Эми поднялась наверх, чтобы посмотреть, как они уезжают. Пинто была вместе со слугами. Пинто обернулась и помахала рукой своей госпоже, которая, она знала, наблюдает за ними.
«Дай боже, – подумала Эми, – чтобы она вернулась побыстрее». Потом несколько минут постояла у окна, глядя на улицу. Неужели это действительно правда и Роберт планирует ее убить? Она не могла в это поверить. Эми вспомнила те дни, когда он ухаживал за ней. Роберт твердо был намерен жениться, независимо от того, даст ли его отец свое позволение на это или нет. Вспомнила первые дни их брака. Конечно, о таком мужчине, как Роберт, неизбежно должны ходить слухи. Он невероятно красив, самый привлекательный мужчина при дворе. Разумеется, Роберт нравится королеве.
Но что толку в воспоминаниях? Вот теперь он планирует ее убить. Эми прислушалась, и тишина в доме испугала ее. Ей захотелось бежать, броситься вслед за слугами, поехать вместе с ними на ярмарку. Глупо, конечно. Пинто мудрая женщина. Ее план, разумеется, безумный, но это единственный способ избежать опасной ситуации.
– Идите к себе в комнату и постарайтесь заснуть, – сказала Пинто.
Именно так она и сделает.
Отворачиваясь от окна, Эми вдруг увидела всадника, подъезжающего к дому. На мгновение она ужаснулась, подумав, что это Томас Блаунт. Но это оказался сэр Ричард Верни, который приехал по какому-то официальному делу к Форстеру.
Она увидела, как Форстер вышел, поздоровался с ним, и двое мужчин в конце концов пошли куда-то в сторону от дома. Форстер хотел показать Верни какие-то деревья, которые необходимо было срубить.
Эми отошла от окна, легла на постель и задвинула занавеси. Надо постараться заснуть. Пока Томас Блаунт не приехал, она в безопасности.
Около кровати стояла тарелка со сладостями, там, где Эми оставила ее прошлой ночью. Должно быть, служанка вновь наполнила ее перед тем, как уехала на ярмарку. Эми увидела свои самые любимые пирожные, перед которыми никогда не могла устоять, и почти механически начала их есть. Пирожные оказались восхитительными!
Еще не закончив одного, она вдруг почувствовала сильную усталость. И тут же заснула.
Прошло меньше часа, когда дверь в комнату Эми тихо отворилась. Вошли двое мужчин. Один из них очень осторожно отодвинул занавеси кровати.
– А если она проснется? – спросил один.
– Невозможно, – ответил другой, глядя на тарелку.
Он улыбнулся. Такую прекрасную возможность нельзя упускать. Все слуги – почти все, кто жил в доме, – уехали на ярмарку! Самое подходящее время для несчастного случая.
– Давай, – сказал другой. – Давай покончим с этим.
Один подхватил Эми под плечи, другой взял за ноги, и они тихо вышли из комнаты.
Ускользнуть оказалось совсем не просто. Пинто с нетерпением выжидала подходящего момента. А когда он настал, долго шла пешком в Камнор-Плейс.
Удастся ли ее план? Что будет, если их заметят? Убьют ли ее вместе с госпожой? Тогда на его совести будут два убийства.
Она не должна его винить. Он отличается от других людей. О нем нельзя судить по обыкновенным стандартам. Это только справедливо, что судьба ни в чем ему не отказывает. Пинто это понимает.
Но она не собирается отдавать ему жизнь Эми. Будет бороться за нее даже ценой своей собственной жизни, даже если этим заставит его пойти на двойное убийство.
Они тайком выберутся дома. Проберутся к конюшням. Затем быстро поскачут и до наступления темноты будут уже очень далеко от Камнор-Плейс, там, где их никто не знает. Найдут подходящую гостиницу. Все должно получиться.
Пинто не могла представить себе провала. Она видела, как они приезжают в дом Джона Эпплъярда. А Джон сделает для сестры все, что угодно. Он очень любит Эми.
Наконец Пинто добралась до Камнор-Плейс.
Теперь она должна потихоньку прокрасться в дом и по главной лестнице поспешить в комнату Эми. Если встретит Форстеров, или госпожу Одингселлс, или госпожу Оуэн, скажет, что потеряла из виду остальных слуг и решила, что ей лучше вернуться домой. Но лучше ни с кем не сталкиваться, никого не встречать.
Дом показался ей очень тихим. Это прекрасно!
Она вошла в большой холл, залитый солнечным светом, заторопилась к лестнице, но вдруг резко остановилась, глядя на фигуру, лежащую у ее подножия.
Ноги Пинто будто окаменели. Она не могла пошевельнуться. Могла лишь стоять и смотреть перед собой, охваченная таким ужасом, какого не испытывала никогда в жизни.
Пинто поняла, что пришла слишком поздно.
Эми Дадли была мертва. Ее нашли на полу в холле Камнор-Плейс с переломанной шеей, очевидно в результате падения с лестницы. При дворе и в народе ни о чем другом не говорили; существовало только одно объяснение – это убийство. И не было необходимости искать убийцу.
Королева послала за Робертом, объявив, что должна поговорить с ним наедине. Елизавета боялась – не только за него, но и за себя. Она попала в одну из самых опасных ситуаций в своей жизни. Но знала: королева должна взять власть, отодвинув любовь на второе место.
Но когда его увидела, поняла: что бы ни произошло между ними, она всегда будет его любить. И сейчас любила его ничуть не меньше, хотя он и совершил убийство. Но разве Роберт пошел на него не ради нее? Елизавета слишком часто смотрела в лицо смерти, чтобы дорого ценить чужую жизнь.
Она должна спасти его и себя.
– И что теперь? – спросила королева, как только они остались одни. – Что теперь, Роберт?
– Она упала с лестницы, – ответил он. – Это несчастный случай.
Елизавета невесело рассмеялась:
– Несчастный случай? В такое удачное время?
– Кажется, это так. Должно казаться, что так.
– Разве вы не видите, какими глупцами мы были, вы и я? У нас хватило ума показать всему свету свои чувства, которые следовало бы тщательно скрывать. Несчастный случай с женой никому не известного придворного не вызвал бы ни у кого интереса. Но с вашей женой… в такой момент… когда всему свету известно, что мы любим друг друга… Роберт, никто не поверит, что это несчастный случай.
– Вы королева, – проговорил он.
– Да, да! Но есть одна вещь, которую я знаю всю мою жизнь. Королева или король должны вызывать у народа любовь и уважение. Они шепчутся обо мне. Они говорят грязные вещи. Говорят, что я ношу вашего ребенка. А теперь они скажут, что все это сделано для того, чтобы наш ребенок был рожден в браке… законным наследником трона. И будут сплетничать обо мне. Будут называть меня распутной женщиной.
– Ваш отец имел шесть жен, – напомнил Роберт. – Две из них лишились головы; двоих он выгнал, когда они ему надоели; одну, как считают некоторые, от казни спасла только его смерть. Вы говорите о скандале. Как можно его сравнить с матримониальными приключениями вашего отца?
