Клэр чувствовала, что ее тело живет, пульсирует, яростно жаждет ласк. Загрубелые мужские ладони пробудили огонь под кожей, кровь в жилах, ее самое. Мускулы на руках Бекетта, упругий пресс, тяжесть его веса, изгиб спины — Клэр было мало, мало... Их дыхание вновь смешалось в обжигающем поцелуе, а затем губы Бекетта скользнули к груди Клэр. Она потрясенно выдохнула, охваченная восторгом и желанием, оставила жалкие попытки контролировать эмоции и отдалась чувствам.
Они лихорадочно раздели друг друга, не промолвив и слова — все слова сгорали в пламени страсти, — и вновь рухнули на постель. Клэр, точно лоза, обвила Бекетта руками и ногами, все подалась вперед, словно бы предлагая — нет, требуя.
Когда он вошел в нее, Клэр вскрикнула, и в ее возгласе прозвучала радость высшего женского наслаждения. Чувствуя дрожь, которая сотрясала Клэр, Бекетт попытался сдержать себя, но она вновь жарко прильнула к нему, и этот мощный импульс моментально лишил его воли. Бекетт взял ее, поднимаясь и опускаясь на горячей волне желания до тех пор, пока не достиг собственного пика и не упал, счастливый и опустошенный.
Клэр никак не могла перевести дыхание, сбившееся, когда на вершине блаженства она то ли расплакалась, то ли испустила торжествующий вопль. Кажется, и одно и другое, ведь ей отчего-то хотелось и плакать, и кричать от радости.
—Я способен на большее, — пробормотал Бекетт, зарывшись лицом в ее волосы.
—М-мм?
—Я способен на большее. В этот раз слишком поспешил.
—Нет, это я поспешила, и спасибо, что поддержал темп. Боже мой, Бекетт... — Клэр вспомнила: в момент кульминации она урчала, точно кошка. Что ж, даже лучше. — Пожалуйста, не отодвигайся, полежи так. — Она обняла Бекетта, не желая отпускать.
Он остался рядом — весьма охотно — и лишь приподнялся на локтях.
—Клэр Мерфи, то есть Брюстер, только посмотри на себя. Вся растрепанная, запыхавшаяся... Клэр, ты чертовски красива.
—Мне нравится быть растрепанной, запыхавшейся и чертовски красивой. Кстати, Бекетт Монтгомери, посмотрел бы ты сейчас на себя! Довольный и гордый, дальше некуда.
—Ну еще бы, я ведь только что уложил в постель хозяйку книжного магазина, разбившую сердца мужчин всего города.
Клэр хихикнула и ущипнула его пониже спины.
—Эй, советую не хвастаться победой на каждом углу.
—Я собирался дать объявление в местную газету.
Клэр с удовольствием глядела в лицо Бекетта, сейчас такое спокойное и расслабленное, в синюю глубину его глаз.
—Не забудь сказать, что я была великолепна.
—Тем более что это чистая правда. — Бекетт наклонился и поцеловал ее. — Ты выпила меня до дна.
—Приятно сознавать, что я не утратила прежних навыков.
Бекетт прижался губами к плечу Клэр — взял паузу. Он не хотел представлять ее с другим, пусть даже с мужем. Глупо? Возможно. Эгоистично? Да, наверняка, но здесь, сейчас он этого не хотел. Бекетт немного помолчал, ожидая, пока досадное чувство испарится.
—Мечтаю увидеться с тобой завтра.
—Ох нет, завтра я не смогу уйти из дома. Дети.
—Можно никуда не уходить или взять их с собой.
—Завтра они приглашены на день рождения. Такие мероприятия обычно затягиваются. Если хочешь, приходи к нам на ужин в воскресенье. Правда, мы сядем за стол раньше обычного, потому что в понедельник всем в школу.
—Во сколько?
—В половине шестого.
—Обязательно приду.
Бекетт перевернулся на бок, сел в кровати и сжал ладонь Клэр.
—Я должен идти.
Клэр обхватила себя руками и притворно поежилась:
—Уйдешь и оставишь меня одну в пустом доме, где даже собаки нет?
—А-а, так тебе вовсе не страшно? — улыбнулся Бекетт.
—Нет, я схитрила. Надо же было как-то завлечь тебя в постель.
—Молодчина.
—А теперь мне придется придумывать, как бы тебя удержать.
—Клэр, я бросил машину на подъездной аллее. Соседи увидят ее, особенно если она простоит там до утра.
Клэр села в кровати. Надо же, он волнуется о ее репутации.
—Бекетт?
—Что?
—Дадим людям повод посудачить.
12
В понедельник утром, задолго до открытия «Весты», Клэр воспользовалась своим ключом, чтобы попасть в ресторан. Услышав жужжание огромного миксера, она направилась прямиком на кухню, где Эйвери замешивала тесто.
—Привет. Хотела поговорить с тобой до... — Клэр замерла на месте и вытаращилась на подругу, которая невозмутимо скатывала в колобки уже замешанное и порезанное на порции тесто. — Что с твоими волосами?! Они... малиновые? Ты покрасилась!
—У тебя был секс.
—Я... Ты выкрасила волосы, потому что у меня был секс?
—Нет. Как раз потому, что у меня-то секса не было... Шучу, не из-за этого, конечно. — Продолжая катать колобки, Эйвери шумно выдохнула. — Разве что отчасти. В основном просто захотелось разнообразия. Чего-нибудь бодрящего.
—Уж взбодрила так взбодрила.
Эйвери опустила глаза на свой далеко не безупречный передник, на поношенные матерчатые тапочки «Олд Нейви» с цветными вставками.
—Я погрязла в рутине, Клэр. Нет, я сама — ходячая рутина.
—Ничего и не рутина. Мне нравится цвет. Такой... живенький.
—Мне тоже нравится. Наверное. — Руки Эйвери были выпачканы мукой и тестом, поэтому она почесала подбородок о плечо. — Утром я посмотрела на себя в зеркало и перепугалась до полусмерти. Забыла, что с вечера покрасила волосы, и отшатнулась: «Э-э, кто это?!» Ладно, это всего лишь оттеночный шампунь. Немного похожу так, а там, глядишь, он и смоется.
Слава богу, мысленно порадовалась Клэр.
Ловкими и проворными движениями Эйвери поместила скатанные колобки в формы, чтобы тесто поднялось.
—Вернемся к нашим баранам. У тебя был секс в пятницу вечером и...
—И всю ночь до утра субботы.
—Похваляются только ничтожества, великие хранят молчание. Разве я тебе не лучшая подруга?
—Лучшая подруга на веки вечные. — Клэр показала пальцем на сердце.
—И что я получаю? Жалкую эсэмэс: «Провела ночь с Б. Великолепным».
—Я ведь оставила тебе на автоответчике кусочек песни Шании Туэйн. Ну, этот: «Я вновь настоящая женщина».
—Спасибо, позабавила, но, по-моему, лучшая подруга заслуживает более подробного освещения событий.
—В субботу здесь праздновали день рождения. Ты работала... до полуночи?
—Примерно.
—Я не привыкла заниматься любовью в таких количествах. В субботу завалилась спать сразу, как уложила детей. В воскресенье, как обычно, я ни одной минуты не потратила на себя, а ты опять работала.
—Видишь? Я — воплощение рутины.
