Вот и сейчас, разгрызая жесткое птичье мясо, Эри думала, какие неприятности их еще ждут и хватит ли запасов тайника для того, чтобы купить новую одежду и двух скакунов.
Время шло, а о колдунье до сих пор не было никаких новостей. Сколько Брин ни расспрашивал гонцов своего повелителя о новостях, ответ был одним и тем же – Эринан найти не удалось, она словно провалилась сквозь землю. Стекольщик с нетерпением ждал следующего шага Роу, и тот не разочаровал его. Убедившись, что поиски ведьмы в окрестных лесах и на торговых дорогах безрезультатны, Ледяной Король поступил иначе. Он разослал своих людей во все деревни, окружающие Срединный лес и топи. Это влетело магу в копеечку, но он мог быть уверенным, что, где бы ни вышли Эринан и ее спутница, их обязательно обнаружат. Брин никогда не видел своего господина таким возбужденным. Обычно холодный и невозмутимый маг не находил себе места. Он лично отправлял каждую из групп своих бойцов, долго и тщательно инструктируя их. Наемникам, возглавляющим группы, Роу выдал особые амулеты, с помощью которых он мог связываться с ними напрямую, не тратя время на ожидание гонцов. Каждый вечер маг устанавливал сеансы связи со своими шпионами, расспрашивая о том, что случилось за день, и получая однообразные отчеты. Эти сеансы порядком вымотали Ледяного Короля, а ситуация оставалась прежней – тишина и неизвестность. Наконец люди Роу обосновались в каждой деревеньке вокруг леса. Тридцать с лишним отрядов рассеялись по местным тавернам и постоялым дворам, смешиваясь с местными и тратя деньги Ллиана Роу в ожидании чуда.
Брин надеялся, что хозяин отправит его с одной из групп, но Роу упорно игнорировал своего стекольщика, предоставляя его самому себе. Чем больше Брин размышлял над сложившейся ситуацией, тем больше ему становилось не по себе. Неужели господин разгадал его планы? В конце концов, измучившись от томительного ожидания, мужчина собрал волю в кулак и отправился к Роу выяснять, в чем дело.
Момент он выбрал удачно.
Стекольщику, как приближенному слуге Роу, были открыты все двери замка, так что он беспрепятственно попал во внутренние помещения. Поплутав по гулким коридорам, которые Брин так и не удосужился изучить, он вышел к кухням; там ему сообщили, что хозяин от обеда отказался и сейчас находится в своих покоях. Несмотря на то что у стекольщика были некоторые привилегии в этом замке, он никогда ими не пользовался. Брин вообще не любил находиться в этом месте, поэтому плохо знал, где что располагается. Единственная дорога, которую он мог бы вспомнить и с закрытыми глазами, вела к покоям его господина, куда он сейчас и побрел.
Общая нервозность и скверное расположение духа воскресили в памяти все те жуткие мгновения, когда стекольщик стоял перед своим хозяином и, внутренне содрогаясь, выслушивал очередную гнусность, которую ему предстояло совершить. Как ни крути, то, что происходило сейчас, хоть и портило Брину нервы, но не заставляло идти на сделку с совестью.
А совесть стекольщика с каждым дрянным заданием становилась все менее сговорчивой. Было проще, когда он был молод, – тогда чужие кровь и боль воспринимались отстраненно, и Брин еще помнил времена, когда сам решал, что ему делать. Но с годами преступления, которые приходилось совершать, пусть даже не по своей воле, а под страхом смерти, все больше и больше тяготили мужчину. Он попытался вспомнить, сколько же времени делал для мага грязную работу, и содрогнулся. Неполные двадцать лет он марал руки в крови ради того, чтобы Роу продолжал считаться самым могущественным колдуном на этих землях. И это работало. Не задумываясь над этим раньше, Брин вдруг осознал, чьи жизни заканчивались по его воле.
Это были женщины и дети. Да, были и мужчины, жалкие маги-наемники, которые и в подметки не годились Ледяному Королю, но в основном – женщины и дети. Он травил воду и скотину в целых деревнях, поджигал дома или просто предавал мечу детей и похищал их матерей.
Содрогнувшись от этих мыслей, стекольщик прислонился к холодной каменной стене, чтобы перевести дыхание. Он никогда ни о чем не расспрашивал хозяина, слепо повинуясь его приказам и не задумываясь над ними, потому что это не доставляло ничего, кроме боли. Но сейчас Брин начал постепенно понимать, что каждый приказ был не простой прихотью, а частью какого-то невообразимого плана, настолько сложного, что невозможно было удержать в уме все его части. Если ты не Ллиан Роу, конечно.
И вот сейчас его господин снова охотится за женщиной. И не простой, а одной из самых сильных колдуний, предлагавших свои услуги за деньги. И, по слухам, которые шепотом передавались в обществе стекольщиков, одной из самых сильных колдуний вообще.
Брин попытался вспомнить своих предыдущих жертв и не смог. Отвращение к тому, что он делал, накрепко заперло все воспоминания, и теперь мужчина жалел, что не уделил большего внимания тому, что делал. Кто знает, может быть, если бы он сумел разгадать план Роу, ему бы удалось вырваться на свободу гораздо раньше… Если это вообще возможно.
Теперь Брину совершенно расхотелось задавать Роу какие-либо вопросы, чтобы случайно не выдать свои догадки, но он все-таки решил зайти к хозяину. Из-под дверей покоев лился голубоватый свет – Ледяной Король установил внеочередной сеанс связи со своим доносчиком. Стараясь унять бешено колотящееся сердце, Брин приник к двери, намереваясь подслушать разговор. Голоса доносчика слышно не было, вероятно, через амулет слова говорящего попадали прямиком в сознание колдуна, но сам он не мог общаться с закрытым ртом, а потому его голос гремел на всю комнату.
– Две? Ты совершенно уверен?
Неслышимый собеседник, очевидно, выразил уверенность.
– Она должна быть мертва. Я сам почувствовал ее смерть.
Пауза, доносчик долго рассказывал Роу что-то такое, отчего тот даже хлопнул в ладоши, продемонстрировав миру немыслимый всплеск эмоций.
– Еще и молодая? Молодая… Это даже лучше. Тогда убейте ту, которая старше. Чтобы наверняка, ты понял? Тело разденьте и тщательно обыщите, одежду сожгите.
Еще одна пауза – собеседник, видимо, решил уточнить детали.
– Мне все равно. Бросьте в лесу.
Сияние, просачивающееся из-под двери, погасло.
Бесшумно ступая, Брин отошел и спрятался за углом коридора. Ему требовалось время, чтобы отдышаться и привести в порядок мысли. Обрывки разговора свидетельствовали о том, что колдунья, которую он убил стеклянной стрелой, жива до сих пор, и это было невероятно. Стекольщик опасался делать поспешные выводы, чтобы не ошибиться, поэтому решил запомнить сказанное, но ничего не предпринимать, пока не будет полностью уверен. Успокоившись, он медленно добрел до двери Роу и постучал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
