[Ответ]: Никогда в жизни я никакого согласия не давала.
[Вопрос]: Что же так сильно мучает этих людей?
[Ответ]: Я не знаю.
[Вопрос]: Но что ты думаешь об этом?
[Ответ]: Не мне судить.
[Вопрос]: Разве ты не веришь, что на них колдовством наслали порчу?
[Ответ]: Нет, мне так не кажется.
[Вопрос]: Тогда поделись с нами своими мыслями.
[Ответ]: Зачем? Мои мысли принадлежат только мне, но, если я выскажу их вслух, их подхватят другие.
[Вопрос]: Ранее ты говорила о том, что у одержимых есть хозяин. Кто он?
[Ответ]: Если они занимаются черной магией, вы знаете их хозяина так же хорошо, как и я[357].
[Вопрос]: Что ты сделала, чтобы их заколдовать?
[Ответ]: Ничего.
[Вопрос]: Они говорят, что их мучила ты или твой призрак.
[Ответ]: С их мнением я поделать ничего не могу.
[Вопрос]: Тогда это сделал твой хозяин.
[Ответ]: Я веду свою жизнь по воле Божией и по слову Божьему, и нет надо мной другого владыки.
[Вопрос]: Ты хочешь сказать, что ты поступаешь так по воле Божьей? Как смеешь ты богохульствовать?!
[Ответ]: Если бы я была той, кто причиняет боль этим людям, то я бы призналась.
[Вопрос]: Почему же твой призрак мучает их?
[Ответ]: Откуда мне знать?
[Вопрос]: Не хочешь сказать нам правду?
[Ответ]: Не могу утверждать, но считаю, что тот, кто является в облике почитаемого святого, может принять любое обличье[358].
[Вопрос]: Ты считаешь, что пострадавшие лгут?
[Ответ]: Вполне возможно.
[Вопрос]: А разве ты говоришь правду?
[Ответ]: Я не буду лгать, даже если ложью спасу себе жизнь[359].
[Вопрос]: Тогда прямо отвечай на вопросы!
[Ответ]: Что я и делаю! Я готова помочь пострадавшим, елико возможно.
[Вопрос]: Мне кажется, ты лукавишь. Ты только что облыжно обвинила их в том, что они продались Дьяволу.
Элизабет Хаббард начинает биться в припадке, а пристав, находящийся рядом с Сусанной Мартин, заявляет, что та щиплет себя за руку. Некоторые из одержимых кричат, что от обвиняемой исходит зло.
[Вопрос]: Пусть Господь покарает тебя, если ты виновна в этих ужасах.
[Ответ]: Аминь! Болтать можно все что угодно, но нельзя на основании одних лишь пустых слов обвинять людей. Да и обвинители мои сегодня в суд не спешили.
«Зато ты не заставила себя ждать ночью», – восклицает Мерси Льюис[360].
«Ошибаешься, милочка», – отвечает на это допрашиваемая.
Элизабет Хаббард и Мерси Льюис корчатся от боли, многим из пострадавших делается плохо. Джон Индеец бьется в припадке и кричит: «Она кусается! Она рвет меня на части!» Обвиняемая в это время кусает губы.
[Вопрос]: Жалеешь ли ты потерпевших?
[Ответ]: Нет, теперь не жалею.
Некоторые из пострадавших кричат, что видят радом с допрашиваемой какого-то черного человека, причем матушка Биббер, ранее не обвинявшая Сусанну, подтверждает это. Ни Абигайль Уильямc, ни матушка Биббер, ни Мэри Уолкотт не могут приблизиться к Сусанне[361]. Джон Индеец кричит, что убьет Сусанну, если окажется рядом, но при попытке подойти поближе падает на пол.
[Вопрос]: Почему они не могут подойти к тебе?
[Ответ]: Откуда я знаю? Возможно, Дьявол затаил на меня злобу, и я умудрилась вызвать его особый гнев.
[Вопрос]: Разве ты не видишь, что сам Господь указывает на твою виновность?
