этот кадр, он упал замертво на руки своих спутников.
Слева направо: Генерал Е. Хенрикс, маршал Маннергейм, новый президент Рюти, полковник А. Паасонен и Каллио.
16. Финляндия – в центре военной политики великих держав
Письмо Риббентропа Маннергейму от 23 июля 1940 года
24 июля генерал Лаури Мальмберг[47] в своей известной манере сообщает Маннергейму: «Почта с запада находится в почтовом ящике получателя!» Это сообщение означало, что секретный аген Маннрегейма «Б» прибыл из Швеции и ждал маршала в условленном месте. Агент передает Маннергейму пришедшее из Германии письмо.
Фельдмаршалу К. Г. Е. Маннергейму, Хельсинки
Во время моего визита к Вам 16 июля, в дискуссиях с Вами и премьер-министром Рюти был также затронут вопрос о попытках поиска мира между Германией и Англией, опять же предпринятых по инициативе Германии. Вопрос этот получил свое разрешение в форме негативного ответа, данного 19 июля 1940 года премьер-министром Англии Уинстоном Черчиллем.
Теперь, когда уже совершенно ясно, – что также доказывается оккупацией войсками Советского Союза Прибалтийских стран и объявления их советскими республиками – что против Германии начинается новая и намного более мощная операция с территорий к северу от Германии, правительство Германии должно в большей, чем ранее, степени обратить свое серьезное внимание на это опасное направление, чтобы первыми успеть сделать то, что другая сторона собирается сделать против Германии и её соседних свободных приграничных государств.
Под приграничным государством здесь я имею в виду Финляндию.
Передавая Вам, Господин Маршал Маннергейм, это мнение лидера Гитлера, я одновременно хочу сообщить, что в случае, если Финляндия желает послать в Германию представительную военную делегацию для получения известной нам информации по вопросам военного положения и намерений Советского Союза, то возможно эти соображения будут также полезны и в теперешнем рискованном положении Финляндии.
Также, фюрер Гитлер хотел бы через нашего представителя более детально обсудить Ваши вопросы о приобретении вооружения. Для этого мы пошлем нашего представителя для обсуждения вопросов или с Вами, Господин Маршал Маннергейм, или с уполномоченным Вами генералом,
Министерство иностранных дел Германии 23 июля 1940 года
Иоахим фон Риббентроп
Министр иностранных дел
Маннергейм/ВТ: – Уже в день получения письма Маннергейм разговаривает с президентим Каллио и премьер-министром Рюти. Оба согласны с маршалом, что стоит послать несколько генералов в Германию, чтобы послушать, что там хотят рассказать.
Ко всем, кто поедет в Германию, ставится одно абсолютное требование – запрет связывать нашу страну какими бы то ни было обязательствами или обещаниями по отношению к Германии. Одновремеменно с этим, Риббентропу сообщается, что членам военной делегации ничего не должно говориться об «Операции Барбаросса три».
С этой целью премьер министр Рюти, от имени Маннергейма, набрасывает следующее письмо, подписанное Маннергеймом.
Министру иностранных дел Хоакиму фон Риббентропу, Германия
Господин Министр иностранных дел фон Риббентроп, я получил Ваше письмо, датированное 23 июля 1940 года. О содержании письма я также поставил в известность президента Каллио и премьер-министра Рюти. В рельтате нашего обсуждения, я хочу сообщить следующее:
Во-первых: – Я могу принять Вашего уполномоченного представителя для обсуждения вопросов о вооружении и я прошу, чтобы он воспользовался тем же способом для поезди, который использовали Вы, Господин Министр иностранных дел, во время Вашего визита в Финляндию 16 июля 1940 года.
Во-вторых: – По Вашему приглашению мы посылаем в Германию для получения информации нашу военную делегацию, после того, как Вы, через нашего посла в Германии, сообщите, когда и к кому делегация может приехать и какой маршрут может для этого использоваться.
В-третьих: – Ни при каких обстоятельствах не сообщать военной делегации и никак не касаться Вашего плана «Операция Барбаросса три».
Хельсинки 24 июля 1940 года
Маннергейм
Монолог Маннергейма (ВТ, Хельсинки январь 1950 года)
«Насколько мне известно, касательно ситуации в Финляндии, никогда политика, и в особенности международная закулисная военная политика, не была такой многогранной, таинственной и запутанной, какой она была осенью 1940 года. Я хорошо знал, что вступление финнов в сражение с превосходящим их Советским Союзом осенью 1939 года во многих крупных странах расценивалось как глупость, или даже как самойбийство.
– В то же время, непреднамеренно или будучи введенными в заблуждение, мы серьезно запутались в планах касательно тайного сотрудничества между союзничащими Англией и Францией, и Советским Союзом в Москве 15 октября 1939 года. С тех пор, как 9 сентября 1940 года Германия раскрыла этот Московский договор и изменила свою международную политику, Советский Союз был принужден к миру с Финляндией (13 марта 1940 года). Однако, новая информация от моих друзей в Советском Союзе (Григорий и Люси), информация от германского руководства и другой, собранный мной разведывательный материал, показывали, что военные планы тройственного союза в действительности не изменились в своих основах.
– Несмотря на мирный договор, атаки Красной Армии могли возобновиться когда угодно и неожиданно. Англичане, к которым я всегда относился с уважением, и среди которых у меня было много хороших друзей, эти англичане, вдохновляемые Черчиллем, безрассудно втягивались в войну в невинной Скандинавии и Финляндии. Нами жертвовали, чтобы превратить в поле боя великих держав, как это уже случилось в Чехословакии, Польше, Бельгии, Голландии и прежде всего – в Прибалтике.
– Во время зимней войны, я ждал действительно быстрых и настоящих мер по оказанию помощи Финляндии. Они должны были помочь нам и заставить советские войска вернуться за наши границы. Вместо этого, согласно своим секретным планам, они были готовы пожертвовать Финляндией, так же, как они уже, несмотря на заключенные договора, пожертвовали многими другими малыми европейскими странами!
– Как я уже говорил, у меня и некоторых моих других финских друзей, были хорошие отношения с англичанами. Кроме этого, у моих шведских, французских и швейцарских друзей были даже прямые контакты с близкими к английскому правительству лицами. С их помощью я, всеми возможными способами, включая предложение о примирении, старался, чтобы правительство Англии пошло на предлагаемые немцами мирные инициативы. Если бы это удалось, то все участники, как только ситуация успокоилась, смогли бы собраться за столом переговоров в поиске мирных решений.
– Но было легче свалить быка, ухватив его за рога, чем даже попытаться переубедить Черчилля отступиться от своей дорожной карты. Его главной целью была безоговорочная капитуляция Германии, а лучше всего – её полное уничтожение. Еще осенью 1939 года, премьер-министр Швеции П. А. Ханссон также сообщал мне о том, что помощь западных держав была мошенничеством, и Финляндия должна постараться справиться
