Честно говоря, посещение читального зала библиотеки потрясло его только тем, что время здесь улетало стремительными темпами. Гораздо удобнее, казалось ему, искать книги в виртуальных библиотеках, при желании распечатывать, и читать дома, в уютной обстановке. А чаще вообще не распечатывать, а войти с виртуальным экраном и получить интерактивную книгу с объёмными иллюстрациями, голосовым сопровождением и музыкальным оформлением. Но зато он теперь точно знает, как читают книги в библиотечных читальных залах.
Затем Алекс сходил пообедать в институтскую столовую. Борщ и котлеты с пюре, его вполне устроили. Затем он два часа гулял по городу, немного продрог под сырым осенним ветром. Пришёл домой, принял горячую ванну. После лёг вздремнуть, и проспал почти до условленного с Корчмарём срока — десяти часов вечера местного времени и семи вечера Островного.
Он умылся со сна. Поужинал, съев один окорочок и вяло, поковыряв макароны. Убрал на кухне, взял баночку кваса, и направился к компьютеру. Удобно устроившись в кресле, надел обруч, перчатки, хлебнул кваску, и вышел в образе дрона, в мастерской Корчмаря.
Фары-лампы были выключены, Корчмарь был весьма экономный хозяином. Но, благодаря инфравидению, Алекс, всё прекрасно обозревал, хоть и в чёрно-белом цвете. Дверь была полуприкрыта, но индикатор связи горел таким ровным зелёным свечением, что было неясно, толи переносной ретранслятор включен, толи это хвалёная чувствительность приёмника так проявляется. Со двора доносились мощные взрыкивания хозяина:
— Всё! Хватит баловаться! А ну, марш по домам, огольцы, уроки учить! Не приведи бог, увижу в дневниках тройки с двойками — сразу на распыл пущу! Завтра будем устройство ходовой части разбирать, завтра. А сейчас, брысь! Дронов здесь бросайте, я сам всё приберу. Ну! Аррр-рххы-ы-уарр!
Пожалуй, даже тигр испугался бы такого, громогласного рыка. Наверное, в Фактории слышали сейчас, и изумлялись — что за неведомый зверь разбуянился, на ночь глядя?
Ребята завопили и, судя по пропадающим звукам, отключились. Алекс не стал выходить наружу, до тех пор, пока не удостоверился, что они ушли по домам. Наконец, когда стало ясно, что Корчмарь один, Алекс, открыв дверь, показался на площадке перед Карчмой.
— Ну, что, голубь, давно ожидаешь? — спросил Корчмарь. Он стоял, прислонясь к опоре столба, на котором висел, под железным абажуром, яркий фонарь, освещающий двор.
— Да, нет, не очень. Ну, что, закончил настройку?
— А ты сам, не чувствуешь ничего?
— Н-нет, ничего необычного.
— Вот и славно. Когда ничего не чувствуешь, значит, у тебя ничего не болит и ты здоров. Ну-ка, глянь на передок корпуса…
Алекс опустил глаза. В передней части из боков корпуса неприметно выступали две аккуратные, рубчатые прорезиненные рукоятки.
— Это что, ручки для переноски?
— А ты потяни.
Алекс осторожно потянул, сначала одну ручку, а затем, сообразив, и вторую — и из корпуса плашмя, плавно вышли два обоюдоострых меча, с сияющими в свете фонаря лезвиями, почти двадцатисантиметровой длины, и шириной сантиметра три.
— Булат. Сталь режет. Осторожно маши.
Алекс осторожно взмахнул. Сначала одним, а затем вторым. Навыка работы с мечами у него не было.
— Э-э…,- сказал Корчмарь, — не умеешь, ни хрена. И учить некогда. В общем, ладно, если, до драки дойдёт, сообразишь, как рубать. Ты парень шустрый.
— А не сильно… круто будет — два таких меча?
