Читаем без скачивания Остров Свиней - Мо Хайдер

Световое пятно все еще было на месте — отражающийся в окне солнечный свет. Я смотрел на него, мысли двигались в голове очень медленно, очень осторожно. Там стояло несколько коттеджей — прямо вдоль берега. Они находились точно на юге, на другой стороне пролива, там, где побережье делало изгиб. Внезапно я понял, что смотрю на Ардно-Пойнт. На то место, где нашли рыбачью лодку.

Открыв дверцу машины, я вышел наружу и застегнул куртку, не отрывая взгляда от света. Я был там один раз вместе со Стразерсом через три дня после бойни — просто чтобы взглянуть. Смотреть там было особенно не на что — несколько коттеджей, пляж, заливаемый морем во время прилива, болотистый, поросший морской травой, в зарослях которой все еще виднелись обрывки ленты полицейского ограждения. Лодка тогда лежала на боку, а не была привязана — еще одна причина, по которой Стразерс посчитал, что Дава вынесло сюда случайно. Тогда мы немного об этом поговорили. Что было совершенно непонятно, так это почему мы не заметили стоящее на другом берегу залива бунгало — чтобы его увидеть, стоило лишь чуточку повернуться вправо.

Нагнувшись к машине, я достал из кармана на спинке пассажирского сиденья дорожную карту. Расстелив ее на крыше машины и прижав локтем, я принялся тщательно изучать местность, время от времени поглядывая на Ардно-Пойнт, все еще поблескивавший в отдалении. В карманах у меня не оказалось ручки, и я сделал пометку на карте ногтем большого пальца — получился аккуратный крестик. После этого я отступил по дорожке на несколько шагов и добрался до того места, откуда была видна внутренняя часть страны — в той стороне лежало озеро Лох-Авич. Хижина, в которой я побывал тем вечером с Дансо, пытаясь понять, что затевает Дав, находилась как раз в этих горах.

Я постоял немного, дожидаясь, пока улягутся мысли. Ардно-Пойнт находился от меня слева. Хижина — сзади и справа. А торговый центр в Инверэри… Я схватился за карту. Я не сразу смог сосредоточиться. А когда смог, сердце забилось очень медленно.

«Я буду кругами ходить вокруг тебя. В последний час я буду кругами ходить вокруг тебя».

Бунгало. Эти четыре точки — Ардно-Пойнт, хижина, Инверэри и остров Свиней — образовывали круг около Крейгниша. Вокруг бунгало. Я хлопнул рукой по карте, сердце бешено колотилось. Последнюю неделю Малачи делал круги у бунгало. Он думал, что мы все еще здесь. Я поднял глаза, внимательно осматривая горизонт, деревья, стоящее позади меня бунгало с его пустыми окнами.

«Где же ты сейчас, мерзавец?»

Как бы в ответ на мой вопрос на дороге остановилась какая-то машина. Не отрывая от нее глаз, я медленно сложил карту. Это была английская машина темно-синего цвета. По спине пробежал холодок — машина, украденная с автостоянки в Криниане, была темно-синим «воксхоллом». Я находился от нее по меньшей мере в двухстах метрах, но мог бы с уверенностью сказать, что в ней сидит мужчина — светловолосый, одетый во что-то светлое, кажется, свитер. «Боже мой, — подумал я, и сердце мое отчаянно билось, руки и ноги слегка онемели. — Неужели это ты?»

Я открыл дверцу и бросил карту в салон, стараясь казаться спокойным. Машина не двигалась с места. С небрежным видом (хотя я уже весь дрожал) я достал ключи из замка зажигания, повернулся и побрел в сторону дороги. Я собирался с ним поговорить. Просто поговорить. Над нами в голубом небе кружила стая птиц, откуда-то издали доносился тонкий крик кроншнепа. Но я не смотрел на небо, а продолжал идти размеренным шагом, ровно дыша.

Подойдя поближе, я увидел, что светлые волосы на самом деле оказались надвинутой на уши бейсболкой. В тот момент, когда мне уже казалось, что я могу получше разглядеть водителя, он неожиданно выжал педаль газа и умчался прочь. Пробежав по песку, я остановился посреди дороги, широко расставив ноги и глядя на исчезающее вдали темное облачко, направлявшееся к Лохгилфеду, в противоположную сторону от Крейгниш-Пойнта.

Это не он. Конечно же, это не он.

