Анна поперхнулась. «Что это? Знак?»
– Есть.
– Кто он? – заинтересованно спросила Люся.
– Я же тебе говорила про операцию – я нашла, как мне кажется, талантливого маммолога. Но он вообще-то пластический хирург. Тебе он точно подойдет: кроме того что он хороший врач, он еще и красавчик. Так что лицо клиники выйдет первоклассное!
Люся пристально посмотрела ей в глаза: она слишком хорошо знала Анну и обладала поразительным женским чутьем.
– Так это в него ты влюблена!
Анна, как маленькая девочка, опустила глаза в тарелку с пастой, признавая Люсину правоту.
– Точно! Это врач. Рассказывай!
– А что рассказывать? Его профессиональные данные?
– Нет – резюме пришлешь. Меня другое интересует: вы пока друг другу только в глаза заглядываете или нечто большее?
Анна посмотрела на лебедей.
– Секс был! Значит, у вас роман, – констатировала Люся тоном Шерлока Холмса.
– Мне сложно назвать это романом. Пока, я бы сказала, фаза перехода от первого секса к роману.
– У тебя есть его фотография? Анна кивнула.
– Покажи мне!
Люся обладала редким даром: чтобы сделать выводы о человеке, ей было достаточно увидеть его. Анна вздохнула: она опасалась вердикта подруги. Но все-таки потянулась за планшетом, нашла фото Матвея.
– Не в моем вкусе, но, признаю, симпатичный. Сколько ему лет?
– Тридцать. Он только приехал в Киев, пробивается через тернии к звездам.
Люся перебила ее:
– И ты, конечно же, хочешь сделать из него звезду пластической хирургии! А он знает, кто ты?
Анна отрицательно покачала головой.
– В том, что ты сделаешь из него звезду, я даже не сомневаюсь. Только зачем тебе это? – Люся положила планшет на стол и вздохнула. Она молча водила ножом по салфетке, рисуя прямые линии. – Ты знаешь: я тебя очень люблю. И может быть, это прозвучит неприятно, но я обязана тебя спросить. Ты осознаешь последствия этого, – она на секунду замолчала, подбирая слово, – альтруизма? – Анна слушала. – Ты понимаешь, он станет звездой, а ты что получишь взамен? Ты готова к тому, что он развернется и уйдет? – Анна кивнула. Люся продолжила: – Ань, зачем он тебе? Тебе нужен другой мужчина, со статусом, за которым ты будешь как за каменной стеной. Тебе пора уже думать о детях. Посмотри вокруг, – Люся окинула взглядом роскошную террасу. – Вот твой уровень. А он еще ребенок. Он поймет твою ценность лет через пять, не раньше, и за эти годы вымотает тебе всю душу. Ты будешь в постоянном напряжении, желая удержать его. Еще неизвестно, чем все закончится. И если ты ожидаешь услышать «спасибо», то и это далеко не факт.
Люся озвучивала ее мысли, словно долотом по камню высекая реальность происходящего. Анна признавала, что подруга права. А если бы она располагала всей информацией, то, скорее всего, ее речь носила бы куда более гневный характер.
– Давай поможем ему, – тихо попросила Анна. – Люся, я готова ко всему, и, поверь, во мне достаточно осознанности, чтобы понимать все, о чем ты сказала. Я просто хочу помочь ему, а не удержать его этим. Я знаю, что за благие дела жизнь всегда найдет способ отплатить. Пусть это будет нашей благотворительностью.
– Не нашей, а твоей благотворительностью! – холодно уточнила собеседница. – Я отправлю его в Германию на обучение у лучшего пластического хирурга, после этого они совместно проведут благотворительную операцию здесь. Это все осветят СМИ. Он может стать главным оперирующим хирургом представительства одной из знаменитейших клиник мира. На бренд клиники придут самые уважаемые люди в стране. Ты понимаешь, о чем речь?
– Понимаю, – тихо ответила Анна.
Люся опять начала водить ножом по салфетке.
– Может, пока не будешь рассказывать ему об этой возможности? Чтобы потом не жить с мыслью о том, что если бы не проект, то все было бы иначе.
– Люся… – начала Анна, но та перебила ее.
