она?
– Почему тебе это так интересно? – с нотками обиды спросил Тобиас.
– Я просто пытаюсь понять, что здесь происходит.
Они шли как-то подозрительно быстро для двух уставших людей, и Тоби придерживал Ленни выше локтя, словно тот при случае мог куда-то убежать.
– Это была… – вздохнул Тоби, – Хозяйка Леса.
Леннарт приподнял бровь.
– У леса есть хозяйка или. – Он постучал себя по виску. – Это она так сама считает?
– У каждого леса есть Хозяин, а особенно у таких необычных Лесов.
– И много таких? Лесов я имею в виду.
– Немного. Но и этот не единственный.
– А я думал, что хозяин леса – это та мусорная куча с черепом в костяной хижине…
– Нет, он Дух Леса, это совсем разные вещи.
– Приятно осознавать, что рядом со мной эксперт, – с легким раздражением заметил Леннарт.
– Это прозвучало как… издевка. Или мне послышалось?
– Если она такая тут важная, как ты утверждаешь, то мы могли бы попросить ее выпустить нас.
– Атрия этого не сделает.
– Ты даже знаешь ее имя! – воскликнул Леннарт и резко остановился.
Тобиас наконец отпустил его и зарылся лицом в ладони.
– Все совсем не так, как должно быть, – дрогнувшим голосом произнес он. – Все пошло наперекосяк…
– А как должно быть? – чуть повысив голос, спросил Ленн. – Тоби, я перестаю улавливать суть происходящего. У меня совсем ничего в голове не укладывается. Либо все здесь посходили с ума, и я в том числе. Либо… либо ты что-то крупно недоговариваешь. В смысле, я и так понял, что ты недоговариваешь. Но есть что-то очень важное, так? Для полного понимания будто не хватает какого-то элемента, из-за чего все кажется разрозненным и бессмысленным. Может, расскажешь уже? Я приму это. Я даже принял, что существуют хижины-волшебные-котлы. Или что там? Тролли. Пожалуйста. И маленькие невидимые человечки, которые живут в хижинах.
Тобиас отнял руки от лица, взгляд его испуганно бегал туда-сюда, но глаза никак не встречались с глазами Ленни. Он достал из кармана камень и принялся нервно теребить шнурок. Леннарт обнял себя за плечи, пытаясь хоть как-то защититься от поднявшегося пронизывающего ветра.
– Я… – нерешительно произнес Тобиас, наконец с испугом посмотрев на Ленни.
Ленн с мягким понимающим ожиданием смотрел на него в ответ.
– Ты… что?
С неба вдруг посыпал дождь, ставя таким образом точку в их разговоре. Сначала мелкими каплями, но уже через мгновение он набрал силу и превратился едва ли не в тропический ливень. Голые кроны деревьев почти от него не защищали.
Стало не просто холодно, а ужасающе холодно. Сердце замирало, и ничего не спасало. Сначала они побежали, но почва под ногами превратилась в болотистую жижу, поэтому пришлось просто идти. Они моментально промокли до нитки.
Дрожащими руками Тобиас приподнимал камень, ронял его, потом они вместе с Ленни искали его в траве, находили, и все повторялось снова и снова, как будто до бесконечности. Но в какой-то момент среди деревьев сквозь пелену дождя все-таки проступили очертания полуразвалившейся хижины. У Ленни отлегло от сердца, хотя он сейчас согласился бы даже на железнодорожную станцию Ньют-Крик, лишь бы их не пронзал ледяной дождь.
Хижина оказалась очень похожа на ту, в которой они заночевали впервые. У Ленни даже проскочила мысль, что они вернулись обратно, почти в самую начальную точку своего «путешествия», и завтра все будет повторяться, как в «день сурка». Естественного освещения уже не хватало, чтобы осмотреться, да и у Ленни с Тоби не было ни сил, ни желания на какие-либо поиски, так сильно они оба замерзли.
Леннарт пытался разжечь камин или хотя бы поджечь жалкие два полена, что здесь имелись, но его спичечный коробок размяк от дождя, а пламя не схватывалось на дровах, тоже, должно быть, сырых. Тоби в скрюченной позе сидел около кровати на полу. Его трясло. Так они переохладятся до смерти.
– Т-т-о-б-б-и, на-на-д-до снять од-д-дежду и укрыт-т-ться одеял-л-ом, ин-н-аче м-м-ы… – Леннарт даже не стал договаривать. Губы еле шевелились, и его самого пробила сильная дрожь. По крыше хижины грохотал ливень, падал крупными ледяными каплями, стучался в окно.
Тобиас не откликнулся, продолжая трястись со страшной силой. Леннарт присел рядом с ним на корточки и коснулся плеча.
– Эй.
Тобиас зашевелился и приподнял голову. Зубы его громко стучали, потемневшие от холода губы шевелились, словно он что-то говорил, но кроме тихих мычаний ничего не было слышно.
– Од-дежда, – сказал Леннарт и снова коснулся его плеча.
Тобиас молча кивнул. Он явно был не в состоянии говорить что-либо.
– Я по-помогу.
К тому моменту за окном почти полностью стемнело, а в хижине не нашлось никакой лампы или свечи, поэтому раздеваться пришлось на ощупь. Мокрая ткань липла к коже, дрожащие пальцы не могли за нее ухватиться с первой попытки. И со второй тоже. Пуговицы вообще казались сложным механизмом, как и шнурки на обуви. Любое движение давалось с трудом, но кровь разгонялась. Ленн разделся быстрее и помог раздеться Тоби. Они не произнесли ни слова банально потому, что не было сил (и необходимости), в темноте хижины слышались только их вздохи и тихие всхлипы под аккомпанемент бушующего ливня снаружи.
Сняв с себя все, Ленн попытался развесить одежду, чтобы к утру с нее хотя бы не стекала вода. Обессиленный Тобиас рухнул на кровать и укрылся пыльным одеялом, единственной полезной находкой в этой хижине. Холодный воздух соприкасался с влажной кожей, и Ленн думал, что окоченеет, пока возился с их одеждой, однако в скором времени он тоже забрался под одеяло.
Они никак не могли согреться. Лежали и дрожали. Будь они в городе, им бы помогла горячая ванна, согревающий чай с имбирем и лимоном или медом, теплый халат с носками, шерстяной плед…
«Пожалуйста, пусть нам повезет со следующей хижиной. Пусть нам повезет, что следующий раз вообще будет».
– Н-н-адо как-то с-согреться, – стуча зубами, прошептал Ленн. – Те-те-тело рас-с-тирать, так д-должно б-быть теплее…
Тобиас придвинулся ближе, и его ледяные ладони коснулись корпуса Ленни, прошлись по пояснице до лопаток. Леннарт тоже обвил Тобиаса рукой. От него исходил ледяной холод, но сейчас действительно лучше прижаться друг к другу, чтобы не умереть от переохлаждения. Ленн никак не мог забыть, что Тоби говорил про свою болезнь… болезни. И ему было жаль этого паренька, каким-то образом потерявшегося в лесу. Ленн не мог ничего сделать на данный момент, он просто хотел согреть его остатками своего тепла и согреться сам. Выбора не было.
От тесного соприкосновения кожи к коже по нервным окончаниям словно бы пробежался легкий электрический импульс. Ленн ощущал на своей ключице щекочущее дыхание. Его рука лежала у Тоби
