нее будут входить такие районы, то я найму гида получше, – усмехнулась та, опершись о стену рукой, которую в следующую же секунду брезгливо отдернула.
– Очень зря. Я знаю все переулки и темные уголки города. С ними и мантия-невидимка не нужна. – Он оглянулся по сторонам и уверенно направился к развилке, сворачивая в наиболее темный проход и приказывая на ходу: – Доложите ситуацию.
Доселе сдержанно молчавший Арт вдруг выпалил на одном дыхании:
– А ситуация такова, что за нами следил один из Предвестников, остановившихся в отеле!
Раздраженно сверкнув глазами на столь неуважительно обращение, он рыкнул:
– Еще раз услышу такое в свой адрес на задании, будешь отбывать наказание.
– И какое же? – ехидно сощурился тот, не желая принимать поражение.
– Ты действительно хочешь знать? – Тихий голос, опустившийся на пару тонов, пробрал до мурашек, пресекая дальнейшие препирательства.
Елена непроизвольно отбежала на шаг в сторону и посмотрела на сосредоточенно глядевшего вперед парня, который в очередной раз удивлял ее столь резкой сменой эмоций. Она искренне поразилась тому, как пара слов и опасный тон изменили атмосферу вокруг, хотя он не удостоил Арта и взглядом. Не желая быть первой, кто нарушит тишину, она бросила умоляющий взгляд на Кевина, который и без того собрался заговорить.
– Елена утверждает, что Блейк вел себя подозрительно: завел с ней разговор о тебе и не хотел уходить из ее номера. Потом она почувствовала слежку через окно с крыши соседнего здания, но никого не увидела. Когда мы все встретились на крыше, Арт заметил силуэт в паре десятков домов от нас, который тут же пропал. А через две минуты появился ты, – четко проговорил Кевин, тактично умолчав о том, как они безуспешно пытались дозвониться до лидера.
– Подозреваемые?
– Мы не смогли разглядеть особые приметы, поэтому нет.
Елена все-таки не могла не высказать свое мнение:
– Мне кажется, это Четвертый. Когда я проходила мимо его номера, то решила постучаться под предлогом обсуждения новой версии, но мне никто не ответил. Его там не было, – грозно нахмурившись, сказала она.
Резко сворачивая, да так, что девушка чуть не влетела в стену, Лукас тут же парировал:
– Это еще ничего не значит. Он мог быть где угодно. Вы не подумали о Предвестнике Смерти?
– Но как он мог узнать, что именно в это время мы будем на крыше отеля? – спросил Джек.
– Он освоил то, что никогда не удавалось постичь человечеству, а именно телепортацию. Ничто не мешало ему подождать нас около конторы, после чего проследить.
– Невозможно. Мы несколько раз проверяли, есть ли за нами хвост, но ничего не заметили, – заявил Джек.
Нулевой стиснул зубы, перебарывая стыд, и прохрипел:
– Даже я не могу расслышать его движений, а свое местоположение он скрывает заклинаниями.
– Но ты же можешь его почувствовать. Для нас он слишком силен, но для тебя это должно быть раз плюнуть.
– Не могу, – сдавленно ответил Лукас.
Уловив беспокойство, которое источали души друзей, он добавил, придав голосу уверенности:
– Но я найду, как его обойти. Не забивайте головы разной чепухой и сосредоточьтесь на своих обязанностях.
Елена, в душе которой после его слов потухающий огонь надежды полыхнул с новой силой, словно в него подкинули охапку сухого хвороста, огляделась по сторонам, подмечая, что местность вдруг показалась смутно знакомой.
Арт неожиданно накинулся на лидера:
– Зачем сюда? Нельзя пойти в другое место?
– Не трясись, это единственный безопасный вариант.
– Да толку от этого, если за нами хвост?!
– Успокойся. Если он и был, то давно затерялся в переулках. Ты думаешь, я просто так сворачивал каждые пару сотен метров? – сдержанно парировал Лукас, проглатывая подступивший к горлу гнев и ускоряя и без того быстрый бег так, что Девятая, которая находилась сбоку от него, очутилась в хвосте, едва поспевая за выносливыми парнями. Заметив это, Джек сбавил обороты, оказываясь рядом.
Вскоре они подлетели к дверям маленькой кофейни, в которой Елена с Лукасом сидели сегодня утром. Однако на сей раз воспользовались не главным входом, а обогнули здание и пробрались через окно.
Глава 26
Девушка была немало удивлена: шаблоны относительно внутреннего устройства этой милой кофейни с хрустом разломались в ее голове.
Темный грубый кабинет был заставлен коробками, из которых выглядывали картины, статуэтки, часы, различные предметы декора и украшения. Во мраке ночи бордовые шторы стали цвета запекшейся крови, гармонируя с обивкой огромного кресла на тяжелых ногах, поблескивавших золотым напылением на кончиках резных чешуек. Массивный стол, выполненный в таком же стиле, казался неподъемным и заполонил собой почти половину маленького помещения.
Тихо забравшись внутрь и постаравшись ничего не задеть, Елена чуть не задохнулась от прилива эмоций, когда увидела среди полотен край безумно знакомой картины.
Собрав все свое самообладание, она прошептала:
– Это что, Клод Моне? «Впечатление»? Ее же украли пару месяцев назад! Только не говорите, что это оригинал!
Звонкое молчание на долгие секунды затопило помещение.
– Почему вы молчите? – воскликнула она, чуть ли не срываясь на крик.
Арт растянул губы в улыбке, словно Чеширский Кот.
– Ты сама попросила не говорить.
– Твою мать…
– Ну-ну, моя мама, конечно, посодействовала, но не стоит хамить.
Челюсть девушки чуть не встретилась с полом, когда она, захлебываясь словами, проговорила:
– Так это твоя картина? – и, когда Арт кивнул, кинулась к нему и сжала его руки в своих. – Что мне сделать, чтобы ты дал мне с нее писать? Я душу готова продать!
Тот ошарашенно уставился на Девятую. Любой бы на ее месте осудил его, захотел бы заявить в полицию или же в крайнем случае начал остерегаться. Девушку же, напротив, волновало лишь само наличие шедевра искусства перед ней, но совсем не то, каким образом картина оказалась здесь.
Пару раз моргнув и быстро убрав руки, Арт сказал:
– Да сдалась мне твоя душа. Всего лишь пятьдесят миллионов долларов – и рисуй сколько угодно. – Однако он тут же исправился, увидев влажный блеск ее разочарованных голубых, как озера, глаз: – Да шучу я, шучу. Вот разберемся со всем – и пиши сколько захочешь.
Елена запрыгала от счастья, но тут же осеклась под убийственным взглядом Лукаса и сделала вид, словно ничего не произошло.
Едва протиснувшись между предметами искусства и мебелью, остальные проследовали на первый этаж, где отперли еще одну комнату – на сей раз паролем, – в которой нашелся длинный диван и пара кресел, будто украденные из Петергофа, прямиком из спальни Королевы Елизаветы.
Подождав, пока все присутствующие рассядутся и обратят на него свое внимание, Лукас молча положил перед ними телефон, на экране которого воспроизводилось
