– Это печать Роузморов. Наверное, оно от Джейн.
От Джейн? Вряд ли. Люси с любопытством отметила, что письмо написано почерком Колина. Она быстро сломала печать и открыла конверт, в то время как Николас поспешил в кабинет за отцом.
Люси быстро пробежала глазами письмо, и страшные слова словно ножом полоснули ее по сердцу, ноги ее ослабли, и со вздохом отчаяния она опустилась на диван.
– Люси, что случилось? – Агата поспешно подошла к племяннице.
– Генри. Лорд Мэндвилл. Колин пишет, что он ранен, и, возможно, смертельно.
– О Боже! Кажется, я падаю в обморок...
– Пожалуйста, тетя, только не сейчас, – умоляюще произнесла Люси.
Агата кивнула и прикрыла глаза, но Люси видела, как жадно она глотала воздух. Наконец старушка успокоилась и произнесла тихим голосом:
– Боже мой, а Колин пишет, как это произошло?
Люси быстро пробежала письмо глазами.
– Маркиз возвращался из Холлоусбриджа, когда на почтовый экипаж напали разбойники и... Господи! – Письмо выпало из ее рук. – Его ранили, и рана загноилась, так что его родные не уверены, что он выживет...
Люси поднялась с дивана.
– Я должна немедленно ехать к нему, – прошептала она.
– Да, конечно. – Агата кивнула. – Я сейчас же помогу тебе собрать вещи.
Глава 22
Прошло целых три дня, пока Люси наконец доехала до Эссекса. Лил сильный дождь, и экипаж, в котором, кроме нее, находились сопровождавшие ее Роузморы, ехал не так быстро, как ей хотелось бы. Но вот наконец Люси увидела желтые стены Ковингтон-Холла.
– Колин, скажи, чтобы поспешили открывать.
Не дождавшись ответа, Люси выпрыгнула из экипажа, подбежала к входной двери и начала яростно стучать в нее. Казалось, прошло неимоверно много времени, прежде чем дверь наконец отворилась.
Лакей хмуро посмотрел на приехавших:
– Добрый день, мистер Роузмор! Мисс Роузмор, полагаю, вы слышали о несчастье, которое произошло с хозяином...
– Добрый день, Чедвик. Да, мы знаем. Каков прогноз?
– Боюсь, сэр, все довольно печально. Заражение берет свое... У него лихорадка, и выглядит он отнюдь не здоровым.
– Я должна видеть его, – прошептала Люси, схватившись за руку Джейн, чтобы не упасть.
Чедвик посмотрел на нее и нахмурил брови.
– Чедвик, это мисс Аббингтон, близкая подруга моей семьи, – представил Люси Колин, – и лорда Мэндвилла тоже. Я уверен, он желал бы видеть ее, если это возможно.
Прежде чем поклониться, Чедвик внимательно осмотрел Люси.
– Разумеется, мисс, я спрошу, а пока проходите и садитесь.
Лакей проводил Люси и остальных приехавших в гостиную и исчез.
– Лорд Мэндвилл – сильный мужчина, Люси, – принялся успокаивать ее Колин, – если кто и может пережить подобное, так это он.
Люси прикрыла глаза.
– А если кто и виноват, так это я. Ах, если бы я не отказала ему! Я никогда себя не прощу, если он...
– Даже не думай об этом, – перебила ее Джейн, – ты должна верить, что он поправится. И это вовсе не твоя вина...
– Без сомнения, это лишь ее вина! Все трое оглянулись – леди Мэндвилл с далеко не дружелюбным видом стояла на пороге комнаты.
– Мой единственный сын при смерти лежит наверху, и лишь она в этом виновата.
– Да как вы смеете? – Джейн положила руку на плечо Люси.
– Как посмела она прийти сюда! Мисс Аббингтон, я прошу вас удалиться. Генри ясно дал понять, что не желает видеть вас – никогда. Ваше присутствие здесь нежелательно, и, надеюсь, больше вы нас не побеспокоите.
– Так он знает, что я здесь? – спросила Люси дрожащим голосом.
– Разумеется, и поэтому попросил меня немедленно выставить вас за дверь. Еще раз попрошу вас больше его не беспокоить. – Леди Мэндвилл повернулась и, гордо подняв голову, удалилась.
– Значит, это правда. – Леди Уортингтон поспешно вошла в комнату; она была мертвенно-бледна, глаза ее опухли от слез. – Чедвик сказал, что приехала мисс Аббингтон, но я ему не поверила. – Она подбежала к Люси и порывисто взяла ее за руку. – Мистер Роузмор, мисс Роузмор. – Она вежливо кивнула Колину и Джейн и снова повернулась к Люси: – Что бы ни наговорила моя мать, надеюсь, вы понимаете, что она говорит сама с собой.
– Она сказала, что Генри не хочет меня видеть, – пролепетала Люси.
– Смело можете этому не верить, мисс Аббингтон, так как мой брат не приходит в сознание уже третий день.
Не в силах больше сдерживать слезы, Люси закрыла лицо руками.
– Пожалуйста, скажите, что он будет жить!
– Я бы хотела, но... Его состояние действительно очень плачевно, однако я не теряю надежды: Генри – сильный человек, и я не верю, что он так легко сдастся. Я бы провела вас к нему, но тогда придется проходить мимо матери. Это ее дом, и, боюсь, я не имею права... – Леди Уортингтон покачала головой.
Люси молча кивнула. Господи, неужели в самом деле все так плохо? Илиледи Уортингтон просто хочет быть любезной и не говорит, что Генри отослал ее? Каков бы ни был ответ – ничего хорошего он Люси не сулил.
– Вы остановились в Гленфилде?
– Да, – ответил за нее Колин, – Люси пока поживет с нами.
– Я сделаю все, что в моих силах, мисс Аббингтон, чтобы вы увиделись с моим братом, но не могу ничего обещать. Дайте мне несколько дней. – Леди Уортингтон обняла Люси за плечи. – Знаю, он непременно захочет увидеться с вами, и я сразу же пришлю за вами, как только будут какие-нибудь изменения.
– Благодарю вас... – Глаза Люси словно застелила пелена. Она не могла видеть его, не могла трогать, целовать, сказать, как она была не права, не позволив ему встретиться с ней. Она даже не знала, сможет ли все это выдержать. Тем не менее ей ничего не оставалось, как только вернуться в Гленфилд и ждать новостей.
– Мистер Роузмор, мисс Роузмор, спасибо, что пришли и привели мисс Аббингтон. Ваша дружба очень дорога мне, особенно в такие тяжелые времена. – Элеанор наклонилась к Колину и шепнула: – Пожалуйста, позаботьтесь о ней – сейчас Люси нуждается в вас обоих как никогда. – С этими словами леди Уортингтон удалилась, оставив после себя лишь легкий след лимонного запаха.
– Люси... Люси... – Генри помотал головой из стороны в сторону. Где же Элеанор? Он попытался открыть глаза, но веки будто налились свинцом.
– Тише, тише, – прошептал знакомый голос, и чья-то рука нежно погладила его лоб.
Генри вновь попытался открыть глаза, ему казалось, что все его тело пылает.
Черт возьми, что здесь делает его мать?
На него вновь нахлынули воспоминания. Он приехал в Ноттингемшир и хотел встретиться с Люси, но она не приняла его. Тогда он поехал обратно в почтовом экипаже и вдруг услышал пронзительные крики. Затем он дрался с несколькими мужчинами в масках, которых оказалось слишком много для него одного. Потом он почувствовал, как острое холодное лезвие входит в его тело, разрывая кожу и мышцы... Больше он ничего не помнил.