Я немного постоял, пытаясь убедить себя, что ничего особенного не произошло. Разве он будет вести себя так неосторожно? Наверняка это кто-нибудь из местных — остановился посмотреть, не собираюсь ли я что-нибудь украсть. Но кровь моя уже кипела. Бросившись к «фиесте», я запустил мотор. Для погони эта машина плохо подходила, она фыркала и сопротивлялась, когда я гнал ее по дороге — шестьдесят, семьдесят, восемьдесят миль в час. Покинув полуостров, я двинулся вдоль побережья, достиг леса, затем без всякого предупреждения дорога резко свернула вправо, и я оказался в болотистой местности возле реки Эдд. Переехал мост, и там дорога превратилась в идущую вдоль канала узкую полосу. «Фиеста» с визгом понеслась по ней, пропустив поворот направо — свернуть или остаться на дороге? — потом еще один и еще. Затем дорога повернула влево, на мост через канал, — и сразу же замелькали красные баржи, из ржавых дымоходов к холодному небу потянулись струйки дыма.

Нащупав мобильник, я включил его, переводя взгляд то на дисплей, то на бегущую впереди дорогу. Прозвучала мелодия, экран загорелся. Двадцать пять пропущенных звонков от Лекси. Прежде чем я успел набрать номер Дансо, телефон опять ожил. Снова Лекси. Бросив мобильник на пассажирское сиденье, я погнал «фиесту» по узкой дороге. Еще раз завернув за угол, менее чем в ста метрах впереди себя я увидел громыхающий микроавтобус, который занимал всю полосу движения и даже задевал живую изгородь. Резко нажав на тормоза, я остановился посреди дороги, вцепившись в руль, наклонившись вперед и так тяжело дыша, словно последние мили я не проехал, а пробежал. Я понял, что проиграл. Эти дороги не годятся для погони — уж слишком они прямые и бескомпромиссные. Дав сейчас может оказаться где угодно.

Раскачиваясь из стороны в сторону, микроавтобус исчез в отдалении. Лежавший на сиденье мобильник снова зазвонил. Съехав на обочину, я подождал, пока звонок Лекси перейдет на автоответчик, затем схватил телефон и набрал номер штаба в Обане. Пусть Дансо вышлет парочку патрульных машин. Затем я двинулся в путь, останавливаясь, чтобы осмотреть подъездные дорожки или автостоянки. Каждые пять минут лежавший на пассажирском сиденье телефон начинал звонить, ползая по обивке и явно возмущаясь тем, что я не отвечаю. Лекс не сдавалась, но я не мог с ней разговаривать. Пока не мог. Свернув влево, я проехал по мосту над кринианским каналом и через двадцать минут увидел одну из полицейских машин — без опознавательных знаков, но все равно узнаваемую за километр, — она медленно, словно хищник, двигалась в противоположном направлении, водитель и пассажир сосредоточенно жевали, вытягивали шеи и напряженно всматривались, готовые в любой момент начать гонку. Я не стал представляться, просто проехал мимо, поскольку знал, что все уже кончено. Единственное, что я мог сейчас сделать, — это снова и снова проверить одни и те же места. Телефон зазвонил снова, и на этот раз я подъехал к живой изгороди и нетерпеливым жестом взял его в руки.

— Послушай, я тебе перезвоню.

— Нет, не перезвонишь, — холодно сказала она.

— Поговорим позже.

— Пошел ты, Джо! Мы поговорим сейчас. Не подвергай сомнению мои умственные способности. Пожалуйста.

Я заглушил мотор, достал телефон из-под подбородка и прижал к губам, чтобы ей было лучше слышно.

— Лекс, мы обязательно поговорим, но не сейчас. Тут кое-что происходит.

— Я хочу задать тебе один вопрос, — сдержанно произнесла она. — И ты должен честно ответить. Я хочу знать правду. Правду, Джо! — решительно заявила она, словно я был совершенно чужим ей человеком. Последовала длинная пауза, наконец она спросила: — Ты меня любишь?

— Я приеду домой, и мы поговорим…

— Я спросила — ты меня любишь?

Я сделал глубокий вдох. В отдалении какая-то машина свернула на дорогу и двинулась в мою сторону. Я смотрел на нее, но видел лишь неопределенную точку, глазам было больно.

— Это легкий вопрос — это тебе не квантовая физика, Джо. Ты меня любишь, ты меня желаешь, ты все еще хочешь меня трахать — женщину, которая была с тобой рядом все эти годы, когда ты разбазаривал свой талант, — или же ты хочешь трахать какую-то уродливую ничтожную дрянь, суку, корову? — Она замолчала, тяжело дыша. Мне казалось, будто я ощущаю горечь, исходящую у нее изо рта. — А ты знаешь, что с ней не так, Джо? Знаешь? Имеешь ты об этом хоть какое-нибудь представление, или ты просто счастлив свалить все на меня — ту, которая потрудилась получить хоть какую-то медицинскую подготовку?

Я тупо смотрел на дорогу, чувствуя, как у меня перехватывает горло. Я очень хотел привести свои мысли в порядок, найти подходящий ответ, что-то сказать. И не мог. Не мог заставить голову работать.

— Она уродка, и если ты ее хочешь, ты извращенец, и нужно положить конец твоим страданиям, отвратительный, отвратительный урод…