Он какое-то время молчал, и я поняла, что это было признание. Что же мне делать? Нужно как-то вежливо отвергнуть его.
- Мне жа…
- Все в порядке, - сказал он, опустив руки. – Просто… Я не могу видеть, как тебе больно, Кэти. Я хочу защитить тебя. Не его, - он провел ладонью по волосам и вздохнул.
Я склонилась и подобрала телефон. Колокольчик звякнул на талисмане, пока я прятала телефон в карман. Нет, Томо. Прости. Мне так жаль.
- Я должна идти.
- Конечно, - сказал Джун. – Я отвезу тебя в Нихондайру.
- Вряд ли это хорошая идея.
- Я все испортил?
- Не в том дело. Просто…
Телефон зазвенел, а Икеда ворвалась в актовый зал.
- Джун, - сказала она, поднимаясь к нам по покатому проходу. – Что происходит?
- Икеда, - сказал Джун, чуть сморщив нос.
Я раскрыла кейтай, надеясь, что сообщение от Томо, ведь я так его ждала. Я чувствовала себя ужасно. Я поцеловала другого парня, пока он там страдал. Я была последней сволочью.
- Вы не были одни, - сказала Икеда.
Джун склонил голову.
- О чем ты говоришь?
Я с ужасом смотрела на сообщение.
Фотография целующихся меня и Джуна. Не может быть.
- Какая-то беременная девушка из школы для девочек севернее Сунтабы, - выдохнула Икеда. – Я разглядела в коридоре ее форму. Когда я спросила ее, что она делает в актовом зале, она убежала.
- О боже, - сказала я. – Это Шиори, - потому Хана и сказала о друге. Шиори и там преследовала меня.
Я развернула телефон, показывая Джуну фотографию и сообщение.
Томо заслуживает лучшего. Расстанься с ним, или он увидит эту фотку.
Икеда отвела взгляд, покраснев.
- Шиори решила меня шантажировать, - недоверчиво сказала я. Неужели она настолько отчаялась?
- Куда она ушла? – спросил у Икеды Джун, но она покачала головой.
- Я ее упустила, - призналась она. – Я хотела убедиться, что с вами все в порядке, потому отпустила ее.
Я забегала пальцами по кнопкам, едва думая, что написать.
Мы с Томо расстались. Не отправляй.
Отчасти это было правдой. Сначала я должна с ним поговорить. Но если он увидит фотографию в своем нынешнем состоянии…
- Мне нужно в Нихондайру, - сказала я. – Немедленно.
Джун кивнул.
- Я отвезу. Мотоцикл ждет нас.
- Я тоже поеду, - сказала Икеда, но Джун покачал головой.
- Мы справимся, - отозвался он. – Будь здесь на случай, если меня будет искать Хасегава-сенсей. Скажи, что мне понадобились новые струны для скрипки. Или еще что-нибудь.
- Сенсей не будет тебя искать, - сказала Икеда, потянувшись к руке Джуна. – О чем ты?
Джун немного отстранился, он старался сделать это неуловимо, но я заметила. И заметила, как вытянулось лицо Икеды.
- Оставайся здесь, - сказал Джун. – Кэти, идем, - он схватил меня за запястье и потащил за собой. Я оглянулась, пока он выводил меня из актового зала. Я видела боль на лице Икеды. Я видела, как ее руки сжимаются в кулаки, пока она смотрит на ковер.
Мы с Джуном спешили к мотоциклу, когда мой телефон снова сообщил о присланном сообщении.
Лгунья. Ты все еще с Такахаши. Ты забрала у меня Томо. Я заберу его у тебя.
- Черт, - сказала я, забираясь на мотоцикл, Джун передал мне шлем. – Она собирается отправить фотографию Томо.
- Он сломается под гнетом чернил, если увидит это, - сказал Джун. – Скорее.
Я кивнула, крепко затягивая ремешок шлема. Он впился в кожу, а Джун завел мотоцикл.
Я не должна была слушать Томо и оставлять его. Я должна была с самого начала быть с ним в Нихондайре.
Я должна все исправить.
Я надеялась, что не опоздаю.
Глава 17
Я цеплялась за Джуна, пока мы мчались к горе Нихондайра. Было странно касаться его после случившегося, но я пыталась забыть об этом. Я должна добраться до Томо, пока еще не поздно. Я сама виновата.
Небо было укрыто серыми тенями, когда мы приближались к горе.
- Что с небом? – перекрикивала ветер я. Утром было солнечно, откуда внезапно взялись облака?
- Это Юу, - сказал Джун. – Помнишь о буре, что возникла вместе с драконом? Он что-то делает с погодой и здесь.
Что он рисует? Или вместо него рисуют чернила?
Джун ворвался на пустую парковку рядом с канатной дорогой в Кунозан. Там было пусто, холодно и тихо.
Я слезла с мотоцикла и сняла шлем, отдав его Джуну.
- Отсюда я и сама справлюсь.
- Шутишь, да? – он снял свой шлем и его черно-белые волосы упали его на глаза. – А если он получил сообщение? Он и без того в плохом состоянии. Если он решит уничтожить себя, я не буду стоять в стороне и смотреть, как он забирает тебя с собой.
Я сомневалась. Он уже почти это сделал, так ведь? Тогда с шинаем, потом со словами на доске. Она должна умереть. Это точно было обо мне? Могут ли чернила убить?
- Джун, - тихо сказала я. – А помнишь, как ты попросил Томо убить Ханчи? Рисунком?
Он холодно посмотрел на меня, склонив в смятении голову, словно не верил, что именно я говорю об этом.
В горле пересохло.
- Он может такое сделать? Ками может так убить кого-то?
- Может, - спокойно сказал Джун, сердце сжалось. – Редкие Ками. Но некоторые… могут.
- Откуда ты знаешь? – спросила я. – Якудза просили твоего отца… кого-то убить?
Джун выглядел недовольным, лицо покраснело.
- Не важно, откуда я знаю. Важно, что больше якудза не получат никого, похожего на ояджи.
Слово, которым он назвал отца… было грубым и не совсем добрым. Он должен был сказать отоусан или чичи. Может, это была лишь мелочь, но я насторожилась.
- Джун, что они заставили сделать твоего отца? Я должна знать, на что способны Ками.
Он покачал головой.
- Ты не понимаешь. Отец связался с якудза и обжегся. Ты ведь не хочешь, чтобы Юу тебя ранил? Этого хватит. Поможем ему, пока он не уничтожил себя.
Он был прав. Я не могла тратить время.
- Ладно, - сказала я и отправилась по извилистой тропе к поляне с огромным деревом.
Плотные облака заслоняли солнце. Было похоже на солнечное затмение, и спотыкалась в темноте, пока бежала. Вдали загрохотал гром.
Я добралась до поляны, но тут было темно. Только снег на горе Фудзи вдали выделялся светом.
- Томо? – позвала я дрожащим голосом. Я сглотнула и попыталась еще раз. – Томо? – он не отвечал. Я прошла к дереву, где он мог бы сидеть.
Его там не было, зато в корнях лежал его блокнот. Обложка топорщилась из-за стопки вырванных страниц, вставленных внутрь. Холодный осенний ветер отбросил назад мои волосы, и заправила их за уши. Уголки страниц торчали под странными углами. У него была целая коллекция рисунков… зачем вырывать страницы и вставлять их обратно?
