Гриша уже спешил к выходу и последних слов семипалечника не услышал. Павел отправился следом и действительно увидел что-то, похожее на подтеки крови. А может быть, и нет… Может быть, это уже давно здесь было? Протискивающийся мимо сириусянин на ходу принюхался.
– Кровь землянина! – с уверенностью сказал он. – Ну и нравы у вас, дикари! Слава Императору, однажды мы это прекратим.
– Погодите! – крикнул Павел, но оба гонца уже скрылись за поворотом лестницы. – Ладно, разберемся. Только надо быть осторожнее.
Прикрыв дверь, он вернулся в пустую, тихую квартиру. Голову посетила довольно неожиданная мысль, стоило попробовать. Павел прижал перстень к двери.
– Покажи мне Галку!
Нет, Истинная Руна так не понимала. Следовало хотя бы приблизительно указать ей место.
– Дом Белки Чуя и Максимовича на первом плане!
Вот теперь окно в иной мир открылось: бревенчатые стены, крошечное окошко, большой стол из небрежно оструганных досок, лавка, печь. Ни одной вещи, свидетельствующей о присутствии пары неаккуратных типов: ни на столе, ни под столом, ни на гвоздях, вбитых в стену.
– Ушли? – предположил Павел. – Эй! Вы ушли?
Судя потому, что ответа он не получил, так оно и было. Тревога охватывала Пашу все сильнее, в избу он не вошел. Когда окно закрылось, стало вроде бы немного легче. Он прошел на кухню, встал перед зеркалом. Отчего бы не прыгнуть куда-нибудь прямо сейчас, пока приятели добывают еду? Вернуться домой он всегда успеет. Вот только – куда прыгать, где искать Белку? Может быть, он вернется в «Мир Стрелы»? Перстень послушно открыл окно: стена, беседка.
– Белка! Белка Чуй!
На всякий случай Павел с помощью Руны заглянул еще в секретную нишу, но нашел там лишь замершего в ожидании игрока-меченосца.
– Почему бродник не пользовался перстнем? – Павел уселся на подоконник, рассматривая привычный вид. Вход в метро, спешащие люди. – Почему боялся, что хозы его поймают и отберут Истинную Руну? Это же просто невозможно…
– Возможно.
Перед Павлом стоял человек средних лет, седоватый, в сером деловом костюме.
– Для хозов ничего невозможного нет. Во всяком случае, когда они действуют заодно.
Руку с перстнем путешественник положил рядом с собой на подоконник, и окно мог открыть в любой момент, поэтому решил не спешить.
– Вы кто?
– Зови меня просто: господин Войцеховский. Вот что, парень, давай сразу к делу. Ты мне перстень, я тебе девушку.
– И что я тогда буду делать? Что если вы снова заберете Галю?
– Я дам слово, – предложил Войцеховский. – Мало – проведем сделку при свидетелях, это равнозначно контракту в Архиве. Ты ведь, наверное, уже знаешь, что хозам не рекомендуется нарушать контракты. Нас за это наказывает Архив, который для того и существует. В любом случае… Видишь ли, я ведь могу забрать Истинную Руну прямо сейчас.
– Попробуйте.
Окно распахнулось снизу, и Павел сразу туда провалился. Вот если бы еще не саданулся затылком об оконную раму – на этот раз речь идет о самом обыкновенном окне. Тем не менее в избу на первом плане прибыл достаточно благополучно. Проход перстень закрыл на этот раз быстрее. Возможно, Истинной Руне тоже не хотелось к Войцеховскому. Последнее, что увидел Павел в своей квартире – изумленное лицо хоза.
– Магия не подействовала, – догадался Павел, потирая затылок. – Трудно им со мной, так и Манана говорила. И все же здесь оставаться не стоит.
Он выскочил из избушки, оказавшейся совсем крохотной, и побежал к лесу, низко пригибаясь к земле – чтобы успеть прижать к ней перстень в случае появления хозов.
«С ребятами нехорошо получилось, ну да ладно, не пропадут. Потом вернусь. Тем более что принять условия Войцеховского никогда не поздно».
Москва-14 октября, утро
Сириусян голыми руками не возьмешь. Агши знал это, и поэтому пока играл за обе команды сразу.
– Господин Главнокомандующий!
– Во-первых, иди сюда и не ори! – Керменштекз на секунду высунулся из-под разлапистой ели. – Во-вторых, Главнокомандующий – на Сириусе и не смей кощунствовать даже из уставной лести!
– Виноват, господин Командующий! – Агши ловко скользнул под ель, где так уютно расположился штаб воинства Сириуса – Осмелюсь доложить: мы наткнулись на передовые части неприятеля. Как мне удалось установить, вот-вот будет атака. Рискуя жизнью, выяснил: биоргов хотят сожрать, вас пленить.
– Сдается мне, недомерок, ты все врешь.
Даже привыкший к сириусянам Агши от такого поворота не минуту онемел.
– Я прикажу тебя расстрелять перед строем. – Керменштекз погрозил гному кортиком. – Не думай, что в силах обмануть кадрового офицера! Слава Императору, я вижу насквозь и тебя, и твоего пса, и ту мразь, которую я зачислил первым расходным. У тебя один шанс уцелеть: погибнуть в бою! В таком случае ты хотя бы сохранишь верность Императору, вот что я имею в виду.
– Слушаю ваши высочайшие приказания… – пробормотал Агши.
– Ты уже их прослушал, повторять никто не собирается. Иди на передний рубеж обороны и принеси мне победу! Не сам, конечно, сам погибни с именем Императора на устах.
– А как его зовут?
– Так и зовут. Пшел вон!
Керменштекз выпихнул Агши из штаба сапогом. Несколько обиженный гном, пригибаясь, подбежал к уже вырывшим окопы в полный профиль биоргам. Занятые раскопками ходов сообщения, Коля и Костя на появление гнома никак не отреагировали, и только отдыхающий согласно званию кель-фатх-шуршур Миша поманил бойца рукой.
– Какие приказания от Командующего?
– Мне – умереть в бою, – проворчал Агши.
– Ну такие приказания мы уже все получили! Ты скажи, что видел. И где, кстати, остальные разведчики?
– Не знаю, – пожал плечами гном. – В разведке, наверное. Вернутся – расстреляю. А что видел… Парни, вас собираются сожрать.
– Подавятся! – уверенно сказал Миша и поиграл купленным в деревне «Макаровым». – Солдаты Сириуса крепче стали, их даже крысы жрать не стали!
– Это все агитки. А на самом деле, насколько мне известно, целый корпус Вторжения сложил голову в межплановом колодце, пытаясь вышибить оттуда всего одну русалку. Мы же бессмертны, начальник! Тем более тут – Старшие. А с ними как с вампиром не получится… Может быть, пойти на переговоры?
– А не замыслил ли ты измену? – нахмурился кель-фатх-шуршур Миша.
Услышав слово «измена», расходные перестали копать и замерли в ожидании приказа, вычищая грязь из-под керамических ногтей.
– Хорошие вы ребята! – поспешил заявить гном. – И Император ваш – ну просто светочь Вселенной! Я же за его дело радею. Впрочем, кажется, уже поздно…
Верный пес Чижик, время от времени невысоко подпетая, мчался к позиции. За его спиной между елок мелькали корявые фигуры леших.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
