искусителя, провоцирующая, дерзкая.
— Скажи, Хеммаг, что мне делать?
Издав стон, ели сдержанно шепчу:
— Продолжать, Ноланд.
Вампир властно развернул меня спиной к себе.
— Руки на стену, красавица. Быстро.
Шире расставив мне ноги, он плавно погрузился, войдя осторожно на всю длину литого возбуждённого королевского члена.
Рука Нолонда, блуждает по спине, изворотливо лаская все изгибы моего мокрого тела. Второй рукой, вампир приподнял мою ногу, углубляя толчки, сильнее входя, напористей вколачиваясь в жаркое изнывающее влагалище.
Лафтерис снова ушла с нашей постели на которой мы провели ещё двое суток. Сейчас была полночь и ставни на окнах, как и выходы на террасы, были свободно открыты. Девушка одиноко и задумчиво глядит в даль тёмной колыбели ночи, сидя на самом краю балкона. Хеммаг словно мечтает о крыльях и попутном проплывающем ветре.
Нагло забрав у меня с руки сигарету, вампир недовольно скривился.
— Плохая привычка. Мне она не нравиться, малышка.
Удивлённо вскинув бровь, смотрю на первородного, который на полном серьёзе, ждёт от меня повиновения. Молча закуриваю следующую сигарету, и в знак конкретного протеста, выдыхаю провоцировано дымок, прям в довольную физиономию глав вампиру. Ноланд спокойно терпит, вновь ловко отнимая мою компрометирующую тягу. Делает длинную личностную затяжку, практически скуривая её полностью.
Не придав значения своей наготе, обнажённый Дракула с потрясающим голым задом, смотрится по королевски грациозно и сексуально неестественно. Без тени смущения, Ноланд облокотился о перила и с завидным интересом, посмотрел на звёзды, выбрасывая за борт окурок.
Крепче завернув себя в плед, бросаю бесконтрольный взгляд на подтянутую крепкую задницу короля.
— Я полагаю, пора вернуть всё как было и оставить это порочное наваждение. Это не может продолжаться долго, настало время взглянуть правде в глаза.
Пристально просверлив меня суровым и серьёзным взглядом, не проронив ни слова, вампир ели заметно кивнул, соглашаясь.
— Пора всё забыть и замять, — не став продолжать… точнее не имея сил договорить, произнести тесные и неудобные слова, молча встаю и тихо бреду обратно к себе.
Ну вот и всё.
Ватные ноги, словно вязнут в непроходимых топях, не слушаясь разума, непривычно и лениво шаркая в спальню.
И ударились об землю небеса, когда король не думая останавливаться, резко хватает меня. Заключает в фантастически фатальные жаркие объятия. Вампир страстно шепчет мне на ухо:
— Я не приказывал наступить завтра! Сегодня, Лафтерис! Всё ещё сегодня!
По плечам бегут мурашки. Смотрю замирая, в космические голубые глаза Ноланда.
— Будь со мной, Хеммаг, сейчас!
«Боги всемогущие, это меня убьёт!»
Я не из тех существ, которые могут отступить и успокоиться с неоправданной надеждой. Хочу получить свет, хочу ещё многое стерпеть, совладав с роковым уделом, простить и забыть всё плохое, прожить счастливо эти мгновения, так, чтобы никогда не жалеть. Хочу сейчас расцвести белым нежным деревом, задаривая вампира собой, своим светочем.
Не спрашивая больше не о чём, Ноланд подхватил меня на руки и понёс в спальню, продолжить наше сегодня и сейчас.
Это не был секс, нет, только не тогда, только не сейчас. В этот миг, в этом месте, мы занимались любовью, ласково отбирая друг у друга всё плохое, отдавая себя своей половинке, своей паре. Мы занимались любовью, нежно, не спеша, словно у нас впереди была целая вечность. Окутав теплом и заботой, вампир намеренно одаривал незабываемыми мгновениями. Теперь, эта связь не пугала, созданное единение, только добавило духовной близости, неподдельно воссоединяя оборотня и вампира. Стирая барьеры и диктуя совсем иной сценарий нашего будущего. Я перестала бояться, бороться и ненавидеть. Наше взаимодействие развивалось, нарастая и сводясь к рациональному престижу отношений. Теперь я полностью запуталась, ещё больше страшась нашего настоящего.