[Ответ]: Нет, ничего подобного я не лицезрю.
[Вопрос]: Но все собравшиеся так считают!
[Ответ]: Бог им судья.
[Вопрос]: Почему потерпевшие не могут подойти к тебе?
[Ответ]: Понятия не имею. По мне, так они вполне в состоянии это сделать, а коли не желают, то я сама к ним подойду.
[Вопрос]: Что шепчет тебе черный человек?
[Ответ]: Никто ничего мне не шепчет.
Глава 32
Показания Элизабет Хаббард против Джорджа Бэрроуза
Понедельник, 9 мая 1692 года
Салемские события приняли совершенно новый оборот, когда в фокусе расследования оказались не только обитательницы деревни Салем, но и бывший священник салемского прихода Джордж Бэрроуз. Стало очевидным, что одной замкнутой деревенской общиной массовая истерия не ограничится, поскольку выходит на региональный уровень. Примечательно и то, что Хаббард в своих показаниях приводит слова Джорджа Бэрроуза о том, что он – не обычный колдун, а могущественный чародей.
В современной историографии существует тенденция видеть в ситуациях, аналогичных салемской «охоте на ведьм», внешнюю реакцию на скрытые реальные конфликты, но при этом упускается из виду тот факт, что для христиан раннего нового времени существование ведьм и колдунов было самоочевидным. Для обитателей Салема угроза злого волшебства стала не заменителем, а усилителем тревог и страхов за свою жизнь, характерных для тех, кто живет на фронтире, катализатором острых религиозных и классовых конфликтов. И произошло это по одной простой причине – так был устроен мир в понимании этих людей. Джордж Бэрроуз – колдун. Он – орудие Дьявола, одно из многих в арсенале Князя Тьмы, насылающего на богобоязненных колонистов-пуритан страшных индейцев и сеющего внутренние распри. Даже такие скептики, как Сусанна Мартин и Марта Кори, которые сомневались в одержимости девочек, вполне допускали влияние сил зла на официальных обвинителей. Существование Дьявола никогда не ставилось под сомнение, как и то, что оно допускается Всевышним. Парадоксально, но бывший священник в роли главаря местных ведьм и колдунов стал в глазах колониальных властей воплощением способности Сатаны вмешиваться в дела людские.
Показания Элизабет Хаббард против Джорджа Бэрроуза[362]9 мая 1692 года
Элизабет Хаббард, 17-ти лет от роду, сообщила следующее: «Несколько дней тому назад под покровом ночи мне явился невысокий черноволосый мужчина в темной одежде. Я спросила, как его зовут, и он ответил, что имя его – Джордж Бэрроуз. Он достал из кармана книгу, открыл ее и потребовал, чтобы я расписалась в ней. Я сказала, что не буду этого делать. Строки в той книге были красными, как кровь. После этого он дважды больно ущипнул меня и исчез. На следующее утро он появился вновь и заявил, что он вовсе не простой колдун, а всесильный чародей. С тех пор он являлся мне неоднократно днем и ночью, убеждал меня оставить свою подпись в его книге и убежать с ним. Еще он говорил, что если я последую за ним, то со мной все будет хорошо и мне некого и нечего будет бояться. Каждый раз, кроме того утра, когда он рассказывал о своем могуществе, он причинял мне боль – щипал и кусал меня, сжимал меня очень крепко и еще колол булавками. Также он говорил, что, если я не распишусь в его книге, он убьет меня. Теперь поведаю вам о том, что произошло 9 мая 1692 года, когда его допрашивали. Мистер Джордж Бэрроуз или его призрак в тот день принес много зла Мэри Уолкотт, Мерси Льюис, Анне Патнэм и Абигайль Уильяме, ибо стоило ему взглянуть на них, как они падали на пол и начинали задыхаться. Они тогда чуть не умерли. В тот день я тоже много претерпела от него. В сердце своем я твердо знаю, что мистер Джордж Бэрроуз – злой чародей и своим колдовством причинял мне и вышеозначенным лицам неисчислимые страдания».
