Читаем без скачивания Уникумы Вселенной–2 - Юрий Иванович

Окончательное обсуждение создавшейся проблемы решили перенести наверх, в пустующую после победы над жрецами воинскую казарму при храме. Потому что главнокомандующий предложил соорудить подробный план всей местности, которая пролегала на пути египетской армии. Это предложение поддержали, а огромный, ровный пол казармы подходил для этого лучше всего.

Через несколько часов общими усилиями все пространство предстоящего театра военных действий перенесли условно на каменное покрытие одного помещения и стали размышлять, что предпринять. А Бензик забрал с собой астронома и ушел в свою лабораторию со словами:

– Все равно мы в ваших засадах, погонях и оцеплениях ничего не понимаем. Поэтому лучше отправимся ко мне и попробуем поработать с некоторыми многообещающими ядами и возбудителями очень страшных болезней. Грех, конечно, врачу травить людей, пусть они и кровожадны или жестоки, но лучше уж на них мор нагнать, чем самим страдать невинно.

Капитан посмотрел в спины удаляющихся стариков и не смог сдержать досаду:

– Опять нам убивать придется. Это и нам трудно. А каково же доку приходится? Если он всегда за каждую жизнь как за последнюю борется…

Розалия, следящая за освещением и заменяющая слишком короткие свечи, предложила:

– Хорошо бы только их царя «успокоить». Наверняка они тогда перессорятся и станут неуправляемой толпой.

– Если бы мы в самом начале такое сотворить додумались, – проворчал Даниэль. – А сейчас поздно. Слишком уж им понравилось жить за счет рабов и разбойных нападений. Одного ликвидируем – сразу другой на его место встанет. Тут надо всю армию вырезать, поголовно.

– А справитесь?

– Вот сейчас на эту тему и помечтаем. Правильно, капитан?

– Нет, мечтать вредно. Будем думать. И желательно придумать такое, чтобы сковать армию противника еще на дальних подступах к Харди.

– Устроим ему партизанскую войну?

– Как? И где? И какими силами? – стал восклицать Донтер с огорчением. – Ведь мы не в густом лесу и не на пересеченной местности. И самое отрицательное – у нас нет верховых животных. При их мобильности любые наши засады и ловушки будут молниеносно окружены и уничтожены.

– Но ведь мы можем двинуть вперед наш кавалерийский отряд, – не сдавался Даниэль. – Он будет со стороны наносить короткие уколы и сразу отходить.

– А что это даст? Десять лошадей и пятнадцать верблюдов с нашей стороны даже не стоит принимать во внимание. Египтяне могут или сразу послать за нашим отрядом погоню, или просто проигнорировать их до плотного контактного боя, – рассуждал капитан, перешагивая через импровизированные долины и плоскогорья. – А после этого просто по нашу кавалерию забыть. У них одна огромная жирная цель, и они будут целеустремленно двигаться только к ней. Причем ничего более стоящего мне сразу на ум не приходит. Разве вот здесь, среди этих нескольких гор, устроить большой обвал?

Главнокомандующий печально вздохнул:

– Помню эти горы хорошо, на самом деле они не такие крутые и расположены чуть не так, как мы тут изобразили. Нечему там ни падать, ни рушиться. Засаду там организовать для их армии можно и заставить потом сражаться в неудобном положении, но для этого надо иметь двойное преимущество. Да и то еще потери могут получиться колоссальные.

Молчавший долгое время Массум мечтательно протянул:

– Сколько раз я себе уже представлял: вот он, плохой человек, его надо уничтожить. Ныряешь к нему в сердце, слегка его сжимаешь – и труп готов. Ни тебе судов, ни тебе длительных разбирательств или допросов. Все просто…

– А если человек невиновен? – попыталась возразить Розалия, но мальчик посмотрел на нее таким взглядом, что она сразу замялась, хотя практически ничего не боялась. Массум к тому времени уже на таких типов насмотрелся, что порой насильно заставлял себя идти в очередную разведку отделенным разумом. Вот и сейчас он не сдержался, хотя и высказался только пятью словами:

– Тварь, недостойную жизни, сразу видно. Переводя разговор в более конструктивное русло, Донтер кашлянул и стал рассуждать:

– А вот подорвать боеспособность их армии любыми методами – наша основная задача. Пусть они если и доберутся до любимого нами Харди, то с болячками, слабостью, а еще лучше в пешем порядке. Думаю, тут нам наибольшую помощь окажет наш замечательный Док.

