физиологии человека, к тому же он владеет основами европейского массажа, так что обучение продвинулось необычайно далеко.
— Это прекрасно. Он не пытался соединиться с вами?
— Да, такое случалось. Но каждый раз инициаторами были мы. Следует отметить, что господин Мантейфель весьма изощрён в любовной игре, и каждый раз оказывался в положении господина и руководителя.
— Любопытно. Надо обдумать всё, что мы выяснили.
* * *
К вечеру четвёртого дня американский флот подошел к Панамскому каналу с севера, а с юго-востока приблизился очередной тропический циклон.
Сначала высоко в ясном небе появились тонкие перистые облака, потом надвинулись высокие перисто-кучевые, а за ними стеной пошли низкие, плотные кучевые облака. Ветер усилился, и теперь гнал волну, увенчанную белопенными барашками.
С утра Антон испросил аудиенцию у господина Абэ, и был немедленно принят.
— Наши планы не изменились, господин Абэ? — поинтересовался Антон. Он знал правду, но зачем раскрывать свои карты в сложной игре?
— Наши планы нисколько не изменились, господин Мантейфель. Американский флот приближается к Панамскому каналу, и, по нашим сведениям, готовится с ходу форсировать его.
— Что с погодой?
— С погодой полный порядок, в точном соответствии с прогнозом метеорологов надвигается мощный тропический циклон.
— Ваши пилоты готовы к вылету?
— Да, всё готово к вылету. Воспользовавшись дополнительным временем, мы сумели отремонтировать неисправности на двух наших самолётах, так что в налёте будут участвовать все пятьдесят.
— Великолепно! К вечеру я убываю, встречу ваши самолёты над каналом. Вы проинструктировали исполнителей об условных знаках?
— Разумеется. Сначала ваш оператор наводит самолёт голосом, а сигналом к сбросу является двойной щелчок в наушниках.
— Всё верно, господин Абэ. Примите уверения в моём к вам высочайшем уважении и разрешите откланяться.
Ночью Антон взял надувную лодку и отчалил на ней в море. Господину Абэ он объяснил, что в море его ожидает субмарина, на борту которой имеется складной самолёт. На этом самолёте он и встретит ударную группу.
Отойдя от берега на пару километров, за пределы видимости с постов наблюдения, Антон достал лебединое яйцо и положил его на воду. Лебедь очень быстро развернулся и заботливо опустил крыло, чтобы Антону было удобно взбираться в кабину. Короткий разбег, и огромная птица круто взмыла в небо, почти сразу исчезая в тучах, только на поверхности моря осталась лишь перевёрнутая маленькая резиновая лодка, которую куда-то понесло волнами и ветром. А ненужная уже радиостанция отправилась на дно.
В это же время с десятка коммерческих аэродромов, разбросанных по Колумбии, Эквадору, Гондурасу и Коста-Рике, один за другим тяжело взлетали тяжело груженые транспортные самолёты. Они не пытались встать в правильный строй или держать одинаковую высоту — напротив, подобное было пилотам строжайше запрещено, даже если они случайно встречались. Не нужно беспокоить операторов РЛС, внимательно наблюдающих за небом над каналом. Циклон циклоном, но всегда есть риск, что, получив прямой приказ командования, какой-нибудь пилот истребителя не побоится взлететь во время начинающейся бури, и тогда безоружным транспортникам придёт конец. Не всем, но многим. А если среди истребителей таких смельчаков окажется с десяток, то у нападающих вообще не будет шансов.
Вскоре на связь с пилотами вышли операторы наведения, и повели каждого к его индивидуальной цели. Антону было нетрудно имитировать несколько разных голосов — нужно же дезинформировать случайного союзника.
В это время внизу продолжалась начатая несколько часов назад, операция по проводке американского флота через канал. Первым, под начавшимся плотным дождём, в створ шлюза вошел флагман, линкор «Северная Каролина». Резкие порывы ветра не мешают: корабль крепко взят на швартовы концы и его ведут мулы — так называют специальные локомотивы, чьи пути проложены по обеим сторонам канала. Мулы не тащат корабль, он идёт за счёт собственного двигателей и винтов. Мулы просто удерживают корабль, не давая ему навалиться бортом на стенку канала или ворота шлюза. Следом за линкором пошел авианосец «Йорктаун», третьим двинулся линкор «Западная Вирджиния». Остальные корабли и суда пока ожидали своей очереди. Но когда «Северная Каролина» прошла три четверти озера Гатун, начались грозные события. С неба, из-за мощного слоя дождевых послышался гул моторов многочисленных тяжёлых самолётов, и на сооружения канала стали падать бомбы чудовищных калибров. Капитан, стоящий на мостике рядом с лоцманом отчётливо видел, как бетонная стена и гигантские ворота шлюза, к которому они шли, вдруг исчезли в ослепительной вспышке циклопического взрыва. Затем такие же взрывы произошли дальше, там, где находились створы других сооружений. Вода озера хлынула в образовавшуюся брешь, и понесла с собой всё, что находилось в ней или на ней. Даже гигантская туша самого сложного и тяжёлого плавающего сооружения на Земле, для воды ничем не отличается от простого бревна: спустя короткое время и линейный корабль понесло к месту, где совсем недавно был шлюз.
Командир отреагировал мгновенно:
— Задний ход! Самый полный задний ход! — пролаял он команду — Рулевой, руль направо! Мы не должны попасть в проран!
— Что происходит, дьявол вас всех подери! — крикнул адмирал Нимитц, командующий новым Тихоокеанским флотом.
— Господин адмирал, сэр, взорван шлюз, течением нас несёт в проран.
— Я уже понял и молюсь богу, поскольку больше ничего сделать невозможно. — хладнокровно ответил адмирал. И сразу отдал команду связисту — Боевая тревога всем кораблям флота. Усилить наблюдение за воздухом и за морем. Огонь открывать без команды.
Могучий корабль, напичканный машинами, оружием и людьми, как щепку несло в огромную дыру, куда устремилась вода большого озера. Но вовремя отданная команда спасла линкор от самого страшного, и он вполне благополучно воткнулся носом в песчаную отмель. Все, кто находился на палубе и в рубке линкора видели, как бушующий вал, состоящий из воды, грязи, осколков бетона разного размера, обломков конструкций, помчался куда-то под уклон, и уровень воды в озере стал стремительно падать.
Авианосцу повезло значительно меньше: удар водяного вала застал его во время поворота, и пришелся в борт. Корабль понесло на отмель и бросило на неё, завалило набок, отчего корпус застыл под углом почти сорок пять градусов. Огромная удача, что не вспыхнуло топливо, обильно текущее из изуродованных самолётов, ссыпавшихся по наклонной палубе ангара вниз, где они и образовали гигантский завал. Самолёты, стоявшие на полётной палубе, повалились за борт.
«Западная Вирджиния» переходила из одного шлюза в другой, когда в ворота выше по склону, воткнулась чудовищная пятитонная бомба. Ударной волной сорвало переднюю башню главного калибра и впечатало её в надстройку, расплющив и её, и всех, кто