— Что-то мне подсказывает, что в самый раз. Тем более что, не я это придумал. Я это у одного долдона подсмотрел. Недавно. В общем, хм…, в самый раз будет, против таких вот долдонов. Плохо, что ты во владении мечами — ни уха, ни рыла. Так что, когда пойдёшь, по дороге учись. Можешь вон, на крысах у Третьего Бастиона потренироваться.
— Ну, крыс-то я бивал. Правда, у меня острога была самодельная…
— Ну-у! То острога, а то меч. Тем более два. Тут, при сноровке, да двумя мечами, и лису в капусту изрубить можно, не то что крысу.
— Или Воблу…
— Да причём тут вобла, оболтус! Это же благородное оружие! А не тесак кухонный, — обиделся Корчмарь.
— Нет, нет, простите… прости, то есть. Вобла это один из «головоглазов». Кличка такая.
— А…, ну, тогда… Воблу, да, можно. Только жалко — сколько запчастей зря пропадёт. Это ты только в крайнем случае. Лучше уж ко мне его направь, я с ним без мечей побеседую.
«Ага, подумал Алекс, а то он так и пойдёт. Дурак он, в твои лапы попадать. Лучше уж под мечи».
Сплошная облачность, что маячила на горизонте накануне, наконец, закрыла весь небосклон. Стояли серые сумерки, выкрашенные тенью от яркого фонаря в непроницаемо чёрный цвет.
— Что, уходишь? — неловко спросил Корчмарь.
— Ага. Пойду, потихоньку, — с натягом сказал Алекс.
— Ну, ты смотри, не очень-то светись, с моими цацками… По пустякам не машись. Не обнажай в тавернах…
— Да, ладно, что я, маленький.
— С кем сравнивать, так и великан маленьким окажется. Не считай себя суперменом, и реально оценивай свои силы.
— Ты знаешь, Корчмарь, ещё ни разу такого не было, чтобы я не вернулся.
— Сплюнь, дурак! Всё, иди, давай. Долгие проводы — лишние слёзы. И, что бы, после своих разборок, сюда, как штык! Я с твоими молокососами, один возиться не собираюсь!
Алекс медленно всунул мечи в ножны внутри тела, проверил, зафиксировались ли они в таком положении, не бренчат ли. Оказалось, что да, зафиксировались, не бренчат. Повернулся к Корчмарю, поднял вверх, согнутую в локтевом суставе, правую руку, и сказал с пафосом:
— «Аве, Цезарь! Идущие на смерть, тебя приветствуют!».
— Обормот, — сказал тот, дрогнувшим голосом, — иди уже, гладиатор.
И Алекс, прыжком исчез в черноте провала, ограничивающего вытоптанную и благоустроенную площадку у Карчмы.
Алекс унёсся, а Корчмарь постоял некоторое время неподвижно, глядя в то место темноты, где тот исчез. Затем молча, повернулся и вошел в хибару, прикрыв за собой дверь. Спустя некоторое время фонарь во дворе погас, а затем погасли и круглые иллюминаторы Карчмы. Остались гореть лишь красные огни защиты от летательных аппаратов на высокой, решетчатой башенке узлового ретранслятора островной сети дронов.
А Алекс тем временем постигал истину, что ничего идеального не бывает. Кувыркнувшись с налёту через не замеченный на большой скорости пенёк, он теперь трусил медленной иноходью, изо всех сил таращась в серую тьму, своими инфравизорными гляделками. Всё-таки инфракрасное видение не было полноценной заменой дневному — слишком всё было серым и плоским. Приходилось с удвоенным вниманием всматриваться в чёрно-белую фотографическую картинку, смазывающуюся при резком движении, чтобы не налететь ни на что и не потерять направления. А направлялся он сейчас к заливу, на берегу которого стояла Среднеземная Фактория. К тому месту, где в залив впадал ручей Гремучая Змея. Далее он намеревался по тропе, идущей вдоль левого берега ручья, добраться до поворота на Третий Бастион, а оттуда прямиком до сталкерской деревни под названием Шухарт. Так выходило значительно короче, хотя обычно он ходил через парковку PM20, или через саму Факторию. Но сегодня он был в крутом дроне, и море ему было как раз по колено.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
