болели, чтобы двигаться. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять природу источника тепла: Ария.
Она лежала на мне сверху. Низкое жужжание моего телефона прорвалось сквозь мой сонный пузырь.
Я резко выпрямился, мой пульс участился, и моя рука обняла мою жену. Я чертовски надеялся, что у Маттео не будет для меня больше плохих новостей. Вчерашний день был достаточно похож на крушение поезда.
Я схватил телефон с тумбочки, но прежде чем успел прижать его к уху и ответить на звонок, резко выдохнул. Мой член был зажат между бедер Арии, его длина соблазнительно находилась напротив ее киски. Ее жар просачивался сквозь тонкие трусики, представляя мне все идеи, в которых я не нуждался.
Я поднял трубку, глядя на свою жену, которая прижалась ко мне с удивлением и широко раскрытыми глазами.
Ария пошевелилась, и мой кончик коснулся ее ягодиц. Удовольствие пронзило меня. Я застонал, мое тело напряглось.
— Вчера вечером ты выглядел дерьмово. Мы были бы очень признательны, — пробормотал Маттео. — Насколько все плохо?
— Я в порядке, Маттео, — сказал я.
Теперь мои раны были наименьшей из моих проблем. Только синие яйца могли меня убить.
— По твоему голосу не скажешь.
Потому что Ария прижимается своей чертово киской к моему члену.
— Я, в чертовом порядке.
— Я могу прислать доктора, чтобы он осмотрел тебя.
— Нет. Я могу с этим справиться. Нет необходимости видеться с доктором. Теперь дай поспать.
Я закончил разговор, прежде чем Маттео успел сказать еще хоть слово, и положил трубку.
Ария посмотрела на меня, напряжение волнами исходило от ее тела. Ее пальцы впились мне в плечи. Нервы на ее лице немного успокоили мое желание, и я лег обратно, чтобы увеличить расстояние между нами и взять в руки мой чрезмерно возбужденный член.
Ария все еще сидела на мне верхом, но быстро прикрыла свои красивые сиськи рукой, ее щеки начали наполняться розовым оттенком.
Она пошевелилась, пытаясь слезть с меня, и ее бедро коснулось моего члена, посылая еще одну волну желания через меня.
— Черт. — прошипел я.
Затем я увидел выражение лица Арии. Она смотрела на мой член широко раскрытыми, любопытными глазами. Было настолько чертовски очевидным, что она никогда не видела члена. Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не запутаться пальцами в ее волосах и не направить ее голову вниз, чтобы погрузиться в ее соблазнительный рот.
— Ты сведешь меня в могилу, Ария. — пробормотал я.
Ария быстро подняла глаза, практически извиваясь от смущения. Ее голубые глаза встретились с моими, и я просто хотел поцеловать ее до потери сознания, прижать к матрасу и показать ей, как хорошо я могу заставить ее чувствовать себя. Я желал девушек и раньше, но это был короткий всплеск интереса, вспышка, которая погасала так же быстро, как и появлялась, но моя потребность в Арии горела глубже, яростнее.
Взгляд Арии опустился на мою грудь, затем снова скользнул вниз.
— Если продолжишь смотреть на мой член с таким ошеломленным выражением, я взорвусь.
— Извини, если выражение лица тебя беспокоит, но это ново для меня. Никогда не видела голого мужчину. Каждый первый опыт будет с тобой, так что… — сказала Ария, защищаясь.
Мне хотелось рассмеяться над тем, как она не обращала внимания на реальность ситуации. Она не понимала, как сильно я сгорал из-за нее, как чертовски тяжело мне было думать о том, чтобы быть ее первым.
Я выпрямился, приблизив наши лица.
— Меня не это беспокоит. Это чертовски горячо, и я буду наслаждаться каждым первым опытом, которым ты поделишься со мной, — сказал я, проводя большим пальцем по разгоряченной щеке Арии. Ее глаза метнулись ко мне, и этот неотразимый рот приподнялся в легкой улыбке, которая всегда меня заводила. — Даже не представляешь, как сильно ты заводишь меня.
Я поцеловал ее, желая попробовать ее сладость. Ария погладила мою грудь, разжигая желание, которое уже горело в моем теле. Я отстранился.
— Вчера вечером ты спросила, хочу ли я, чтобы ты прикоснулась ко мне.
Губы Арии приоткрылись.
— Да. — она облизнула губы, заставляя мои внутренности сжаться от еще большего желания. — Ты хочешь, чтобы я прикоснулась к тебе сейчас?
Я хотел всего, что она была готова дать и даже больше.
— Черт подери, да. Больше всего на свете. — Ария все еще прикрывала себя.
Я схватил ее за запястье, но не потянул, желая, чтобы она сделала это на своих собственных условиях.
— Позволь увидеть тебя.
На ее лице промелькнула неуверенность. Я не понимал, как такая красивая девушка может стесняться. Ее тело было предназначено, чтобы ставить мужчин на колени, даже когда она была только моей.
Наконец она опустила руку на колени. Мои глаза впились в нее, и мое желание разгорелось еще жарче.
— Знаю, они не очень большие, — сказала Ария, возвращая мое внимание к ее неуверенному лицу.
— Ты чертовски красива, Ария, — сказал я, но мой ум продолжал отвлекаться на ее предыдущий вопрос. — Хочешь коснуться меня сейчас?
Ария быстро кивнула, облизывая эти неотразимые губы, прежде чем провести кончиками пальцев по моему члену. Прикосновение было едва заметным, но, черт возьми, оно пронзило каждую мышцу моего тела, и моя грудь сжалась в резком выдохе.
Мой взгляд поднялся к лицу Арии, к тому, как ее губы были приоткрыты, а глаза сияли от восхищения. Черт. Никто никогда так не смотрел на мой член. Она была так чертовски невинна, так прекрасна и моя.
Ее пальцы коснулись моего кончика, и я дернулся, едва сдерживая толчок вверх. Гребаная рука Арии только потревожила бы ее. Ее невинность была пыткой и наслаждением вместе взятыми.
Я позволил ей исследовать меня так долго, как только мог, прежде чем выдавить.
— Возьми меня в руку.
Хватка Арии на моем члене была такой же несуществующей, как и ее прикосновение. Она двигала рукой вверх и вниз, слишком мягко, слишком медленно.
Я откинулся на подушку. Ее щека порозовела под моим непоколебимым вниманием. Может, ей было бы легче, если бы я отвернулся, но я просто не мог.
— Можешь держать крепче. — пальцы Арии сильнее обхватили мой член, но все еще не так сильно, как я хотел или нуждался в этом. Это была сладкая пытка. — Сильнее. Он не отвалится.
Стыд промелькнул на лице Арии, и она отдернула руку, отводя глаза.
— Не хотела сделать тебе больно. — прошептала она, стыдясь и чуть не плача. Блядь.
Я разрывался между смехом, потому что она действительно думала, что может причинить мне боль, и разочарованием из-за моих синих яиц, но я оттолкнул обоих.
Схватив Арию за руки,
