Нет, – почти с раздражением произнёс он, – чипсы и колбасу брать не буду. Всё, пока. – Он с облегчением засунул телефон в карман.
Чего уж там было с оливками, неизвестно, но моцареллу он положить забыл. Раевский веселился, похоже, что в одно ухо влетело, а из другого вылетело. Чипсы Дорохов, кстати, взял, но наверняка оставит их в машине. Свои крекеры Марк пробил на три человека раньше и ждать Егора не стал, сразу поехал к его дому, адрес он знал. Всё время ехать следом было бы рискованно.
Припарковался на расстоянии дальности бинокля, в который он собирался смаковать доступные подробности семейной жизни следователя. Марк знал, что тот живёт с женой, которая на пять лет старше, той самой девушкой Ирой, что допрашивала его. Она занимает руководящий пост в Главном управлении МВД, выше Егора по званию и статусу, а значит, и зарабатывает больше. Их тринадцатилетняя дочь Вероника учится в английской школе, увлекается танцами и выступает на городских мероприятиях.
Раевский достал из бардачка бинокль и направил его на окна квартиры следователя.
«Как же хорошо, что люди не занавешивают плотными шторами окна, – думал он. – Думают, если те выходят на парк, то никто не видит, чем хозяева занимаются».
Женщина хлопотала на кухне, разговаривая с кем-то по телефону, который держала прижатым ухом к плечу. Подбежала дочь, отвлекла, что-то спросив, потом исчезла в тёмном коридоре. Судя по освещённости, её комната выходила окнами на другую сторону. Подъехал Дорохов, лениво вытащил из багажника пакеты и зашагал домой. Раевский трепетал, предвкушая его встречу с женой. Обнимет, поцелует и простит за неправильные покупки или встретит холодно и будет пилить? Долго ждать не пришлось. Ирина встретила мужа упрёками.
Марк был разочарован, ему казалось, что уж такой классный парень, как Егор Дорохов, достоин быть счастливым. Он прочувствовал эту боль и лишний раз утвердился в своей ненависти к женщинам.
«Какая же она дура! Впрочем, как и все они», – подумал он и тронулся с места.
Что это ещё было за наваждение? Раевского не отпускало это нелепое влечение, но риск обнаружить себя был велик, а тогда вопросов не оберёшься. Следовало оставаться в тени. После первой слежки он позволил себе ещё только две и обе очень удачные.
Марку довелось понаблюдать издалека за осмотром трупа женщины в парке.
«Ха, ну этого он наверняка отыщет и посадит», – думал Раевский, спрятавшись посреди кустов.
Ситуацию сильно подпортил дождик, смыв следы, но криминалисты не сдавались, тщательно осматривали территорию. Дорохов задумчиво глядел на лежавший на траве труп.
«Сейчас он думает, кто же этот зверь, убийца. – Марк почувствовал странное приятное возбуждение. – О, и я так хочу! Чтобы он думал обо мне. Залезть в его черепную коробку и остаться навечно, ведь поймать он меня никогда не сможет. Как же это заманчиво!»
Эти рискованные мысли на грани фола исцелили Раевского от апатии. Он хитро прищурился и почувствовал, как по телу пробежала дрожь от пришедшей идеи.
Следующая встреча состоялась на майские праздники, Марку очень захотелось узнать, как семейство проводит выходные, и ему улыбнулась удача, правда, ждать её пришлось несколько часов. Дорохов повёз жену и дочь в парк аттракционов.
Людская толчея как нельзя была кстати, в ней и укрылся на близком расстоянии следопыт. К разочарованию Марка, шум музыки, громких разговоров взрослых и визга детей мешал ему разобрать диалог Егора и Ирины. Они шли втроём, и дочь у первого же ларька потребовала себе мороженого.
– Не лучше ли после катаний? Мутить будет, – слабо возразила мать.
– Не, не будет, – уверенно ответила Вероника.
Женщина спорить не стала, купила девочке лакомство, и они двинулись дальше по дорожке. Погода радовала теплом и ярким солнышком. Деревья, покрытые молодыми маслянистыми листочками, услаждали взоры гуляющих людей, дети бегали по молодой траве. Раевскому было непонятно их беспричинное веселье, таких сборищ он сторонился. Отошли в прошлое времена майских демонстраций, напомнив, что ничто не вечно в этом мире. Большинство горожан старались уехать за город, на дачи или выбраться в лесопосадки, в парках гуляли семьи с детьми, которым больше были интересны аттракционы, а не шашлыки.
Вероника оказалась достаточно самостоятельной девочкой. Мама выделила ей денег и, напутствовав парой дежурных фраз, отпустила кататься одну. А сами родители спустились к пруду и уселись на скамейку, наблюдать за плавающими лодками и утками. Марк же пристроился за широким стволом столетнего дуба, прислонившись к нему спиной, чтобы не вызывать подозрений проходящих мимо людей. Видеть семейную пару из такой позиции он не мог, зато слышал хорошо.
– Славно, что сегодня выбрались, – после некоторой паузы сказала Ира, вздохнув. – Завтра дежуришь?
– Да, – ответил Дорохов.
– Я обещала Нике пиццу. Сходим в итальянский ресторан?
– Зачем спрашиваешь? – удивился он.
– Ну как же, ты всегда против моих предложений, – с нотками укора сказала женщина.
– Не вали всё в кучу, Ира.
– Хм…
– Давай уже закроем эту тему раз и навсегда. Я тебя прошу. Каждый день одно и то же. Мне надоело.
– Вовсе не каждый день. Закроем, конечно, теперь на несколько лет вперёд все должности будут заняты, пока ещё кого-нибудь в Москву не переведут или кто-нибудь не прикажет долго жить, – она была раздражена.
– Ир, ты бы могла хоть раз постараться меня понять.
– А ты меня?
– Тупик, – обречённо покачал головой Дорохов. – Ира, я не создан для собраний и бумажной работы. Ты хочешь убить во мне желание ходить на службу, желание жить?
– Я хочу, чтобы ты получал приличную зарплату, а после – нормальную пенсию! – выпалила она.
– Ир, ты серьёзно? Мы и так живём в достатке. Чего тебе ещё надо? Ты знала, когда выходила замуж, что я далеко не делец, а романтик. И ты мне говоришь о пенсии? – посмеялся Егор и грустно добавил: – Выходит, ты меня совсем не знаешь.
– На своей работе, Дорохов, ты до пенсии можешь не дожить. Напомнить?
– Ира, это для меня не важно. Ты бы должна была это знать, мы вместе с тобой начинали.
– Надо идти вперёд, а не топтаться на месте.
Егор промолчал.
Не было ничего странного в том, что доктор Раевский взял недельный отпуск на день своего рождения, чтобы отдохнуть на турбазе посреди лесной тишины, восстановить нервы, расшатавшиеся от напряжённой работы. Вечером в пятницу, 16 мая, он загрузил в машину припасы на неделю и отправился в дорогу. Турбаза находилась по другую сторону Волги, камеры на мосту зафиксировали автомобиль доктора.
Уютный маленький деревянный домик с удобствами, окружённый соснами, уже был подарком для Марка. Этот вид отдыха он открыл для себя впервые,
