Дальше его путь лежал по темным улицам поселка – мимо пустых брошенных домов и заборов. Коттедж Михаила Петровича был отлично виден издалека – он, как маяк светился в ночи ярким светом из всех окон сразу. Добравшись до ворот, Денис, сделав над собой усилие, перевалился через забор и неловко боком упал в колючие заросли кустов. «Все» – мелькнула в голове прощальная мысль, но прежде, чем потерять сознание, Денис услышал доносящийся из дома громкий собачий лай.
– Ну, наконец-то! – приветствовал проснувшегося Дениса Кошмар, – почти сутки спал! Говори, что болит, где, как? Есть хочешь? Кто это тебя? – рэкс задавал вопросы очень быстро, не оставляя времени на ответ. Потом, замолчав и пристально посмотрев на только пришедшего в себя Дениса, начал рассказывать сам:
– Мы, честно говоря, решили, что тебя «забрали». Потом, правда, поняли, что ошиблись. Петрович утром к воякам помчался, а ему и говорят, что да, взяли тут одного мародера, да только сдать уже успели куда следует. Петрович туда, а тебя там нет. Он обратно, а ему говорят – извините, машина, на которой его повезли, пропала, охрана пропала, ты, естественно, тоже. Мы уж за тобой в город собрались, а ты – тут как тут.
Денис выслушал эту сбивчивую речь, потом попытался подняться, но не смог даже оторвать заболевшую от первого же движения голову от подушки. Кошмар, заметив его порыв, страшным шепотом пресек все дальнейшие попытки встать с кровати:
– Лежи, куда собрался. Набегался пока, хватит. Я к тебе сейчас доктора вызову.
И, выйдя в коридор, громогласно оповестил присутствующих:
– Все, очнулся! Жив и почти здоров!
Первым на голос Кошмара примчался Хорт, ткнулся холодным носом в ладонь Денису, положил голову на одеяло, сочувственно глядя на парня. Следующим посетителем был Чалый. Он мельком взглянул на Дениса, присел рядом с ним на кровать и рывком откинул в сторону одеяло.
– Здесь болит? – рэкс холодными и твердыми, как сосулька пальцами нажал Денису на живот, и тот поморщился:
– Нет, вернее, не очень.
– А здесь? – руки Чалого давили уже в боку справа.
– Болит, убери, правда, больно. – Денис скривился, дернулся, и поспешил натянуть на себя одеяло.
– Ничего, до свадьбы заживет. – Чалый бесцеремонно поднял голову Дениса за подбородок двумя пальцами, и принялся поворачивать ее вправо-влево.
– Душили они его что ли? – подал голос Кошмар.
– Угу, душили. Локтем, вот так, – и Чалый показал, как это делается на сидевшем возле кровати Дениса Хорте. Пес заскулил и принялся вырываться, опасаясь за свою жизнь.
– Так, это тебе сначала головой в лицо ударили, потом под коленки дернули. – Чалый продолжал осмотр, а Денис согласно кивал – ему казалось, что рэкс в тот момент стоял где-то поблизости и все видел.
– Странно, а по голове тогда зачем били? – этот факт вызвал у Чалого недоумение, но, впрочем, не надолго:
– Ты что – вырваться пытался? – и почти улыбнулся, услышав утвердительный ответ.
– Хоть один положительный момент, я рад за вас, молодой человек. Сотрясение есть небольшое, печень, вроде, цела. Нос тоже не сломан, повезло. Но такой перелом зарастает быстро, и даже кость потом выправляется, проверено. Ладно, посмотрим, что будет дальше. Лежи, пока, отдыхай. Да, а где это все случилось? – с подозрительным безразличием спросил рэкс.
Хорт снова уселся рядом и смотрел на Дениса во все глаза. Весь вид пса говорил сейчас: «Вот что бывает, когда рядом нет собаки. Ушел один, без меня, и что получилось?» Денис погладил пса по голове, и Хорт немедленно застучал хвостом по полу.
– Там рядом дом был старый, я подумал, что… – Денис, уже предчувствуя дальнейший разговор, очень захотел накрыться одеялом с головой и притвориться спящим, но не успел.
– Ну и зачем ты туда полез? – Чалый говорил так задушевно и тихо, что можно было подумать, что рэкса действительно интересует причина поступка, а не его следствие.
– Посмотреть, – еле слышно ответил Денис, рассматривая потолок.
– Посмотрел? – заботливо поинтересовался Чалый, а Кошмар, не сдержавшись, негромко фыркнул.
– Да, – расписался Денис в собственной глупости, только сейчас ощутив, насколько плохо для него могло все закончиться.
– Понравилось? – добивал его Чалый.
– Нет. – Денис не выдержал, и взмолился:
– Я же не знал, что они там…, – но рэкс перебил его:
– Никто не знал, я тоже. Скажу больше – я бы очень сильно удивился, если бы ты их заметил. Ничего, наука тебе на будущее: прежде чем куда-нибудь запихнуть свою голову, будешь думать, как ее оттуда вытащить.
– Да ладно тебе, жив – и слава Богу, – вступился за Дениса Кошмар, и бросил на одеяло небольшой тюбик.
– Держи, пригодится. – Денис взял его и прочитал надпись: «Бодяга».
– Это что такое, зачем? – и сразу сник, догадавшись, что услышит в ответ.
– Фонарь свой лечить будешь, тебя с ним в темноте хорошо видно. Ладно, ладно, не обижайся, я пошутил. – Кошмар встряхнул Дениса за плечи.
– Не поможет, – «обнадежил» уже вышедший в коридор Чалый, – бодяга только для свежих фонарей подходит, а этому уже несколько дней. Но все равно попробуй, хуже не будет. А так – недели две-три – и все само пройдет, как новенький у нас будешь. – И добавил, глядя куда-то мимо Дениса, – А вообще все могло закончиться гораздо страшнее, можешь мне поверить.
Денис остался наедине с Хортом и тюбиком средства от синяков и кровоподтеков. Потом все же поднялся с постели и добрался до зеркала и еще раз внимательно изучил свое отражение. Под обоими глазами разлились огромные, зловещего фиолетового цвета пятна. Края их, правда, уже желтели, но это оптимизма не добавляло – выходить в таком виде из дома было нельзя.
Как и предсказывал Чалый, пришлось ждать почти две недели, пока перестанет болеть и кружиться голова, и прекратится боль в правом боку. И все было бы ничего, но проклятые синяки под глазами не желали исчезать. Дивный фиолетовый цвет давно перешел в желтый, но совсем пропадать не собирался. Денис регулярно проводил осмотр поврежденной внешности, бодяга давно закончилась, но светло-желтая маска под глазами оставалась на своем месте.
Дни шли медленной однообразной чередой, и каждый из них приносил новые настораживающие и жуткие новости. Каждый день город «забирал» к себе все больше и больше людей. Уходили уже сразу по несколько человек, унося с собой и угоняя все, что было возможно. Нескольких перебежчиков удалось застрелить, но Денис точно знал, что это просто отсрочка. Бесплотная тварь обязательно вернется и заберет следующего, и с ней придет еще одна, и еще… Надо было как можно скорее остановить их, но способа, как это сделать и оружия против притаившегося в городе врага не существовало. Вернувшийся после очередного отъезда Михаил Петрович долго разговаривал о чем-то с Чалым, потом они снова уехали вместе. Вернулись усталые и злые – видимо, у них состоялся с кем-то очень неприятный разговор.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