– Все, поняла, – сдалась она. – Да чего я, собственно, ожидала? Ты такая же дура, как и я! – она сделала глоток вина и продолжила: – Превратим твоего Матвея в звезду, но если он причинит тебе боль, я не знаю, что с ним сделаю!
* * *
Анна вела машину. На часах почти четыре. День выдался по-настоящему знойным. Даже для нее жара была чрезмерной. Последние выходные перед операцией ей хотелось провести по-особенному. Она не знала, как все пройдет, она не знала, что чувствуют люди после операции. Ее пугала неизвестность, и она нуждалась в поддержке.
Анна остановилась на светофоре. Красный сигнал на перекрестке многополосных дорог горел долго. Она воспользовалась паузой, чтобы проанализировать разговор с подругой. Прощаясь, Люся сказала, что улетит во вторник и вернется через неделю. Сославшись на занятость, она уверила, что сможет встретиться с Матвеем только после возвращения.
– Ты специально это сделала, Люся! – сказала Анна вслух. Она не сомневалась: отсрочка понадобилась Люсе, чтобы убедиться в искренности чувств Матвея. Люся достаточно мудра, чтобы сделать это намеренно. – Ты заботишься обо мне как можешь. Ты не согласна и все же готова поддержать мое решение, но хочешь в нем убедиться. Спасибо тебе за заботу.
Красный сменился зеленым. Она нажала на педаль газа, и в этот момент раздался сигнал мобильного. «Гала». Анна до дрожи в коленях обрадовалась этому имени на экране телефона. Подруга улетала на неделю, и Анна уже успела соскучиться по ней.
– Гала, это звучит эгоистично, – честно призналась Анна, – но ты мне так нужна! – «Так» прозвучало как «та-а-а-а-а-к».
– Наконец-то! Любопытство не давало мне спать всю неделю. Что ты делаешь?
– Еду к тебе – куда ты скажешь, – радостно сообщила Анна.
– Тогда давай в нашем ресторанчике на Красноармейской!
– Буду минут через десять!
* * *
Гала уже ждала за столиком на летней террасе. Анна взглянула на нее: казалось, что она совершенно не меняется. Как всегда, узкие брюки, летящая блуза и яркая помада на губах. Высокая жгучая брюнетка, давно за пятьдесят, но с неизменным шармом. Даже кофе у официанта она заказывала с благородным величием. Да, в ней была порода. Анна называла это именно так. Редкая категория женщин, которые могут позволить себе не бояться возраста, потому что их обаяние и интеллект способны заворожить любого.
– Привет! – сказала Анна.
Гала встала, и они обнялись. Пара дежурных комплиментов и вопросов.
– Рассказывай, – сразу перешла к делу подруга.
Видно, ее действительно разбирало любопытство. Анне же нужно было выговориться.
– Давай я сначала расскажу тебе все по порядку. А потом скажу, что думаю.
Анна в подробностях передавала Гале все произошедшее за неделю, углубляясь в мелкие детали. Та слушала, медленно выпуская дым, и Анна опять поймала себя на том, что до безумия хочет курить.
– Так и написала? «Не стоит, оставайтесь там, где вы есть»? И что было после?
– Ни-че-го, Гала! Он никак не отреагировал сразу. Это показалось мне очень странным. Странным до такой степени, что я решила: все. Любой мужчина перезвонил бы через минуту или написал бы ответ, а большинство, скорее всего, приехали бы. Представляешь? Он перезвонил только на следующий день. Что это? Молодость?
Сквозь сигаретный дым было видно, что Гала задумалась, а затем выдала свое резюме.
– Вряд ли молодость, – в ее голосе звучала грусть. – Скорее всего, был кем-то занят.
Анна утвердительно кивала.
– И я так считаю. Но послушай, что дальше, – она продолжила рассказ.
Когда Анна озвучивала свой монолог о его свиданиях с женщинами, Гала перебила ее:
– Да, ты умеешь размазать. Может, не нужно было так жестко? Пусть бы мальчик пребывал в иллюзии, что ты девушка-тюльпан.
– А смысл? Я такая, какая есть. Прикидываться «тюльпаном» всю жизнь не получится.
– И как он пережил потрясение?
Анна продолжила, остановившись на моменте, когда он пошел в душ. Затем замолчала в ожидании комментариев. Гала закурила очередную сигарету.
