- Уолт, смотри, что я нашел! - окликнул его я, показывая на скалы. К тому времени мы уже порядком отдалились от того места, где нас ждали товарищи.
- Ничего себе! - присвистнул Уолтер. - Первобытная культура.
Глаза его лихорадочно загорелись. Он легонько погладил поверхность скалы, на которой виднелись изображения человеческих фигур и животных, выполненные, как мне показалось, в несколько авангардистской манере. Наскальная живопись.
- Может, здесь все-таки есть местная цивилизация, и наши разведчики ее проморгали? - предположил я, вспомнив силуэт, который недавно видел на скале.
- И рагниты проморгали? Им же тоже ничего неизвестно.
Все - и их, и наши - тесты на разумную психоактивность дали отрицательный результат... Скорее всего, рисунки древние.
Возможно, здесь когда-то жили разумные существа, вымершие еще на стадии первобытнообщинного строя.
- Вот бы сюда наших "головастиков".
- Ладно, поползли дальше, братец Лис.
- Поплюхали, - кивнул я.
Мы вышли к стене метров пятидесяти высотой, вполне проходимой. Мне здесь почему-то сразу не по нравилось.
- Если мы вскарабкаемся наверх, то дальше будет довольно гладкая дорога, и мы без труда выйдем на маршрут, - сказал Уолтер.
- Почему ты так думаешь?
- Мне так кажется... Точнее, вижу. Ну что, наверх?
- Не знаю, - пожал я плечами.
Я почувствовал, как петля-удавка на моей шее сжалась чуть туже. Это длилось всего лишь миг, и на это время я потерял ориентацию, ноги мои чуть не подкосились. Уф, повезло! Если бы это случилось, когда я карабкался по стене, мог бы не удержаться, рухнуть вниз и растянуться, истекая кровью, на острых осколках стеклянистых камней. Но пугало даже не это. Какая-то мерзкая, темная и бесформенная масса придвинулась еще на шаг ближе Будто рядом со мной шарили щупальца невидимого гигантского осьминога, пытаясь найти меня. Да, именно меня. Почему-то я приглянулся этой дряни больше других.
- Мне здесь не по себе, Уолт.
- Это почему же, братец Лис? - язвительно скривился Уолтер. Он пытался всем своим видом показать, что я несу чушь, хотя у нас не принято легкомысленно относиться к чужим опасениям.
- Не знаю, братец Кролик.
- Видишь опасность?
- Какое-то давление, которое я не могу идентифицировать.
- Связано с этим божественным местечком?
- Затрудняюсь сказать точно.
- Ничего не ощущаю, - после нескольких секунд молчания заключил Уолтер. Никакой опасности. А я сене сильнее тебя.
Он был прав Действительно, как сене он на две головы выше, чем я. В его словах проскальзывали некоторое самодовольство и излишняя самоуверенность. Для Уолтера это вполне естественно. До Асгарда он был звездой видеоформализованной поэзии последней волны. Его лицо не сходило с экранов СТ, у него были толпы ненормальных поклонников и поклонниц. В одной из восторженных статей, посвященных его творчеству, отмечалось, что в его текстах прослеживается поистине пророческий дар, приводилось несколько примеров, когда он предсказал, правда, в туманной манере видеоформатов, вполне реальные события, которые произошли в свое время. Эти факты воспринимались всеми как необычные совпадения, забавные казусы. Мол, чего только не бывает. Когда появилась нашумевшая видеопоэма "Сказ о небесном граде", то эксперты-суперы зашевелились. Еще бы! В произведении более-менее точно описывался Асгард Поднялся немыслимый переполох Первая мысль у всех была, что произошла утечка информации и кто-то через известного поэта-видеоформа затеял с суперами хитрую игру. В процессе расследования выяснилось, что никакой утечки не было, просто Уолтер обладает способностями к выходу на космические и локальные информполя. Он честно считал, что возникающие в его сознании картинки - плод его творческой фантазии. Однажды к нему пришли послы из Асгарда.
Это был единственный случай, когда житель Асгарда до инициации был профессиональным поэтом. Завихрения в мозгах и недостатки в характере, свойственные его коллегам по перу, остались у него и по сей день.
Иногда он впадал в депрессию и ныл, что с удовольствием вернул бы старые времена и смылся бы из Асгарда. Но это невозможно. Супер никогда не сможет жить по старому, и Уолт прекрасно понимал это. Четырнадцать лет назад он исчез из большого мира. Якобы утонул во время отдыха на Азорских островах. Тело его не было найдено, возникло немало слухов, сплетен, последовало одиннадцать попыток самоубийства обезумевших от горя поклонников, три из них - удачные.
Уолтер снова осмотрелся, уселся на камень, закрыв ладонями глаза, застыл, как изваяние, на минуту, потом тряхнул головой и резюмировал:
- Снова попробовал - ничего не чую. Все здесь чисто, братец Лис. Надо быстрее закругляться Оставь пустые домыслы - они бесплодны.
- Оставь надежду всяк сюда входящий, - буркнул я наобум.
- В МОБС теперь изучают Данте?
- В МОБС много чего изучают. Правда, твои видеоформы там особой популярностью не пользуются, - усмехнулся я.
- Это скорее идет в ущерб не моей популярности, а репутации МОБС. Но не время для слов. Нас ждут подвиги, мой необразованный коллега.
Подъем, как я и думал с самого начала, оказался несложным, но нудным. Года два назад, если бы кто-то предложил мне забраться по такой стенке, я бы только рассмеялся, поскольку воспринял бы эту идею как идиотскую и невыполнимую. Никогда до Асгарда я не увлекался скалолазанием, мои навыки ограничивались лишь минимумом, необходимым для работы с альпинистским снаряжением при проведении тактических операций. Но с той поры я многому научился и теперь бодро карабкался вверх У Уолта получалось гораздо лучше Он любил показуху и пользовался всяким случаем, чтобы продемонстрировать свое превосходство Он обогнал меня на треть стены и проорал сверху:
- Я, пожалуй, вздремну немного, пока ты лезешь... Может, бросить веревку?
- Не стоит, - зло ответил я.
Уолт скрылся из вида. Я прибавил ходу. До верха оставались считанные метры, и тут в глазах опять потемнело, шею сдавило еще сильнее, чем несколько минут назад внизу Я изо всех сил вцепился в камни, чтобы не сорваться. Но не это было худшим. Мерзкая масса "осьминога" придвинулась еще ближе, теперь она была где-то очень близко - рукой подать. Я слышал тяжелую, шаркающую поступь смерти.
- Уолт!
Вместо громкого крика из моего горла вырвался лишь жалкий сип. Уолтер не услышал меня. У нас оставались какие-то секунды Я знал, что мой напарник не чувствует ничего, сидит сейчас на камне и любуется пейзажем, стихоплет несчастный! Ему нужно было прислушаться к моим словам. А мне настоять на своем.
Стальные пальцы отпустили мою шею, и я во весь голос заорал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
