Выпроводив веселую компанию, Андрэ улыбнулся Мишель и снова кивнул на поднос:
– Советую вам подкрепиться. До ужина еще далеко. А после длинной дороги совершенно необходимо восстановить силы.
– Я постараюсь, Андрэ, – ответила ему улыбкой на улыбку Мишель.
– Не надо волноваться, дорогая. Думайте о предстоящем выступлении как об обычном спектакле. Забудьте про короля со всем его двором, и все будет хорошо. Вы ведь уже не раз танцевали этот балет. Поверьте старому другу, нет причин нервничать. Понятно?
– Понятно.
Мишель постаралась последовать совету Андрэ, отдохнула и, немного успокоившись, присоединилась к своим товарищам.
Мари нисколько не преувеличивала, расписывая ей роскошь бального зала. Он выглядел действительно прекрасно. Перед огромным мраморным камином был устроен невысокий помост для оркестра. Для балета же выгородили кусок паркетного пола сразу за помостом. Поставили стулья для зрителей. В середине первого ряда стояло большое красное кресло с мягкими подушками. Мишель сразу же поняла, что в нем будет восседать сам король.
Поскольку кулис не было, танцовщицы должны были дожидаться своего выхода за колоннами.
Во всем этом было столько непривычного, что Мишель снова охватил страх. К тому же появился Ролан, который в этот вечер должен был быть ее партнером. Мишель невольно поежилась, подумав, что друг Дениз может нарочно уронить ее во время поддержки и тем самым опозорить на всю жизнь. Хорошо, что она успела тогда поговорить с Дениз и предупредить ее о неизбежном возмездии в ответ на любые козни и пакости. Теперь вряд ли Ролан решится на какое-нибудь злодейство.
Мишель едва успела размяться, как оркестр заиграл торжественный марш. Двери зала распахнулись, и на пороге показались пышно разодетые гости. Они чинно прошествовали через зал и расселись по заранее определенным для каждого местам.
Затем из дверей вышли две шеренги гвардейцев в голубых камзолах, высоких шляпах с плюмажем и красных, обшитых по швам серебром панталонах. Они построились лицом друг к другу, образовав широкий проход. Стоявшая за спиной Мишель и смотревшая на все происходящее через ее плечо Мари шепнула:
– Это королевские гвардейцы, охраняющие монарха.
Мишель молча кивнула головой, недоумевая, от кого собираются охранять короля здесь, в его личной резиденции?
Тем временем из дверей вышла еще одна группа пышно разодетых вельмож. Мишель незаметно прыснула в ладошку и шепнула Мари:
– Они очень похожи на павлинов! Мари захихикала и так же тихо ответила:
– А ты посмотри на их лица. Они разрисованы, как у клоунов. И не только у женщин, но и у мужчин! Тс-с! Сейчас выйдет сам король!
В дверях выросли два рослых гвардейца с серебряными трубами в руках. Приложив их к губам, они протрубили какой-то сигнал. Тут же вновь грянул оркестр, и показался король. Он неторопливо шествовал между шеренгами гвардейцев, приближаясь к приготовленному в первом ряду креслу. Мишель впилась в него глазами.
Людовик был невысок, но, возможно, таким он выглядел из-за странного покроя его камзола. Его парчовые полы необъятной ширины напоминали женскую юбку, в которой король, казалось, вот-вот утонет. Нарумяненное и напудренное лицо можно было назвать даже приятным, прежде всего благодаря большим черным глазам. Портили его заметная одутловатость щек и маленькие губки, собранные в бантик наподобие крошечного распускающегося розового бутона.
В целом же король внешне ничем не отличался от обыкновенного горожанина. И Мишель несколько озадачило, почему именно этот человек правит огромной страной, а люди кланяются ему до земли, складываясь почти пополам…
Оркестр заиграл снова. На этот раз увертюру к балету «Красавица и Чудовище». Мишель поняла, что представление началось и через несколько секунд они с Сибеллой окажутся прямо напротив сидевшего в кресле короля. Сибелла уже стояла рядом и, как всегда, подбадривала Мишель улыбкой. Прошло еще несколько мгновений, и они, взявшись за руки, выбежали из-за колонн на середину сцены. Паркетный пол блестел как зеркало. Мишель в ужасе подумала, что он очень скользкий и она упадет после первого же шага. Но оказалось, что паркет натерли каким-то особым составом, который лишь придавал ему блеск, но не превращал в каток. И она сразу же почувствовала себя увереннее.
Девушки великолепно исполнили свой номер и заслужили дружные аплодисменты. Хлопал и король. Тут же на сцену вышел Ролан, изображавший вернувшегося из далекого путешествия отца, которого радостно встречают дочери. После этого Мишель удалилась за колонну-кулису. Там ее поджидал Димпьер. Он вручил ей большой носовой платок и велел вытереть запотевшие брови. Потом улыбнулся и похлопал по плечу. Это считалось наивысшим комплиментом, и она поняла, что танцевала очень хорошо. Все ее страхи сразу же рассеялись, и она успокоилась.
Мишель спряталась за первую колонну и стала наблюдать за дуэтом Сибеллы и Ролана. По сюжету в нем отец сообщает дочери, что обещал выдать ее замуж за Чудовище. После этого следовал сольный танец Красавицы, выражающий неутешное горе и ужас несчастной девушки. Сибелла станцевала его превосходно.
До следующего выхода у Мишель еще оставалось время, и она исподтишка стала наблюдать за зрителями. Больше всего ей хотелось увидеть любовницу короля мадам де Малли. Но из-за колонны смогла разглядеть только небольшую часть зала. Зато заметила высокого молодого человека, стоявшего сбоку от кресел и смотревшего на сцену. Он выделялся из общей толпы своим нарядом. Вместо яркого камзола и панталон до колен на нем была шотландская юбка, а к плечу пристегнут брошью клетчатый плед. Ненапудренную голову украшал берет с коротким пером.
Молодой человек показался Мишель знакомым, хотя она никак не могла вспомнить, где его видела. Ясно было только, что он здесь довольно важная персона. Это чувствовалось по его рассеянному и явно скучающему взгляду, которым он время от времени окидывал сцену, зрителей и роскошный зал.
Но тут внимание Мишель вновь привлекли исполнители главных партий. Как раз в эту минуту должно было начаться большое па-де-де Красавицы и Чудовища. Мишель хотелось присмотреться, как исполняет этот танец Сибелла. Ведь когда-нибудь, в случае болезни Сибеллы, Мишель могла рассчитывать заменить ее в этой партии. Та же танцевала па-де-де безупречно, и у нее можно было многому научиться.
Следующий номер исполнял кордебалет, изображавший слуг и дворню Чудовища. Мишель сначала посмотрела на Мари, а потом на Дениз. На лице последней было написано откровенное бешенство. Вместо сольной партии ей пришлось танцевать перед королем в массовке! Такого унижения она не могла вынести.
