ребёнок, а может быть, больше остальных хотел научиться. Но Татик, который еще два месяца назад не мог ничего, теперь показывал на ладошке воздушный вихрь.
— Ты умница, — похвалила я мальчика, погладив по голове. И кажется, это моё действие зажгло что-то новое в нём. По крайней мере, взгляд изменился на ещё более восторженный. — Я верю в тебя. Ты у нас еще дождевые тучи на поля сгонять будешь. Панок, раз результат есть и моя теория оказалась верной, стоит для начала собрать магически одарённых детей для обучения. Только сделайте это так, чтобы эта информация за территорию нашего графства не вышла. Не нужно этого пока. Я дам указания экономке, чтобы придумали что-то с размещением детей.
«Вот и маги у меня будут», — думала я, довольная собой.
По прибытии в столицу я сразу решила пройтись по околицам в новом образе. Благодаря глубокому капюшону моего лица не было видно, зато у меня был прекрасный обзор. А все благодаря Паноку. Он, оказывается, сумел сделать ткать прозрачной с внутренней стороны, то есть я видела прямо через капюшон и не было необходимости наклонять голову или ещё что-то. Мы ещё посмеялись, что такую чудо-ткань надо правильно пришить, чтобы стороны не перепутать.
И вот такая красивая я с двумя кинжалами и арбалетом за поясом походкой от бедра гуляла, беся Ифора, который следовал за мной на расстоянии. Ещё двое охранников шли немного впереди. Люди от меня или шарахались, или осматривали оценивающе, но никто не подходил.
Следующая вылазка моя была уже на встречу с нашим наёмником. Мужчина оценил мой наряд по достоинству, еще высказался, что не узнать меня в таком виде. Наёмник передал какие-то документы, читать их нужно было внимательно и явно не здесь. Выяснить имя заказчика ему не удалось. Одно он узнал точно: что наёмники не увлекаются отравлениями, не их стиль. Он высказал мнение о том, что травят обычно женщины. Я тоже уже так думала. Ну не мог мужчина догадаться отравить косметику, да ещё и ядом отложенного действия.
— Плохо работаешь, — сказала я, — мало информации.
— Ми… — осёкся он. — Вы не представляете, какие недоверчивые люди наёмники и преступники. Я пока налаживаю связи. Они должны мне доверять, чтобы сказать хоть что-то важное. Эти-то документы достал с риском для жизни.
И всё шло хорошо, пока у нас не появился гость. Документы я сразу убрала во внутренний карман куртки, поэтому, посчитав разговор оконченным, поднялась.
— Какие люди, — пробасил хриплым голосом мужик, не уступающий в габаритах Ифору. Он подошёл к нашему столику, хлопнул наёмника по плечу. — Хлыст. А что это у нас за фифа? Новенькая? Познакомишь?
— Авария, — сама представилась я, протягивая этому мужику ладонь для рукопожатия. Знаю, что среди них именно так принято, никаких имён. Почему именно так назвалась? Понятия не имею, просто первое, что пришло на ум. Краем глаза заметила, как Ифор подошёл к кабаку значительно ближе.
— Кабан, — пожал он мою руку, хотя мог и сжать до перелома, но не стал. — А личико что скрываем?
— Мужья заругают, — улыбнулась я комичности. Кабан заржал.
— Выпьешь?
— Прости, уже пора. Ты опоздал, Кабан, — пожала я плечами. И даже сделала шаг в сторону выхода. Не успела. Меня попытались схватить. Разворот, и Кабан слегка присаживается от вывернутого запястья. Не самый сложный приём, но действует безотказно.
— Проверить меня решил? — прищурилась я.
— Отпусти.
— Ты не ответил. — Ещё чуть надавить — и он просто упадёт.
— Да. Мало ли какую фифу занесло к нам.
— И часто тут появляются непутёвые фифы? — Отпустила мужика. Он тут же выровнялся и стал потирать руку.
— Бывают. Редко.
— Надеюсь, ты понял, что я не из таких?
— Понял. Заказ берешь?
— Есть?
— А то. Хлыст вон не справился, — ухмыльнулся Кабан, а я напряглась, зная, с каким заданием не справился Хлыст. А ведь правда. Ну буду я очередной не справившейся, но выжившей, что с того?
— Не по зубам орешек достался?
— Да, крепкий орешек, — хмыкнул Кабан. — Приходи завтра в «Три дороги». Познакомлю тебя с братвой.
— Я подумаю. Пока, — решила не отвечать однозначно. Мало ли? Ифор будет в бешенстве.
И я оказалась права. Он еле сдерживался, чтобы не назвать меня глупой, неразумной бабой, но это читалось в его глазах и мимике. А меня его реакция смешила.
Мы были сейчас в городском доме мадам Олорки. Она сама предложила свой дом для моих переодеваний.
— Вот скажите мне, миледи, вам правда жить надоело? Вы решили сами прийти в логово убийц. Зачем? — тяжело дышал он, пытаясь сдержать гнев. А вот охранники только за головы схватились, но не выказывали мне такого недовольства.
— Ты слишком близко к сердцу все принимаешь. Богиня выбрала меня в королевы и вряд ли так просто отдаст меня смерти, тем более что я ещё и близко не выполнила её задания.
— Богиня выбрала? — споткнулся он. Мадам Олорка, тоже здесь присутствующая, ахнула. Я чуть себе в лоб не дала, потому что и не говорила никому такого. Как теперь выкручиваться?
— Да. Тогда, после падения с лестницы, в бреду я слышала голос Богини. Она велела спасти страну от погибели. Больше ничего не сказала, — развела я руками.
— Избранники Богини имеют специальную божественную метку. У вас её нет, — вздохнул Ифор как-то разочарованно, — вам всё привиделось. Да и Богиня уже несколько десятилетий ни с кем не говорит. Люди даже в храмы стали меньше ходить. Смысла не видят.
— А как должна была появиться метка? — нахмурилась я. Его слова поселили сомнение во мне.
— Когда вы общаетесь с Богиней, прямо из воды формируется метка. По крайней мере, так в книгах храмовых написано.
— Из какой воды?
— Вы ходили в храм
