлежащим образом. Хотя это уже вопрос маркетологов.
Наверняка это только первая ласточка. Наверняка у бандитов будет происходить и что-то ещё, в результате чего вопросов об иерархии между конкурентами у избирателей возникнуть не должно.
Сам Юто Кавасима был всего лишь младшим членом избирательного штаба конкурирующей партии и, по совместительству, с этого сезоны планировал наконец заполучить депутатский портфель.
Интересно, что у них там в семье?
* * *
Мао Курата, подруга Ю Асады, специально оставила однокурсницу ночевать сегодня у себя.
Во-первых, хотелось наладить действительно неформальный контакт. Во-вторых, была одна идея.
— Можно воспользуюсь твоим смартфоном? На моём банк что-то заглючил, и колл-центр висит. Мне срочно надо денег себе перевести на карту. Я своё приложение у тебя активирую? — с этими словами Мао, не давая подруге возможности отказаться, протянула той её же гаджет в универсальном защитном чехле.
Сама Ю принимала душ. Новости о её младшем брате достигли самой Кураты хоть и обходными путями, но вовремя. Не может у сестры не быть доступа к кое-каким директориям на гаджете родного брата.
Хотя, конечно, на вид их в родстве не заподозришь, заметила про себя представитель младшей ветви Семьи Ходзё.
— Да, конечно! — предсказуемо не отказала подруга, прикладывая палец к датчику.
— Спасибо! — искренне поблагодарила Мао. — Сейчас поглядим, что у тебя за братец, — пробормотала она вслух сама себе, увлекаясь, после того, как закрыла за собой две двери.
Через две минуты, действительно выполнив кое-какие банковские переводы через личный аккаунт, принимавшая подругу в качестве гостя Мао удивлённо присвистнула:
«Сестра, надо посоветоваться. Пожалуйста, набери меня, как сможешь? Такое дело…»
Глава 23
Ватару Асада проснулся, словно от неожиданного толчка.
Растерянно оглядевшись по сторонам, он сел на диване в кабинете. Рядом никого не было.
Тут же зазвонил смартфон.
— Кто?! — сердито ответил он, даже не взглянув на экран.
— Брат, ты что, отрываешься от реальности? — прохохотала трубка голосом начальника и лучшего друга в одном лице. — Или тебе много кто кроме меня может позвонить в такое время?
— Извини, не проснулся ещё…
— Я вижу. Твоя секретарша включила расширение через твой комплект. Я потому и набрал тебя, что ты просыпаться начал.
— Она и тебе доступ к телеметрии дала, что ли?
— Да. И попросила присмотреть за тобой. Что и делаю.
— Хорошо, что она твоя сестра… — сварливо выдал Ватару. — Посмотрел бы я, как бы она проделывала тот же фокус, если бы вы не были родственниками.
Он не стал упоминать, что Мивако, перед тем, как уложить его, спорила с ним, наверное, часа полтора.
Это было парадоксально; но на категорическом семейном отношении к первой жене и детям в первом браке больше настаивала она, а не он сам.
Он допускал варианты. Скрепя сердце, наступая самому себе на горло, но варианты были.
Секретарша же, если вести речь о серьёзных отношениях, настаивала именно на том, что первая жена с детьми никуда не денутся. Просто семья расширится.
— Погоди, проснусь. — Ватару перетёк в сидячее положение и ненадолго задумался.
— До чего додумался? — Гэнки не стал давать другу времени на раскачку. — Ты имей ввиду. Я спать не ложился из-за этого. Ждал пока ты глаза откроешь. Чтоб уточнить, как оно всё. В принципе.
— Знаешь, наверное, нормально. С одной стороны, Мивако права. Мужчина, бросающий на пике успеха тех, кто был с ним с самого начала, на нормальное будущее в жизни после такого может не рассчитывать. — Принялся рассуждать вслух Асада-старший, рыская глазами по кабинету в поисках одной вещи.
— Не говоря уже о том, что есть ещё и выборы. И твоих мордобоев с женой не потерплю не то что я, а… ты понял.
— А какое тебе дело до моей жены? — снова вернул сварливость в интонации финансист.
— А никакого. Не было бы. Если бы моя сестра не шла за тебя замуж. Ты же не думаешь, что я отпущу младшую за мужика, который может бросить свою первую жену и детей?!
— Похоже на вмешательство в личный приват, — неловко пошутил Асада, воодушевляясь при виде того, что искал.
— Оно и есть, вмешательство. У нас нет привата на этом уровне. — Не поддержал остроты товарищ. — Чтоб ты не надувался, как бык при поносе: если бы на твоём месте был я и ты узнал, что я со своей женой… из-за девки на четверть века моложе… Ты бы что делал?
— Вначале попытался бы с тобой поговорить. Потом дал бы по морде. Наедине, чтоб никто не видел. Ну или, по крайней мере, попытался бы дать, — уточнил Ватару.
— Вот видишь. Так ты ещё и младше по иерархии…
— А при чём тут это? Принципы есть принципы! — по инерции вспыхнул возражением финансист. — Блядь, о чём мы спорим, — спохватился он тут же.
Оябун весело заржал.
— Слушай, Гэнки. Такое дело, — Асада деловито скручивал крышку с найденной в столе квадратной бутылки. — У меня, кажется, некоторый отпуск сейчас начнётся.
— Решил алкоголя принять? — мгновенно догадался товарищ. — Как обычно? — добавил он уже менее одобрительно.
— Каждый раз, когда я выпиваю, я искренне планирую: эта бутылка последняя, — честно ответил Асада. — И категорически не собираюсь продолжать. Оно просто потом само…
— Иногда мне кажется, что это не Масу с севера подобрали после землетрясения, — проворчал кумитё. — Судя по тому, что только ты можешь начать квасить в пять утра. И зависнуть в этом состоянии на неделю.
— Так уж и неделя? — неловко спохватился Ватару, с сожалением глядя на только что наполненный стакан.
— Личный рекорд — девять дней. — Безжалостно парировал друг. — Ладно. Срочного вроде ничего нет, время есть. Ты в офисе всё это время будешь? Никуда не вылезешь?
— А когда я в таком состоянии куда-то выходил? — поразился финансист. — Доставка
