Так и зависли корабли Администрации и «Кракена» на своих местах, как вслепую приколотые на чёрный беззвёздный бархат крошечные брошки. Повёрнутые в разные стороны, то практически царапающие бортами друг друга, то наоборот — разнесённые на многие километры, они даже в таком состоянии уже были похожи на побеждённых и прекративших сопротивление до того, как оно началось. И, говоря откровенно, это выглядело жутко. Даже более жутко, чем коридоры и отсеки «Василиска-33», хоть мы и смотрели сейчас снаружи, а не изнутри…
— Кстати, — я снова скосился на Ребита. — А ваши инфразвуковые пирамидки… Они тоже не работают в хардспейсе?
— Увы, нет, — Ребит покачал головой. — Там же основной принцип в передачи вибрации, а что есть вибрация, если не перемещение тела на какое-то расстояние за какое-то время?
Логично, но не спросить я просто не мог — вдруг законы этого места, или, вернее, состояния, ещё более непредсказуемые и изменчивые, нежели я про них думал. Было бы здорово, и позволило бы закончить весь этот бой вообще без единого выстрела… Но нет так нет. В конце концов, корабли вторженцев пока что даже не пытались отстреливаться от нас, даже навестись не пытались — настолько их экипаж не был готов к тому, что сейчас испытывал. А значит, у нас есть ещё немного времени на то, чтобы нанести им непоправимый ущерб.
— Каким оружием мы обладаем? — спросил я у Ребита, и тот посмотрел на меня как-то странно, не так как обычно. Не со снисходительной улыбкой, а даже наоборот — с уважением.
— Двадцать две пушки пятисотого калибра. Четыреста семнадцать снарядов к ним, — ответил он. — Четыре пушки семисотого калибра. Сорок семь снарядов к ним. Две плазменные пушки пятидесятого калибра. Запас энергии на семьдесят выстрелов подряд. Семнадцать ракет класса «Афина», если вам это о чём-нибудь говорит.
— Кинетика⁈ — ужаснулся Кайто. — Всё, что у нас есть — кинетика⁈
— Практически всё, — кивнул я, спокойно переваривая полученную информацию. — Корабль-то старый. Скажи спасибо, что хоть боекомплект приличный, даже спрашивать не хочу, где вы его взяли. Ну и не забывай, что у администратов и щитов-то нет.
— Но броня-то есть! — всплеснул руками Кайто. — Об этом я тоже как-то не забыл!
— Броня есть, — я кивнул. — Но это не преграда. Это лишь препятствие. Это лишь значит, что нам надо знать куда бить и не тратить снаряды зря.
— Совершенно верно! — кивнул Ребит. — И нам крайне повезло, что среди нас есть тот, кто знает, куда именно надо бить, не так ли?
Я перехватил его взгляд, дополненный лёгкой улыбкой, и усмехнулся:
— Это точно. В который раз нам опять крупно повезло. Так что заряжайте орудия и слушайте мои команды!
Глава 21
В самом начале освоения космоса никакими щитами, конечно же, корабли снабжены не были. Даже самой по себе технологии щитов не существовало, но даже если бы существовала — их работу просто нечем было бы обеспечить. Просто не существовало источников энергии, стоящих хотя бы рядом с современными реакторами.
Поэтому корабли древности справлялись с вызовами космоса по-своему. Основной линией защиты была разнесённая конструкция, когда обшивка находилась на некотором расстоянии от внутренней капсулы, содержащей в себе непосредственно экипаж и все важные системы. Обшивка при этом, конечно же, тоже была непростой, и представляла из себя сложный композит из металлов, арамидных тканей и углеволокна, вместе работающих как целый комплекс защиты, в котором у каждого слоя — своя задача. Погасить энергию, уловить осколки и рассеять импульс, если вдруг не удалось ни то, ни другое. Даже форма внешней обшивки обычно делалась такая, чтобы встречный космический мусор имел минимальные шансы войти в неё по нормали.
Конечно, такие схемы нельзя было применить везде и всюду, поэтому инженеры постоянно придумывали, чем их можно дополнить. Так, например нормой стало располагать не самые важные для существования корабля узлы впереди по ходу его движения. Топливные баки, водяные танки, и даже грузовые объёмы становились «головой» корабля, призванной ловить все неприятные факторы космоса и тем самым оберегать экипаж. А позже и вовсе стали производить специальные износостойкие экраны, которые ставили спереди и которые, по сути, были уже специально, а не вынужденно приспособлены под ловлю космических частиц. Но даже у них основной задачей стояло не принимать удар на себя полностью, хотя они и могли это делать, а скорее отклонять мусор с пути и отбрасывать его в сторону, как отбрасывает отвалом снег с рельс очиститель путей.
Но даже экраны не решали всех проблем космоса, потому что в космосе мусор может прилететь с любой стороны, не только спереди. Да, впереди он самый опасный, из-за сложения скоростей, но это не означает, что сзади не может прилететь какой-нибудь особенно быстрый кусок, который прошьёт все защитные слои навылет и полетит себе дальше, даже не особенно заметив, что что-то вообще произошло.
Иногда такие ситуации действительно случались, и тогда экипажам приходилось спешно, в аварийных условиях, чинить пробоины и разбираться с последствиями, но тогда космическая инженерия не могла предложить никаких других решений.
Впервые всё начало меняться, когда изобрели системы направленных лазеров, которые в связке с радарными системами кораблей научились просчитывать потенциально опасные объекты, приближающиеся с незащищённых траекторий. Целью этих систем было не уничтожать такие объекты (на космических скоростях на это не хватило бы времени, какими бы мощными ни были лазеры), а частично испарять их часть, чтобы реактивный момент выделившихся газов отклонил мусор от траектории, на которой он не будет представлять опасности.
Космические перелёты сразу стали в разы безопаснее, и, как следствие — их стало больше. Мало того — именно это изобретение, по сути, сделало возможным массовое строительство космических станций, которые с этого момента научились защищать себя самостоятельно — с помощью всех тех лазеров, а позже, когда технологический прогресс добрался до плазменного оружия — и с их помощью тоже.
Но по большому счёту это ничего не меняло. Корабли по-прежнему одевались в многослойную броню, вынесенную за пределы корпуса, и прикрывались не очень важными объёмами.
Зато когда изобрели энергетические щиты, всё перевернулось с ног на голову. Требующие намного больше энергии, чем система активной лазерной защиты, они, тем не менее, и работали намного эффективнее. Они не требовали активации и действовали, не выключаясь, и для них не существовало такого понятия как «слишком большой для эффективного воздействия объект». Они
