с болтливой соседкой. Но острые иголочки иногда вдруг больно кольнут прямо в сердце, трепыхнется серой куропаткой растревоженная душа, забьются в голове, как синицы в клетке, неприятные мысли, и белый туман проплывет перед погрустневшими зелеными глазами.
Однажды в магазине, где работала Лена, с утра погас свет и всех продавцов распустили по домам. Молодая женщина с трепетом спешила к своему любимому, думая: «Вот будет сюрприз Петруше!» — представляла, как окажется в крепких мужских объятьях и окунется с ним в море любви. Счастье было так близко и так желанно!
Но, подойдя к своему подъезду, Лена увидела невероятную картину и оцепенела от ужаса, не веря своим глазам! Ее ненаглядный Петя сидел на лавочке и держал в объятьях ее школьную подругу Клавку Кудрявцеву. Муж страстно целовал в губы легкомысленную подружку, крепко прижимая к себе пухленькое тело, и при этом воровато шарил руками под крепдешиновой блузкой.
Электрическим током пронзило мозг женщины, обманутой коварным мужем, раненое сердце заныло нестерпимой болью и тоской, как будто в него вбили гвоздик. Тело сделалось ватным, как парализованное, а в ясных зеленых глазах появились слезы отчаяния. «Какой предатель! Какой мерзавец! Как он может?» — проносились в голове мысли внезапно накатившего гнева.
Однако Лена сумела взять себя в руки. Медленным шагом подошла к целовавшимся и решительно тронула мужа за плечо: «Петя, пошли домой».
Фокин оторвался от губ и грудей любовницы и как ошпаренный вскочил со скамейки. Увидев жену, он мгновенно понял, в какую неприятную и нелепую ситуацию попал. Пойманный с поличным изменник пытался что-то сказать в свое оправдание, но, шокированный неожиданным появлением супруги, только мычал, как ненагулявшийся бык, да крутил головой с выпученными глазами. Зрачки изменника воровато и блудливо бегали из стороны в сторону, как бегают глаза у кошки в настенных часах.
Разлучница Клавдия, стыдливо закрыв лицо руками, молча вскочила с лавочки и убежала прочь с глаз долой.
Лена тихо произнесла: «Пойдем домой. Там поговорим».
Она прошла в подъезд дома и стала подниматься по ступенькам, а Петя с видом нашкодившей собаки поплелся вслед за женой.
Войдя в квартиру, Лена разулась и прошла на кухню, где стала молча готовить ужин. Петя вновь пытался оправдываться избитыми глупыми фразами:
— Лена, ты не так все поняла. У нас с Клавкой ничего не было. Я немного выпил с друзьями после смены, шел домой. Вижу — на лавочке эта стерва сидит, глазки мне строит. Подсел к ней. Ну, бес меня и попутал... Ну и... Ты видела...
— Почему это Клава — стерва? Как целовать и щупать, где не положено, не стерва? Ладно, Петя. Забудем об этом. Будем считать, что произошло недоразумение. Садись, вот яичница.
— Какая, к черту, яичница? Не хочу я есть, — ответил Фокин, обхватив голову руками. На глаза наворачивались слезы. — Что я, дурак, наделал? Что натворил? И что мне теперь делать? — простонал он.
Пока Петр измученным голосом клял себя за содеянное, Лена прошла в спальню. На лице женщины застыла печать отрешенности и решительности. Она достала из шкафа небольшой футляр, отделанный черным бархатом, и резким движением руки вытащила из него опасную бритву, которую нервно сунула к себе под подушку. Женщина задумала нечто страшное и ужасное. В голове обманутой фурии билась лишь одна мысль: «Тебе, подлец, за измену прощенья не будет. Я тебе покажу, на что я способна. Будешь теперь всю жизнь мучиться. Запомнишь, голубчик, как с бабами любовничать!»
«От любви до ненависти один шаг», — сказал один мудрый человек. Оскорбленная и униженная женщина из небесного ангела в любой момент может превратиться в злобную мегеру, способную на непредсказуемые страшные и жестокие поступки. По своей натуре женщины непостоянны, коварны и «склонны к измене», как поется в известной песне. Но измену любимого человека они воспринимают очень болезненно, и месть обманутой дамы может быть беспредельной, а порой дикой до варварства. В гневе женщина может превратиться в разъяренную раненую тигрицу, способную разорвать обидчика на мелкие клочья.
Лена разделась, сняв с себя и нижнее белье. Торопливо легла в кровать и накрылась легким одеялом. Нервный озноб бил женщину, внутри все сжималось от душевной боли и терзаний ревности, но внешне она пыталась казаться спокойной.
— Петя, иди ко мне. Ложись, милый, рядом, — ласково позвала Фокина неверного супруга.
— Лена, ты простила меня? Я люблю только тебя, милая моя Синичка, — сладострастно проговорил горемыка-муж, торопливо снимая с себя одежду. Потом он быстрым угрем скользнул под одеяло под теплый бок жены, нежно обнял ее и поцеловал в губы.
— Возьми меня, хороший мой! — призывно прошептала Лена и обвила руками шею супруга.
Петя возбудился при виде прекрасного обнаженного тела любимой женщины. Естество его напряглось, затвердело, как твердокопченая колбаса, налилось кровавой страстью и встало на исходную позицию. Партнер, дрожа от нетерпения, собрался овладеть партнершей. Лена левой рукой взяла напрягшуюся плоть, быстрым движением правой руки выхватила из-под подушки острую бритву и одним махом под самый корешок отсекла мужское естество блудного мужа.
Кровь фонтаном хлестанула из страшной раны. Петя дико закричал от нестерпимой боли и инстинктивно зажал остатки фаллоса правой рукой, но алая жидкость безостановочно струилась на белую простыню, заливая ее все больше и больше.
Злодейка, зажав в руке отрезанный половой член, подбежала к окну и с остервенением вышвырнула мужское достоинство супруга в форточку. Петя в это время корчился от невыносимых мук на кровати. Лена, очнувшись от своих переживаний, поняла, что раненый может и концы отдать. Она подбежала к телефону, вызвала «скорую помощь» и позвонила в милицию.
«Скорая помощь» подъехала на удивление быстро. Петра увезли в больницу.
Глава 4. Поиски
На место происшествия собрался выехать начальник следственного отделения капитан милиции Хахалев Борис Николаевич. «Где взять понятых?» — возник резонный вопрос. Как назло, в коридоре районного отдела внутренних дел было необычно пусто, лишь две старухи ждали, когда их примет начальник и ехидно перемывали кому-то косточки. «Не старух же брать с собой, — подумал шеф следователей, — да и посторонних брать нежелательно. Дело-то необычное. А ехать нужно немедленно. Что делать?»
Вдруг очень кстати он увидел, что около кабинета замполита крутятся Зина и Нина, две молодые практикантки из Волгоградской высшей следственной школы. Они на службу опоздали и ничего не знали о случившемся ЧП. «Возьму с собой бездельниц, им и не такое придется увидеть в будущей работе, пусть привыкают», — рассудил Хахалев, поманил девушек рукой и громко произнес:
— Поехали, девчата!
— Куда?
— На кудыкину гору... Место происшествия осматривать! Вот куда. Членовредительство...
— О, это