– Ну да, если отравить все колодцы у них на пути, такое может получиться, – согласно кивнул Даниэль. – Но ведь и они не дураки, будут каждый источник с питьевой водой проверять.

– Правильное сомнение. Вывод: нам надо постараться сделать так, чтобы кишечные заболевания не свалили с ног первого, кто попробует или понюхает воду, а всех разом, но на третий или пятый день похода. Вот тогда можно их и начинать тормошить партизанскими наскоками. Когда они приблизятся к городу и наши разведчики смогут молниеносно корректировать засады и наскоки. Чтобы разведка нырянием не пропала втуне. Да ночью нападать. Да со всех сторон. И в последнюю их ночевку где-то неподалеку от города вырезать их дозоры и устроить навесной «дождь смерти» прямо в их ночной лагерь. Стрелы новые у нас уже накопились в изрядном количестве, а их луки такую тяжесть метать не в силах, так что можем несколькими тысячами выстрелов и пожертвовать. Наши защитные баллисты и стационарные луки тоже скажут свое значительное слово при обороне…

– Но ведь их ничтожно мало, – напомнил Массум. – Да и те стреляют как… как ветер дунет.

– Ничего, пристреляем. И еще понастроим. Тем более, что десять дней у нас все-таки имеется. – Капитан присел на корточки возле наскоро сделанного макета местности и провел над ним руками: – А если нам еще удастся отравить надолго все колодцы и мелкие источники у них на пути, то это еще дополнительных два, три, а то и пять дней. За это время многое может измениться в нашу пользу.

– Что именно? – Главнокомандующий не разделял оптимизма лидера, хотя по решительно сузившимся глазам можно было понять, что он лично выйдет навстречу египетской армии в составе того самого, первого кавалерийского отряда.

– Тут, может, ты и прав, маловато времени у нас осталось, – стал рассуждать Донтер. – А все почему? Да все потому, что боялись хоть на час оставить дела в городе на самотек. Вернее, это они нас от себя не отпускали. А ведь мы уже давно собирались хоть на недельку, а то и месяц умчаться в невиданные дали и найти те самые миры с другими разумными. Вот именно там, я уверен, мы бы и отыскали нечто такое, что может кардинально изменить ход событий в нашу пользу. Ты себе только представь, какие в новых мирах кроются секреты! Какие великие для нас тайны ожидают своего раскрытия! Какие неимоверные силы мы бы смогли приручить и поставить себе на службу…

– Ну вот, – со старческим ехидством проскрипел вдруг Массум. – Совсем недавно кто-то здесь утверждал, что мечтать вредно.

От такого замечания все трое расслабились, наблюдая, как капитан замер с открытым ртом. Но тот и не подумал извиняться за непоследовательность. Наоборот, сжал губы и распрямил плечи:

– Зря смеетесь. Как бы там ни было, но стоит попробовать. Тем более, что проблема с вражеской армией выдвигается на первое место. Теперь я могу находиться в воде сутками. Да и оба наших академика тоже. Вдруг мы что-нибудь ценное отыщем.

– А кто будет управлять городом? – иронично нахмурился Даниэль. – Мне ведь придется немедленно выдвигаться в сторону Египта.

– Не обязательно тебе это делать лично. Пока с этим первым этапом вполне может справиться и капрал со своим отрядом. Тем более, если получит в свое распоряжение всю нашу конницу в двадцать пять голов.

– А что делать мне?

– Будешь готовить остальные отряды для ночных нападений на лагерь врага. И присматривать за порядком в городе во время нашего отсутствия. Думаю, что новые власти города общими силами справятся с любыми трудностями.

Розалия засомневалась:

– Но если жители потребуют общения с тобой, например?

– Проще всего будет им сказать, что мое тело ушло очищаться от скверны в священных водах.

Все четверо уже собрались подниматься в храм, когда на вырубленных ступенях показались тревожные отблески пламени и послышался встревоженный голос Бензика:

– Друзья, вы еще там?

Глава 18

НАШЕ ВРЕМЯ, ЧИНКИС

Досадливо мотнув гривой, Чинкис уже в который раз подумал, что на пенсию следовало уйти гораздо раньше. Как могло простое слово, прозвучавшее из переводного ретранслятора, довести до того, что все внутренние клеточки отважного цорка содрогнулись, словно от удара? Ведь слово-вопрос означало его личное имя, а какой чистильщик станет от этого содрогаться? Правильно, только бывший, давно списанный из глубокого космоса по причине нервного расстройства или старческого маразма.

Отбрасывая столь неприятные для себя сравнения, цорк резко встряхнул гривой и шагнул к пульту управления: