— Пошли, Оззи, — произнес Клинтон, — захвати с собой пару кастрюль. Возьмем воду из водонагревателя.
Вооружившись фонариком, они исчезли за дверью. Я окинула взглядом чистую посуду, прикидывая, насколько ее хватит.
Благодаря легкому, не стихающему ветерку, часть дыма выдуло наружу, однако, поскольку вытяжка не работала, температура на кухне продолжала оставаться на уровне сорока трех градусов. Пока мы с Шебби разбирались, чьи заказы он готовил на гриле, Боб принес еще свечей. Я схватила маленький фонарик, зажала его в зубах и по мере приготовления пищи принялась медленно раскладывать заказы по тарелкам.
— Мэл, мне стейк переворачивать? — спросил Шебби. — Никак не могу разглядеть: готов он или нет.
Мы с Шебби работали в четыре руки, стараясь шевелиться как можно быстрее. Дым ел глаза. Оззи, невзирая на нехватку воды, мыл тарелки, а официанты в кромешной темноте принимали заказы и убирали со столов. Клинтон на ощупь готовил закуски, а Гаррилин шарила руками в темноте в поисках чизкейков.
Вечер, казалось, тянулся целую вечность. Заказ за заказом, заказ за заказом — и все это в жаре, темноте и дыму. Тем временем Бобу удалось успокоить большую часть гостей, которым приходилось ждать ужина дольше, чем они рассчитывали. Более того, клиенты сочли, что в случившемся есть своя особая прелесть.
В темноте, без электрического света и музыки, обеденный зал выглядел куда более романтично. Лишь мерцание свечей и шум моря. Первая волна гостей схлынула и теперь пошли те, кто заказывал столики на девять, что считалось более престижным. Лишь только одна компания потягивала кофе с коньяком, не подозревая, что их столика вот уже час дожидаются другие.
— Простите, что заставляем вас так долго ждать, — извинился Боб перед изголодавшейся четверкой. Мужчина в синей куртке, белых брюках и начищенных до блеска туфлях, воплощавший в себе образ настоящего английского джентльмена, явно начал терять терпение.
— Как долго нам еще ждать? — осведомился он.
Бобу удалось выпроводить из-за столика задержавшуюся там компанию, пришлось пообещать выпивку за счет заведения в баре. Официанты быстро убрали грязную посуду и накрыли на стол, к которому тут же повели новых клиентов. Когда Боб пришел принимать у них заказ, он обратил внимание на неожиданно большую лужу, образовавшуюся возле их столика. В особенно жаркие ночи ведерки для льда, в которых охлаждалось вино, постоянно текли из-за конденсации.
Прежде чем Боб успел объяснить, что из-за отсутствия электричества печеных сырных плетенок у нас сегодня нет (для их приготовления требовалась электрическая духовка), джентльмен объявил, что он готов сделать заказ.
— Для начала принесите нам четыре порции печеных сырных плетенок, — попросил он.
Лицо Боба, залитое светом свечей, побледнело. Он снова принялся извиняться, но тут терпение джентльмена окончательно лопнуло. Тот шарахнул по столику меню, резко отодвинул стул и объявил, что уходит. Однако когда джентльмен вставал, он сделал шаг назад, поставив ногу прямо в лужу, отчего поскользнулся и плашмя грохнулся на пол. Боб просто онемел от ужаса.
Повисло гробовое молчание. Все внимание гостей, официантов и несчастного Боба было приковано к джентльмену. Джентльмен поднялся. С куртки у него капало. Однако стоило бедняге заметить, что все присутствующие смотрят на него, гадая, что он станет делать дальше, его настроение отчего-то переменилось. Джентльмен снял мокрую куртку, широко улыбнулся, развел руками и произнес:
— Дамы и господа, представление было бесплатным.
Ресторан взорвался шквалом аплодисментов. Многие гости вставали, чтобы рассмотреть происходящее получше. К тому моменту воображение уже успело нарисовать Бобу джентльмена, подающего против нас судебный иск, и прочие прелести. Как только этот жутковатый образ начал меркнуть, Боб помог посетителю сесть на стул и предложил оплатить ему химчистку. Вытершись насухо салфетками, джентльмен заказал на всю компанию четыре салата «Цезарь» и омаров, а Мигель быстро притащил бутылку шампанского за счет заведения.
Эта четверка ушла последней. После того как они поблагодарили нас за «совершенно незабываемый вечер», таксист Тедди отвез их обратно в отель. С глубоким вздохом облегчения мы рухнули на стулья в обеденном зале. Мы смотрели на полную луну, чувствуя, как на нас наваливается усталость.
— Интересно, а какая сейчас температура в камерном холодильнике? — пробормотала я.
Боб пошел проверять.
Слезящимися глазами я посмотрела на ребят. Общими усилиями нам удалось обслужить в кромешной темноте девяносто двух посетителей.
— Теперь никто не посмеет нам сказать: «Не можешь — не суйся», — заметила я.
— Температура в холодильнике — десять градусов, — отрапортовал Боб. — Завтра же поеду на Сан-Мартин и куплю генератор. Клинтон говорит, что за две с половиной тысячи можно достать вполне приличную модель.
Неожиданно генератор показался нам самым гениальным изобретением за всю историю человечества. Я полностью согласилась с мужем: на Сан-Мартин — первым же утренним паромом.
— Бум-бум-бум, ба-ба-бум-бум-бум, — донесся до нас знакомый звук приближающейся машины, оборудованной мощными динамиками. — Бам-бум-бум, — звук становился ближе. Наконец мы увидели огни фар и клубы пыли. Жук все-таки приехал, пусть и опоздав на семь часов.
— Жук, а где ты был? — спросила я.
— На Сан-Мартине застрял, — улыбнувшись, ответил он.
Злиться на него было совершенно невозможно. Он ведь все-таки приехал на работу, пусть даже и в половине двенадцатого ночи, прекрасно осознавая, что ему предстоит при свечах мыть целую гору посуды.
Проблему с водой Жук решил просто: он приехал на работу во всеоружии. Жук извлек из машины двадцатилитровое ведро на веревке. Им он собирался черпать воду из цистерны.
— Насос нам не нужен, — объявил он.
Мы нагрели на плите воду, чтобы Жук смог помыть посуду.
— В темноте даже прикольнее, — произнес он своим неподражаемым фальцетом.
Утренние визиты Дядюшки Уодди стали неотъемлемой частью нашей жизни. Я уже с нетерпением ожидала момента, когда увижу его улыбающееся лицо. Он привычно заходил на кухню, болтал со мной и делился рецептами булочек из кукурузной муки, лепешек и рыбной похлебки. Он всегда приносил с собой огромные связки мукуны, усыпанные крупными пурпурными цветами — Уодди собирал на берегу корм для своих коз. Несмотря на то, что наш гость никогда об этом не просил, обычно Боб кидал связки в машину и подвозил Дядюшку до его домика на холме. Уодди настаивал на том, что ему крайне важны физические упражнения, но восемьдесят пять лет в карман не спрячешь, поэтому он никогда не отказывался от предложения его подвезти.
