— Вы уже выбрали?
— Да, — последовал ответ, хотя я даже не раскрыла меню. — Уже довольно поздно, так что мы закажем обед. Мне, пожалуйста, салат, жареную красную рыбу без масла. И варенные на пару брокколи с картофелем.
— Хорошо. А что будете вы, мисс?
Во мне все еще клокотал бунтарский дух.
— Мне, пожалуйста, салат «цезарь». Филе миньон с кровью и двойной порцией соуса «беарнез». И еще, если можно, двойную порцию печеного картофеля и побольше сметаны.
— Все будет сделано.
— Я смотрю, к тебе вернулся аппетит, — заметила маман таким тоном, что было непонятно, рада она этому или нет.
— Так что там с доктором Холлом? — напомнила я.
— За последние несколько месяцев их пожертвования заметно оскудели.
— За сколько конкретно?
— Месяца за три или четыре. Оперное общество сильно зависит от пожертвований. Если кто-то без всяких предварительных извещений перестает вносить деньги, возникают серьезные финансовые трудности.
— Вот как? Холл неожиданно перестал давать деньги?
Мать кивнула и слегка подвинулась, чтобы официантке было удобней ставить тарелки с салатом.
— Я не ожидала от Холлов такой бестактности.
— Мм, пожалуй, — согласилась я, пытаясь сопоставить услышанное с уже известными мне фактами.
— У тебя спина не болит?
Я подняла голову и встретилась с ней взглядом.
— Нет. А почему ты спрашиваешь?
— Ты как-то странно сутулишься. Я предположила, что ты повредила спину.
Я немедленно расправила плечи.
— Извини. Как твоя поездка?
— Все было прекрасно. Главным образом европейцы.
— Интересные люди среди них были?
Положив вилку на край тарелки, мать потянулась за сумочкой и извлекла из нее небольшую стопку фотографий.
Хотя она провела почти месяц на море — если не ошибаюсь, Средиземном, — на десятке снимков были запечатлены исключительно мужчины.
— Это Филипп. Он бельгиец. У него какой-то перерабатывающий завод в Генте.
Я осмотрела первого кандидата на роль отчима. Он был лысым, с белоснежной бородой и усами. Я не очень люблю растительность на лицах мужчин и поэтому мысленно вычла несколько очков. Однако вычтенные очки бельгиец компенсировал улыбкой, которая показалась мне искренней.
— А это Пейтро, или для краткости Пепе, — последовала справка о следующем претенденте. — Он живет в Аргентине и разводит пони для игры в поло. Я пригласила его в гости, он навестит меня, когда будет в следующий раз в нашем городе. Он как раз занимается разводом.
Что ж, хорош собой, подумала я, глядя на смуглого брюнета. Но с другой стороны, разведен, а значит, ненадежен и непредсказуем. В общем, кандидат номер два мне тоже не понравился.
К тому времени, когда мы наконец расправились с заказанными блюдами, я успела познакомиться с одиннадцатью уроженцами трех разных континентов. Филипп, Пепе, Джино — все эти имена больше подходили для пуделей, чем для представителей сильного пола.
Заодно я узнала последние новости о предстоящей свадьбе Лизы и Дэвида. В настоящее время они заняты тем, что выбирают цветовую гамму. Мать, похоже, была в восторге от того, что Лиза склоняется к «белому как мел». На мой вкус, это было чем-то вроде мелового круга, которым обводят труп на месте преступления, однако делиться своими ассоциациями я не стала. Но в любом случае лучше, нежели предыдущий вариант — мох и тыква, что на простом человеческом языке означает «зеленый» и «оранжевый».
Нашу встречу завершил воздушный поцелуй и предложение мамочки отвести меня к ее парикмахеру, пока — это были ее слова — медные пряди волос все еще в моде.
Черт, облом, я забыла прихватить с собой печенье. Обычно после подобных встреч я восстанавливаю самооценку бокалом вина или покупками в интернет-магазинах. Из-за негодяя по кличке AfterAll я не спешила вернуться домой, чтобы поскорее сесть за ноутбук. Наиболее достойной альтернативой мне показалось посещение гипермаркета «Гарденс молл».
Деньги у меня имелись, к тому же я еще не успела оценить новинки от «МАКа» и «Сефоры». Воскресенье — лучший день для посещения дорогих магазинов, но апрель — самый паршивый месяц в том, что касается распродаж. Вручив несколько долларов и ключи от машины служащему, — да-да, здесь вашу машину ставят на стоянку за вас! — я решила, что после встречи с матерью и той работы, которой мне пришлось заниматься в последние дни, я заслужила право растранжирить небольшую сумму.
В «Гарденс молл» обосновались такие фирменные магазины, как «Нордстром», «Мейсиз», «Лорд энд Тейлор», «Блумингдейл» и «Сиэрс». Я не стала бы возражать, если бы из него убрали «Сиэрс» и заменили его «Нейманом». Сомневаюсь, что в будущем мне могут понадобиться инструменты для дома, однако никто не спросил моего мнения.
Интерьер был рассчитан на любителей открытых пространств — огромная застекленная крыша, многочисленные фонтаны и растения в кадках. На Рождество здесь включают специальную машину, из которой на головы покупателей падают искусственные снежинки.
Ввиду приближающейся Пасхи интерьер был выдержан в пастельных тонах, а среди растений разложены хрупкие пасхальные яйца. Я бродила от магазина к магазину, ощущая, как на меня, одна за другой, накатываются волны ароматов — шоколада, пены для ванны, духов. Обычно я обхожу стороной парфюмерные отделы. Терпеть не могу коварную тактику тамошних продавцов — сначала они опрыскивают вас без вашего разрешения духами, а затем спрашивают, что вам нужно.
Когда я на эскалаторе поднялась на второй этаж, руки мои по-прежнему были пусты. Никаких пакетов с покупками. Что на меня не похоже. Витрины оставляли меня безучастной. Ничего, может, что-то и зацепит мое внимание. А не зайти ли мне в «Тиффани», чтобы еще раз полюбоваться колечком, на которое я уже давно положила глаз? И пусть это лишь маркетинговая уловка, зато срабатывает она безотказно. Тот, кто первым додумался назвать кольцо для помолвки «кольцом на правую руку», заслужил премию. Понимаю, это маленькая торговая хитрость, зато благодаря ей я теперь имею полное право с вожделением посматривать на кольцо. Ведь для его покупки не требуется такой вещи, как наличие жениха.
Единственная преграда, разделяющая меня и заветное колечко, — цена в тринадцать тысяч долларов, что вовсе не мешает мне насладиться ритуалом покупки: вот продавец вынимает его из коробочки, выкладывает на черный бархат и позволяет надеть на палец.
Ничто так не радует душу, как круглый бриллиант в 1,7 карата. Вытянув руку, я несколько минут любуюсь восхитительным кольцом, после чего со вздохом снимаю с пальца и возвращаю продавцу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
