кому-то пишет, и у меня подкрадывается ком к горлу.
— Ты чего?
— Ничего… — сижу рядом в гостиной. На диване. И смотрю на неё неотрывно. Будто безмолвно выпрашивая ответа, который хочу слышать.
— Наташа просто… Спрашивает про Лёшу… Мы скоро пойдём спать?
— Мы?
— Ну да… Я думала… А ты не хочешь?
— А ты… — спрашиваю, глядя на неё взволнованно. Я чуть от тех поцелуев в машине не сдох, если честно. Тяга просто сумасшедшая. Думал схаваю её. Да и она даже не сопротивлялась. Стонала и дышала в мой рот, словно только и ждала, когда же у нас всё случится. Я еле затормозил снова… Сам не знаю почему.
— Я… Мне понравилось…
— Ладно, если понравилось, то хочу, конечно… Я только позвоню, ладно? Мне надо… — предупреждаю её, и она кивает, отпуская меня. После чего достаю сигарету и иду к своей машине на улицу. Подальше оттуда, чтобы она не услышала разговора… Хотя и звонить совсем не хочу…
— Привет…
— Привет, Ник. Что-то случилось?
— Нет… Мам… Я хотел спросить… Про её отца…
— Ник, ты скинул Эльвире на компьютер всё, что надо?
— Я скинул…
— А Женя не видела?
— Нет… Она цветы ставила тогда. Точно была внизу…
— Ну и всё тогда. Дальше не переживай. Уверена, что рыбка увидит и не проплывёт мимо…
— Допустим… Даже если… Отец же не поверит, что она ни с того, ни с сего начала с ним общаться… Он же с ней постоянно.
— Ты в голову не бери лишнего, хорошо? Он уезжает сейчас… И у меня будут фотографии. Мы её выманим… Всё будет хорошо. Нужно будет только потом с ним рассчитаться. Не с моего счёта. Придумаем…
— Ладно… Я понял тебя… Договорились.
— И Ник…
— Что?
— На всякий случай… Мне нужны будут Женины фотографии… Ты понимаешь, да? Потому что всё может пойти не по плану… Не буду уточнять какого характера. Ты понял… — говорит она, заставив напрячься и ненароком сломать сигарету в руке.
— Понял, — отвечаю еле слышно. Но для себя самого звучит как пушечный залп, если честно.
— Ну и чудно. Дорогой мой… Мы избавимся от этой семейки раз и навсегда… И я вернусь к твоему отцу. К тебе… Будем жить вместе, как раньше. Ты же хочешь этого?
— Хочу…
— Хорошо. Беги тогда… Я на связи. Если что, можешь всегда писать мне и звонить, дорогой…
— Ладно, — она сбрасывает, а я ещё минуту пялюсь на пустой экран. Внутри такой раздрай, что словами не передать. А ещё ведь идти к ней… Ещё смотреть в глаза… Я, блядь, уже жалею, что ввязался в это, как бы ненавидел по началу…
Поднимаюсь наверх и иду мимо её комнаты к себе, а она открывает дверь и зовёт меня.
— Ник… Ты не придёшь?
— Приду… Душ приму только. Ладно?
— Угу, я тоже… Пойду на первый этаж тогда…
— Хорошо, — отвечаю ей, а сам не ухожу даже. Всё… Опять заколдовала своими омутами. Буквально тянет сетями, словно я уже попался… Никуда мне не деться…
— Пожалуйста, не грусти, — подаётся вперёд и врезается в мою кофту носом, обхватив за спину.
— Жень… Я не грущу… Правда…
— Мне становится плохо, когда ты такой…
— Я уже понял, но всё хорошо, правда. Смотри, — наигранно улыбаюсь, а она смотрит на меня и мотает головой.
— Нет… Я всё чувствую. Тебе не спрятаться.
— Ага… Детектор ты мой. Я правда сейчас приду… Если ты, конечно, не хочешь пойти мыться со мной, — улыбаюсь уже по-настоящему, но она тут же качает головой.
— Нет. Это точно нет…
— Ну всё тогда… Разбредаемся… — целую её в лоб. — Скоро приду, малыш.
— Ладно… Значит, у меня будем?
— Давай у тебя… Как хочешь.
— Хорошо… Я пока помоюсь и вещи на завтра приготовлю. В универ.
— Да, я тоже…
Отпуская её, ощущаю себя нереальным гондоном. Я как бы понимаю, что её мать должна за всё ответить. Только то, что я делаю с ней уже не кажется мне таким беззаботным. Наоборот почему-то… Всё становится хуже и хуже… И я к ней прикипаю, и она ко мне. Пора бы уже действовать, пока не влип окончательно.
Ухожу к себе, быстро беру шмотки и тащусь в ванную. Для себя решаю, что чем быстрее всё случится, тем лучше и проще у меня внутри всё это заживёт… И похер мне. В полной семье с мамой… Раны затянутся, будто их и не было.
Переодеваюсь и иду к своей. Когда захожу она сидит за столом и расчёсывает свои влажные после душа волосы, глядя на меня через зеркало.
— Я не вовремя или норм?
— Нормально. Заходи…
Уже отвык от этой комнаты, если честно. Тут странные эмоции… Особенно после того, как видел её голой…
Ухмыляюсь и иду сесть поближе. На кровать. Встречаясь с ней взглядами, смотрю как она готовится ко сну.
— Я в полотенце…
— И?
— И тебе придётся отвернуться, чтобы я могла переодеться…
— Ты должна знать, наверное, что отворачиваться я не хочу.
— Мало ли чего ты не хочешь, — смеётся она. — Придётся…
— Те два раза… Блядь, я их из головы не могу выбросить… Ты красивая. Очень.
— М-м-м, — издаёт она еле слышно. — Два… Значит ты и в первый раз что-то…
— Немного. Да… Мне понравилось…
— Ужасно…
— Помнишь, как мы тискались в тот день на кровати? — ухмыляюсь, и она вздыхает, хихикнув.
— Это было больше похоже на экзекуцию, а не на тисканья…
— Я этого и добивался на самом деле…
— Понятно. Изверг…
— Хах, — выдаю, развалившись на кровати и вытянувшись, а она встаёт со стула и идёт ко мне… Встаёт…
Прямо напротив. Между моих ног, которые всё ещё на полу… И я тут же чуть приподнимаюсь на локтях. Рассматривая её, моментально вспыхиваю… Потому что улавливаю что-то во взгляде. Какую-то близость. Соблазнение… Эмоциональную обоюдную зависимость.
Поднимаю корпус и обхватываю за ноги, двигая её настолько близко, как возможно. И она вся дрожит передо мной… Не могу сказать, что мне это не нравится. Пиздец. Конечно, нравится… Я в круговерти собственных фантазий.
— Снимай… — выдыхаю, дёрнув за полотенце, и оно сползает по её невинной коже вниз…
Глава 42
Евгения Хомова
Я просто думала об этом… Я не случайно осталась в полотенце. Мне хотелось его успокоить. Хотелось побыть с ним наедине в более непринуждённой обстановке и…
Я не планирую ему отдаваться. Просто очень хочу увидеть от него ту самую реакцию… Может узнать что-то другое о взаимоотношениях женщины и мужчины… Что-то что допустимо, наверное… А что для меня допустимо, не знаю…
Он даже смотрит так,
