что корабль будет поражён в глубину нескольких отсеков. В случае обычного гражданского космолёта самый максимум — окажется продырявлена обшивка и достаточно будет изолировать поражённый отсек, чтобы оказаться вне опасности, но с военным это не сработает. Ему нужны системы, которые автоматически определят место пробоя, и изолируют именно его. А ведь «Небула» немалой своей частью была именно военным кораблём.
И, скорее всего, сейчас нас это спасло.
Не знаю, из чего конкретно флагман «Кракена» нас обстрелял, но своего они добились — это точно. Они даже как будто знали, куда именно бить, чтобы нанести самый чувствительный удар! Удар не по системам корабля и не по его огневой мощи, а по тем, кто обеспечивает работоспособность саму по себе!
По экипажу, проще говоря. По мостику, даже несмотря на то, что он запрятан в глубине стального тела.
Как минимум двадцать процентов экипажа «Небулы» оказалась выведена из строя, и даже несмотря на то, что почти все они шевелились, пытаясь подняться с пола, это ещё ничего не значило. Даже контузия средней степени уже легко сделает невозможным управление бортовыми системами — банально в глазах всё будет расплываться, и ты не отличишь два слова друг от друга, даже если носом в дисплей воткнёшься. А ведь у большинства из них ещё и поясные стабилизаторы наверняка приказали долго жить — всё же слишком тонкая электроника для того, чтобы нормально пережить подобные приключения!
Нас, по сути, спасло лишь то, что мы находились далеко от зоны поражения. Тряхнуло, приложило об пол, немного повозило по нему, как уборщица — тряпкой, но и только. Ну, Пиявка себе нос расквасила теперь зажимала его пальцами, сквозь которые на пол капали тяжёлые красные капли, и с ненавистью гудела, глядя куда-то потолок:
— У, суки, я вам устгою!
Ребит, покряхтывая и поскрипывая, тоже поднялся с пола и сел обратно в кресло.
— Статус! — коротко скомандовал он в воздух, меняясь прямо на глазах. Из добренького улыбчивого и вежливого духовного наставника, которого мы привыкли видеть, который терпеливо объяснит тебе любую закавыку, и всегда наставит на путь истинный, сейчас он превратился если не в настоящего капитана военного корабля, то как минимум в одного из высших офицеров. Собрался, подтянулся, будто бы даже выше стал, и разговаривать начал тоже как офицер — короткими рублеными фразами, в которые вложено максимум сути при минимуме формы.
— Насовсем? — коротко осведомился Ребит, получив ответ, а потом перевёл взгляд на нас. — Плохие новости. Некоторые рабочие посты выведены из строя… В смысле, сами посты, может, и нет, а их операторы — да. Никакие критические узлы корабля задеты не были, но мы лишились двух из трех пилотов… А третий пока неизвестно, сможет ли продолжать пилотирование.
Конечно, три пилота кораблю, объективно говоря, не нужны. Система управления всё равно всего одна, и управлять ею одновременно может только один пилот. Но смысл нескольких постов управления как раз в том, чтобы этот самый один пилот, если окажется выведенным из строя, не потянул за собой весь остальной корабль тоже. Второй пилот, третий пилот — это меры предосторожности, которые, во-первых, страхуют первого от нелогичных и непрактичных действий, а во-вторых — готовы в любой момент перехватить управление, ускользнувшее из его рук. Даже если это произошло посмертно.
Одного пилота несложно устранить. Двух — уже сложнее. Трех — почти невозможно. Даже с современным оружием «Кракена», применённым против корабля, возраст которого больше, чем у иных звёзд.
Собственно, они и не вывели из строя всех трех пилотов разом. Только двух, а третий пока под вопросом.
Но пока он под вопросом, мы — под обстрелом. И, в отсутствие щита — мы под обстрелом без единственного способа противодействия этому самому обстрелу, ведь мы не можем даже двигаться.
— Пилоты? — непонятно протянула Кори. — Я могу!
— Кори, это корабль, которому несколько сотен лет! — капитан повернулся к ней. — Что ты можешь⁈ Ты даже не знаешь, какая тут система управления⁈
— Если стандартная для этих лет, то знаю! — угрюмо взглянула на него Кори. — Ты что думаешь, я в симуляторах только современные корабли отрабатывала, что ли⁈ Как бы не так! Там есть из чего выбрать, начиная от самого начала освоения космоса!
— Это действительно так, — внезапно поддержала её Кирсана. — В пилотских симуляторах есть все когда-либо созданные человечеством пилотажные системы, кроме, разве что, самых современных администратских — думаю, понятно почему. Некоторые даже виртуальные гонки проводят на самых старых и странных системах, на которые и взглянуть-то без слез нельзя, не то что летать на них!
— Надо понимать, ты их тоже знаешь? — я скосился на Кирсану.
— Разумеется! — фыркнула она. — Я тебе больше скажу — мы их даже специально изучали в Академии! Не все, конечно, но самые основные!
— Зачем⁈ — простонал Кайто, заламывая руки. — Зачем изучать древние древности, которым место на свалке истории⁈
— Затем! — коротко ответила Кирсана, но через мгновение всё же решила продолжить. — Затем, что старые системы — простые системы. И отлично подходят для первичного обучения курсантов, которые могут позже уже перейти к более современным вариантам, постепенно наращивая сложность и в итоге приобретая навыки пилотирования вообще чего угодно!
Ну да, именно что чего угодно. Не все же становятся капитанами целого эсминца, как стала Кирсана. Не всем вообще в принципе выпадает возможность попасть на эсминец или другой военный корабль — у Администрации полно и гражданского транспорта тоже, от грузовиков до маленьких юрких курьеров, где весь экипаж — это три человека.
Если уж на то пошло, не все пилоты в принципе мечтают стать капитаном. Кори — яркий пример такой ситуации, хотя, конечно, у неё есть свои причины на это. Тем не менее, многих вполне устраивает просто управлять кораблём, ведя его туда, куда укажет капитан. Таким людям нравится сам по себе процесс управления огромной тысячетонной махиной. Чувство полного контроля над ней, сравнимое с чувством от укрощения дикого зверя. У таких людей просто нет интереса к тому, чтобы отдавать приказы другим и уж тем более — нести ответственность за последствия этих приказов.
Так что нет, хороший пилот — это совершенно не обязательно хороший капитан, даже в теории.
Но хороший капитан — это обязательно хороший пилот. Как минимум потому, что он должен хорошо себе представлять, как ведёт себя корабль в том или ином положении, состоянии и ориентации.
