Читаем без скачивания Крещение огнем. Вьюга в пустыне - Максим Калашников

Банкир чувствовал, как воздух вокруг него словно наэлектризован. Стоять рядом с вошедшим в раж Верховным было все равно, что пребывать рядом с мощной динамо-машиной. Какая-то новая сила, уверенность в себе вливалась в жилы финансиста. Все прежнее показалось вдруг каким-то жалким и серым.

– Товарищ Верховный, вы хотите нанести еще и финансовый удар после военного? – спросил он. – Сбросить в некий момент наши долларовые резервы, вызвав панику?

– Может быть, – с хитрецой улыбнулся диктатор, отходя от карты. – Хотя наши накопления в мировых масштабах малы, но в иные моменты соломинка ломает хребтину перегруженному верблюду, не так ли?

– Вы отдаете приказ о переводе долларовых активов СССР в иные валюты? Мы уже разрабатывали планы подобных операций в прошлом году. Если вы помните, то отчасти мы вкладывались в золото, отчасти – в пакеты акций европейских корпораций, отчасти – в швейцарский франк, японскую йену и в дойчмарку. Обновить план для нас – дело пары дней, – произнес Геращенко, присаживаясь вместе с Верховным за стол совещаний.

– Да, друг мой, займитесь этим! – Верховный одобрительно посмотрел на банкира, щелкнул золотой гильотинкой, обрезая кончик кубинской сигары. – Мы в любом случае выигрываем. Если удар по авианосцам не приносит успеха, все равно война и восстановление вновь разрушенной инфраструктуры Саудовской Аравии дадут нам как минимум еще полгода высоких цен на энергоносители. Страна все равно окупит военные затраты и даже сможет дать кредит Ираку. Если же мы добьемся успеха и янки понесут тяжелые потери, то вероятна парочка ядерных ударов по иракцам. Для острастки Багдада. И тут появляется шанс сбить мировую экономику в глобальный кризис с долгой депрессией. Начинайте проработки по энергорублю немедленно…

ГЛАВА 6

Смерть авианосцев

Три слона в тесной ванне

…Полный черноволосый человек отрывисто говорил что-то в телефонную трубку, жестикулируя правой рукой. Мягкий погон на измятой рубахе цвета хаки выгнулся коромыслом.

Этот человек был известен всему миру. То был сам Саддам Хусейн. В этот момент он был наэлектризован: решалась судьба Ирака, наступал кризис войны. Хрипловатый голос подстегивал невидимого собеседника.

Величенко внимательно смотрел на иракского лидера, изучая его мимику. Сейчас ему предстоял нелегкий разговор.

Главного русского советника с переводчиком-референтом доставили в один из президентских дворцов в машине с опущенными на бронестекла салона шторах. Таков уж был порядок, касавшийся всех высокопоставленных лиц Ирака. Никто не должен был знать, где находится всесильный Раис в конкретный момент времени. Может быть, в своем бункере под знаменитым отелем. Может быть, в одном из двадцати восьми своих дворцов. Он все время перемещался, опасаясь того, что его могут накрыть ударом с воздуха. Впрочем, ехали недолго. Стало быть, они – в Багдаде.

Саддам приветствовал их довольно тепло. Он лучился уверенностью в себе.

– Хотя ваши зенитно-ракетные комплексы и оказались не столь сильными, как нам казалось раньше, однако обстановка складывается великолепно! – начал он разговор. – Нам удалось отразить налет израильской авиации на Ядерный центр в Багдаде.

– Я искренне рад, господин президент, – кивнул головой Величенко, выслушав перевод своего помощника. Саддам присел в большое кресло и жестом пригласил гостей занять два кресла поменьше. По левую руку от Саддама устроился переводчик с русского на арабский.

– Обсудим дальнейшие действия? – спросил Хусейн, поигрывая ножиком для разрезания бумаги.

– Конечно, уважаемый Раис. Но для начала пробегите глазами вот это, – Величенко протянул иракцу небольшую записку. Это была переведенная на арабский часть сообщения из Москвы, добытая с помощью генерала Рогозина. Она касалась предполагаемых действий коалиции для уничтожения баллистических ракет и предотвращения обстрелов как Израиля, так и собственных позиций.

Саддам нахмурил брови и пошевелил усами, читая справку.

– Неплохо! – довольно хмыкнул он. – Мы смогли им досадить и своего добиться. Вы знаете, что теперь чуть ли не половина авиации этих собачьих детей охотится на наши мобильные ракетные установки? А мы водим их за нос, то поджигая бочки с горючим и изображая старты ракет, то заставляем гоняться за простыми трубами, поставленными на тягачи. И специально заводим американские самолеты в глубь устроенных зенитчиками засад.

– Знаю. И хочу выразить восхищение такой изобретательностью, – огладил бороду Величенко.

– У вас исчерпывающие сведения, Искендер, – Саддам назвал Величенко, переиначив его имя на арабский манер. – Можно подумать, что ваши люди присутствовали на заседании высшего американского командования. Что, действительно, так и было?