Одиноко проснувшись на рассвете, смотрю на приоткрытую дверь, с досадой произнеся в слух:
— А вот и завтра Луна…
Словно меня окатили холодной водой, тяжко вздыхаю, чувствуя опустошение и нехватку вампирского внимания.
«— Где же ты Ноланд? Зачем сбежал, оставив меня одну?»
Устало иду принять душ, в надежде смыть с себя эту пелену наваждения. Вода не помогает, нервно кручу кран и стою под холодным журчащим потоком.
Всё неправильно, всё не так как раньше. Осматриваюсь, впервые трезво оценивая случившееся.
Вся комната разбита, осколки кафеля, стен и остатков стекла, разбросаны по всему помещению, напоминая о нашем сегодня и больше никогда. Молча выхожу из душевой, нагнувшись с пола беру полотенце и с ужасом замираю на месте.
Удивлённо подымаю с пола кусок стекла, шокированно смотря на себя в осколочное зеркало.
Лафтерис и я спокойно устало отдыхали, заключённые в объятиях друг друга, когда меня разбудил управляющий замка.
Раздражённый, тихо выхожу из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь и стараясь не разбудить свою пару.
Не зная как теперь ко мне обращаться, слуга не решаясь говорить, боязливо прячет взгляд.
— Ты слышал как НИСА произнесла моё имя, и знаешь, как ко мне теперь обращаться, — спокойно и даже довольно сообщаю вампиру.
Вампир учтёно произносит:
— Да, Ноланд.
— Что заставило тебя прийти и побеспокоить нас, вампир?
— Вас ждёт дракон по имени Гоша, он не намерен уходить. Требует встречи.
Почесав затылок, смотрю на дверь Хеммаг и с неохотой обращаюсь к управляющему.
— Скажи ему, что я сейчас спущусь.
Приняв душ и переодевшись в своей комнате, выхожу в главный коридор, собираясь встретиться с Гасом, уладить все вопросы и обратно вернуться к спящей Лафтерис.
Улыбаюсь, вспомнив спящую девчонку. Хочу её в своей постели. В наших покоях. Хочу видеть её, дышать с ней. Всю без остатка. Навсегда.
Услышав громкий крик, я пулей рванув к девушке, застав взбешённую Сандэлиу со сковородкой в руке.
Стоя на кухне, Кара Хеммаг одета лишь в мою рубашку, которая еле заметно прикрывает аппетитный зад. Босая Лафтерис, с наводившим устрашающим страхом, разъярённо кричит во всё горло на испуганный персонал, который немо застыл перед ней.
— Какого хрена! Какого чёрта! Мать вашу! Это, что блядь!?
Мы с драконом одновременно вбегаем на кухню, и тут же крайне метко и довольно визгливо, Гас выкрикивает:
— Вот чёрт! Луна, ты похожа на газету, — едкий смех Гаса, и в нас обоих тычется указательный палец дракона, — да вы как две бульварные прессы!
В нас летит сковородка, точнее, она предназначается прямолинейному дракону, со словами:
— Пошёл ты! Очумел, дракон?!
Увернувшись, ящер шутя добавляет:
— Ошалела!
Схватив железную кастрюлю, Лафтерис раздосадованно всматривается, ища себя в отражении и пытается оттереть с лица татуированные странные символы.
С видом взбесившейся фурии, Сандэлиу грозно кричит, мчась на меня с кастрюлей в руках, и войной во взгляде:
— Какого чёрта, ты, вампир, сотворил со мной? Какой дрянью ты меня заразил?
Удивлённо
