короткое утвердительное «Да». Универсальный ответ, который означает всё и сразу. Системы в порядке, работают в штатном режиме, негативных факторов не выявлено, к эксплуатации на полной мощности готовы. Столько всего заменено простым коротким «Да».
И эти «да» посыпались со всех сторон в ответ на запросы Ребита, только пост щита ответил «Нет», но это и не странно — Ребит же говорил, что щиты не будут работать. Вот они и не работают.
Не говоря уже о том, что вообще-то к «Небуле» до сих пор пристыкован наш корабль, который, даже работай щит в штатном режиме, все равно бы не позволил оператору ответить «Да». Потому что тогда конфигурация щита изменилась бы, чтобы прикрыть и «Затерянные звёзды» тоже, а значит — отклонилась бы от референсных значений. И пусть этот фактор, говоря откровенно, незначительный, но само его наличие уже не позволило бы оператору сказать «Да», маскируя коротким словам всю сложную техническую тираду.
И, кстати, раз уж вспомнил про корабль…
Я широко шагами подошёл к Ребиту, и прямо спросил:
— А что насчёт нашего корабля? Не стоит ли его отстыковать перед боем?
— Зачем? — Ребит повернулся ко мне. — Он не помешает «Небуле».
— Оказать дополнительное огневое воздействие, например, — я пожал плечами.
— Можно! — согласился Ребит. — Но в таком случае мы лишимся единственного шанса на спасение, если вдруг что-то пойдёт не так.
— В каком смысле? — спросила Кори, которая как раз подошла к нам вместе со всеми остальными.
— Я планировал, что в случае, если всё пойдёт не по плану, мы сможем эвакуироваться с «Небулы» на вашем корабле, — пояснил Ребит и чуть улыбнулся. — Мы, может, и правда фанатики, какими нас считают, но умирать просто так, ни за что, мы не готовы. Особенно если можно не умирать.
— А наш корабль-то тут при чём? — не понял Кайто. — На «Небуле» что, нет спасательных капсул?
— На «Небуле» нет спасательных капсул, — спокойно ответил ему Ребит. — Совершенно верно, друг мой. Когда этот корабль создавался, ими сознательно пожертвовали, установив вместо них другие узлы.
— Но это же… глупо! — Кирсана всплеснула руками.
— Или нет, — задумчиво ответил ей капитан. — Не забывай, что Джонни Нейтроник стал первым в космосе обладателем личного мобильного Н-двигателя. Вполне вероятно, он исходил из того, что в случае крайней опасности его спасением станет спейс-прыжок, а не капсулы.
— И, кстати, правильно полагал! — поддержала капитана Кори. — Думаю, что выбрасываться в космос в спасательной капсуле, чтобы гарантированно попасть в лапы администратов, не входило в планы Нейтроника ни в одной из возможных ситуаций. Я скорее поверю, что он готов был погибнуть вместе с кораблём без возможности эвакуироваться вовсе, нежели позволить этому случиться.
— И не только он, юная леди! — внезапно вступил Ребит. — Вся команда «Небулы» состояла только из самых доверенных людей капитана. А доверенные люди капитана…
— Это злейшие враги Администрации, — негромко закончил за Ребита Магнус, и тот лишь кивнул, и вернул взгляд к постам корабля:
— Все системы в норме, начинаем движение. Первый второй двигатели — сто, третий четвёртый — пятьдесят.
Внешне ничего не изменилось — да оно и не должно было измениться, — но зато нас всех слегка потянуло в сторону. Так флагман выходил из общего «строя» — в сторону и вверх, если считать относительно «нашего» центра гравитации.
— Ого! — вырвалось у Кори, которая испытала то же самое, что и я, и даже руки была вынуждена раскинуть в сторону, чтобы не упасть. — Это же с каким ускорением мы сейчас поворачиваем⁈ Это ве… ликолепное произведение древнего искусства не развалится от таких манёвров⁈
— Не развалится! — заверил её Ребит. — «Небула» не стала легендой лишь только потому, что пропала в хардспейсе, оставив администратов с носом. Она была легендой и в самые лучшие свои годы — и всё из-за того, какая она. Можете мне поверить, несмотря на свои размеры, она способна на такое, на что не способны иные современные корабли. Её двигатели, прямо скажем, крайне избыточны для её веса, поэтому энерговооружённость у «Небулы» просто дикая. Она способна менять траекторию буквально за секунды и разворачиваться практически на месте, причём с маршевого хода.
— Какие же перегрузки это должно вызывать… — пробормотала Кирсана сбоку, но так тихо, что, наверное, один только я её и услышал.
Хотя вопрос, конечно, задан по делу — подобные манёвры действительно должны вызывать бешеные перегрузки, и не только… и не столько люди должны от них страдать, сколько сама по себе конструкция длинного и почти плоского корабля.
Особенно если он собран из нескольких других кораблей. Неизвестно насколько качественно собран, надо заметить.
Однако, судя по спокойному лицу Ребита, он либо хорошо знал, о чём говорит, либо как минимум — верил в сказанное. И этого было достаточно, чтобы мысли о том, как «Небула» разламывается пополам, когда на очередном манёвре задней части всё же удаётся обогнать переднюю, и мы все отправляемся за борт, притихли.
Притихли, но не исчезли до конца.
Интересно, фридайв в хардспейсе ощущается так же, как и в обычном метрическом космосе? И смерть от него наступает такая же?
Нет, не интересно.
Ребит подвёл нас к единственному рабочему посту, за которым никто не сидел, и сел за него сам. Протянул руку, включил дисплей, на котором тут же появилось несколько картинок с бортовых камер внешнего наблюдения. Ребит выбрал из них одну, — курсовую, — и она растянулась на весь экран, перекрывая остальные.
Флот вторженцев приближался. Приближался быстро, надо сказать — намного быстрее, чем я ожидал от корабля возрастом в несколько сотен лет. Впрочем, нет никакой гарантии, что это заслуга именно «Небулы», а не очередных шуточек с пространством, которые в хардспейсе происходят сплошь и рядом — может, сейчас оно решило подыграть нам и помочь добраться до противников как можно быстрее, пока они не оклемались.
Если так, то хорошо, что не наоборот.
Флот вторженцев приближался, и, чем меньше до него оставалось, тем яснее становилось, что с ними до сих пор не всё в порядке. Корабли так и не смогли выстроиться даже в жалкое подобие боевого порядка и единственное, что сделали — это заглушили двигатели, скорее всего экстренно, и оттормозились, чтобы не врезаться друг в друга и не улететь в неизвестные дали хардспейса без надежды найти обратный путь.
