Галлии испугался. Нет, конечно же. Просто ноги сами, не спросясь мнения хозяина, вынесли героя в коридор и, опять же по своей инициативе, забежали – именно забежали, какое там «степенно зашли» – в кабинет владетельного графа. Слава богу, что Филипп был именно там.
– Ну что, вспомнил? Уж не знаю, чем и о чем думал наш батюшка, покупая эту жертву работорговцев, но сама мысль, что в замке может появиться вторая досточтимая Фируза, напрочь отбила у нас всякое желание ехать в Венецию. Во всяком случае, с целью покупки рабыни.
Когда де Камбре отошел от шока, вызванного столкновением восточной сказки и реальной действительности, двум специалистам разведки удалось-таки составить план, весьма изящно выглядевший в теории. Если бы эти планы еще и в жизни срабатывали…
Короче, Филипп предложил отправить де Савьера в Венецию под его, графа Амьенского, именем. Правда, среднего роста русоволосый маг был похож на красавца-богатыря графа, да еще и блондина, как драная дворняга на королевского дога, но искушенных разработчиков это не смутило. Особенно одного, бывшего полковника, прости господи.
– Жан, да с момента поступления в академию я ж ни с кем, кроме военных, и не общался! А волосы мы перекрасим – это ж простейшее заклятье! Неделю, которую ему предстоит шастать по османским землям, оно точно продержится!
Граф был неподражаем в своем энтузиазме. А де Камбре… ну что ж, он другого выхода просто не видел. Или эта авантюра, или надо сесть, сложить лапки и ждать неизвестно чего. Причем «чего» заведомо неполезного для здоровья.
– Месяц, опять же, у нас в запасе имеется. За это время я из нашего мага такого графа сделаю – никто не усомнится! – продолжил развивать идею де Бомон. – И слугу ему организуем! Д’Оффуа как раз в отпуск собрался, так я его на это время к себе на службу найму! Это уже будет мой, а не королевский слуга. Ибо вассал моего вассала – не мой вассал, и этот закон незыблем!
Глава III
Поль Пифо трясся на крестьянской телеге, вдыхая густой аромат прелой соломы и наслаждаясь истеричным визгом четырех поросят, которых рачительный крестьянин вез с городского рынка.
Под пасмурным небом Нормандии тянулись поля, лишь изредка разрезанные жидкими перелесками. Черная, вязкая после недавнего дождя дорога и гнусная, липкая духота.
Да, он все еще был Полем Пифо. Шалопаем, умудрившимся влезть в непонятные нормальным людям разборки благородных господ, но счастливо вывернуться и даже пригреться под уютным крылышком самого шевалье де Ренарда. Смешно, вся челядь этого уважаемого господина свято убеждена, что Поль его незаконнорожденный сын. Впрочем, это заблуждение до сих пор приносило неплохие плюшки в виде возможности чего-нибудь перехватить на кухне, кокетливых взглядов молоденьких служанок и отсутствия подзатыльников, на которые оказалась так щедра новая домоправительница.
Жизнь была бы и вовсе прекрасна, если бы не дочь де Ренарда баронесса де Безье. Эта молодая дама почему-то вбила себе в голову, что просто обязана вырастить из юноши великого счетовода. Потому днями напролет издевалась над ним, заставляя зубрить планы счетов, порядок заполнения главных книг и еще многое-многое, что тот считал делом скучным и настоящему мужчине никак не нужным.
А три дня назад и вовсе решила, что дальнейшее обучение следует продолжить в реальном хозяйстве. Переговорила с папочкой, после чего молодой человек был отправлен в виконтство Ри в качестве помощника управляющего.
Об отказе не могло быть и речи. Во-первых, поместье хоть и находилось в управлении де Ренарда, но было родовым поместьем жены самого виконта де Камбре. А во-вторых, этот самый виконт лично встретился с Полем… нет, на время их беседы все же с де Сен-Пуаном, виконтом.
Встреча состоялась в неприметной квартире неприметного дома. Низкий потолок, обшарпанные стены и маленькое грязное окошко, лишь едва пропускающее свет. Из мебели – четыре стула, грубо сколоченный стол и грязное ведро с крышкой. На случай, если кому из собеседников приспичит. Суровая такая обстановка.
– Что, дружище, постигаешь еще одну грань нашей работы?
– Это ты о счетной науке? Которая мне уже по ночам снится?
Де Камбре улыбнулся.
– Терпи, Шарль Сезар, терпи, знаний лишних не бывает. Поверь старику.
Ничего себе старик – лишь немногим старше двадцати. Молчал бы уж, утешитель.
Разумеется, этого юноша не сказал, но, видимо, сама мысль столь явно отразилась на лице, что королевскому интенданту пришлось сглаживать ситуацию.
– Ладно, не злись. Поверь, не зря ты грызешь гранит науки.
– Гранит науки?! Ну да, еще немного, и обломаю об него зубы. Или башку разобью. Слышал? Госпожа баронесса отправляет меня в поместье твоей любимой жены. И почему-то я уверен, что благодарить за предстоящую поездку следует именно тебя.
На этот раз де Камбре рассмеялся.
– Разумеется! Не забыл, что баронесса еще и моя невестка? Но согласись, дружище, сейчас ты непоследователен. То ворчишь, что скучно живешь, то недоволен, что тебе дело поручают.
Шарль Сезар подобрался.
– Дело? Какое дело?
– Серьезное.
Его собеседник тоже отбросил шутливый тон.
– На протяжении пяти лет в замке Ри сменилось четыре хозяина.
– Что ж, такое бывает.
– Да, бывает. Тем более что никто из них не был ни застрелен, ни заколот. Один ехал в карете, которая сорвалась в пропасть. Остальные мирно скончались от болезни. Но вот что странно. Все их близкие родственники – жены, дети, – они тоже мертвы. Моя жена – единственная, кто до сих пор жив. А ее отца мы хоронили на следующий день после свадьбы. В том самом Ри. Теперь как думаешь, может это быть случайным совпадением?
У парня загорелись глаза.
– И ты хочешь, чтобы я разгадал эту тайну? Как тайну ушедших кораблей?!
– Не совсем, такие задачи в одиночку не решаются. В Кале все получилось потому, что ты был не один. Так что недели через две-три в Ри приеду я сам. А твоя задача – стать в замке своим, услышать и увидеть то, что слуги не захотят или забудут рассказать и показать хозяину.
Они проговорили допоздна. Это только кажется, что все просто – расхаживай себе по замку, болтай с людьми. Нет. В Кале, надо признаться, повезло натолкнуться на тетрадь Легроса, подружиться с Софи. Второй раз удача может и отвернуться. Значит, надо знать, как заслужить ее расположение.
В конце Шарль Сезар спросил:
– Жан, а почему ты раньше не занялся этим делом?
– Потому что раньше у меня не было Поля Пифо. Без него решение как-то не просматривалось.
* * *
Да, интересный тогда был разговор. После него казалось, что все будет просто и быстро.
Но бесконечный унылый пейзаж, грязь и сырость дороги наводили на мысль, что, помимо решения интересной задачи, молодого человека ожидают горы нудной работы счетовода и бескрайние поля самой обычной скуки.
Вот, наконец, и замок… точнее, большой, красивый и богатый трехэтажный дом, совершенно не приспособленный к обороне.