– Секрет фирмы, – загадочно улыбнулся русский Главный советник.

Саддам снова пробежал глазами справку. Если верить ей, то на охоту в западные районы Ирака Коалиция собралась бросить отряды американских Сил специального назначения и британской Специальной авиадесантной службы. Они должны охотиться на ракетные установки и наводить на них удары коалиционных самолетов, «подсвечивая» цели лазерными «указками». Одни отряды должны проникать на территорию Ирака на вертолете «Пэйв Лоу», другие – на вездеходах «Лендровер» и мотоциклах высокой проходимости. Диктатор стиснул в руках рукоять ножичка. Ага! Если так, то сюда можно бросить отряды иракских коммандос и части Республиканской гвардии. За вертолетами могут охотиться другие вертолеты. Если русские не врут, то новость – просто отличная. Хотя ракет у него осталось совсем мало, игра может выйти просто великолепной. Чем больше гибнет американцев и англичан, тем больше шансов на то, что западники отступят.

Величенко молча ждал, когда Хусейн дочитает справку. О том, что американцы готовятся применить ядерное оружие, пускай и своеобразно, он умолчал.

– Но это еще не все, господин Президент, – раздался голос Величенко. – Настала пора нанести, быть может, самый сильный удар. Пока противник находится в сложном положении, его нужно доломать. Лишить его воли к дальнейшей борьбе. Нужно задействовать наш план удара по авианосцам. Пока они находятся близко от берегов, в пределах досягаемости нашей авиации. Только глупец мог загнать трех слонов в такую тесную ванну…

– Так ты говоришь, Искендер, только глупец загоняет трех слонов в тесную ванну? – хищно ощерился в усы иракский диктатор.

– Вот именно, товарищ Хусейн…

Диктатор поднялся с места и жестом пригласил гостей куда-то в угол своего кабинета. Там находился прозрачный столик – простой зенитный планшет, положенный плашмя. На покрытом координатной сеткой стекле были жирно нанесены контуры Персидского залива, похожего на очертания гигантского желудка. И почти на траверзе Дахрана рука Саддама трогала три маленьких фишки – три кораблика из красной пластмассы. Авианосцы США «Мидуэй», «Рейнджер» и «Теодор Рузвельт». Истинная цель операции «Стальная вьюга». Только крайняя самоуверенность позволила американцам загнать на мелководье почти замкнутого Персидского залива три этих гиганта длиною по трети километра каждый. Да еще и нежелание зависеть от аэродромов третьих стран.

– Как видите, я был готов к такому разговору, – заметил Хусейн, сверкнув черными глазами. – Аллах услышал наши молитвы. После ударов по наземным аэродромам противник был вынужден ввести авианосцы севернее 26-й параллели. Они, наконец, прошли все через Ормузский пролив и теперь находятся в узости Персидского залива. Как я ждал этого часа!

– Это делает честь вашей проницательности, Раис, – вежливо ответил русский. Саддам хищно шевельнул усами, расплылся в довольной улыбке.

Три самых желанных цели плавали сейчас в древнем, очень соленом море с зеленоватыми водами.

Самым старым из авианосной группировки США в Персидском заливе был «Мидуэй», спущенный на воду еще в 1945-м. Он выступал самым малым среди всей троицы: 76 тысяч тонн водоизмещением, длиной в 306 и шириной 56 метров. Вооруженный, кроме 30 FA-18 и 16 A-6E, всего двумя трехракетными установками УР «воздух—воздух» «Си спэрроу» и двумя мотор-пушками «Вулкан-Фаланкс», он мог рассчитывать лишь на своих пилотов да на корабли прикрытия.

«Рейнджер» (326х76 метров, 79,2 тысячи тонн) вступил в строй в августе 1958-го и нес на борту 20 F-14 и 35 штурмовиков A-6E. Бортовая «артиллерия» его также слаба.

Самым же главным кораблем здесь выступал «Т. Рузвельт» – 96-тысячетонная махина трехсот тридцати двух метров в длину, с атомным двигателем. Он нес на себе 84 летательных аппарата, среди которых – 20 F-14, 19 FA-18, 18 штурмовиков A-6E.

То был корабль из новейшей серии авианосцев США, плававший с 1986 года.

В этот час судьба трех гигантов была решена. Хусейн и Величенко, не сговариваясь, склонились над плексигласовым планшетом. Американцы сами падут жертвами собственного общества. Воюя с Западом, не обязательно вести операции в духе битв с Гитлером, когда надо было взять именно этот город, именно этот узел сопротивления или железных дорог. Запад боится вида собственной крови, и его важно напугать до полусмерти, заставить взорваться манифестациями страха. А что может быть лучше в сем деле, чем сожженные остовы кораблей, которые американец подсознательно считает вечными и непотопляемыми? Чем потоки цинковых гробов?