Завтрашний день мог стать самым сложным в её жизни. Анна не представляла, как сможет встретиться с точной копией умершего отца. Она видела его угасающий взгляд несколько лет назад. Своей рукой закрыла пожелтевшие веки, рыдая в истерике. Помнила последние слова, последний вздох, самого любимого человека на свете. Почти год выходила из депрессии, потеряв десять килограмм веса. А теперь он оживёт как ни в чём небывало, а когда-то снова умрёт, второй раз разрывая её сердце. Блондинка тяжело вздохнула, прислушиваясь к ласковому, успокаивающему шёпоту, желая последовать совету, но не имея сил признать, что воспитавший её отец был чужим человеком.
— Ты права лишь в одном,— улыбнулась она,— я слишком тороплю события.
Аня вскинула руку, сжимая пальцами ножку несуществующего бокала, и выдала тост:
— Пусть король Фливерии живёт вечно!
Она, подскочила с кровати, отдохнув буквально минуту и пританцовывая, направилась по коридору, кружа вокруг себя уже настоящий, но пустой бокал, оставшийся на прикроватном столике с вечера, желая его наполнить.
Анна заскочила в гостиную, распевая известную песню Виктора Цоя:
— Мама–анархия! Папа–стакан портвейна! Мама…
Припев был прерван, а следом упал фужер, совершавший очередной виток вокруг невесты наследника престола Альбента.
Сам Матис стоял на пороге, а рядом с ним Ильта, быстрым движением запахнувшая тяжёлые двери в покои.
В комнате на некоторое время воцарилась мёртвая тишина. Колдунья попеременно глядела в побледневшие лица самых любимых воспитанников. Таким растерянным и ошарашенным принца она не видела никогда.
— Ты можешь спокойно ходить, нога не болит? — Удивление на лице жениха сменил гнев, он обернулся к колдунье.— Ты врала мне?
— Нет, что вы, ваше высочество…
Не успела оправдаться первая фрейлина, как он перевёл взор на стекло большими кусками блестящее на ковре.
— Ты обладаешь волшебством?— Принц сжал веки, осознав, что стоит за собственными словами, а разомкнув их, выдал вопрос как приговор.— Ты маг и не сможешь родить мне наследника в этом мире? — Чёрные глаза заполнил огонь. — Ты умрёшь родами...— Растерянно протянул он оглушившую правду. — Всё повторяется…
Матис снова закрыл полыхающие глаза, глубоко втянув воздух ноздрями, пытаясь унять накрывшую с головой ярость, но тщетно. Перед глазами пронеслись его детство и юность, заполненные переживаниями, отвращением и дикими страхами. Детские травмы, нанесённые неизбежностью женитьбы на ненавистном человеке. Желать такого своему наследнику, даже если его отправить на Землю он не мог. Лучше обрубить всё здесь и сейчас, не позволяя чувствам взять верх над разумом. Сохранить ей жизнь. Любовь не имеет право верховодить над долгом. Взгляд огненных глаз метал молнии, пронзая бледную потерянную Анну.
— Ты врала всё это время! Я доверял,… носил на руках, чтоб облегчить боль, казнил магов, чтоб защитить, а ты сама…
— Нет, это случилось…
Матис взмахнул рукой, не желая слушать оправдания дочери друга отца.
— Молчи! — Говорил он сквозь зубы, плотно сжав кулаки, до побелевших костяшек.— Лучше молчи сейчас.
Наследник престола обернулся к первой фрейлине, отчеканив:
— Я ухожу, вернусь через час и к этому времени не хочу её видеть. Предпринимай, что можешь, но завтра она должна покинуть королевство вместе с отцом или вернуться на Землю!
— Я люблю тебя…— сделала ещё одну попытку объясниться Анюта.— Ты тоже что-то скрываешь…
Принц смотрел на дрожащие губы невесты, худенькое лицо, наполненные слезами ставшие огромными глаза, желая в душе обнять её успокоить, но, не имея права но то, как обязанный продолжить род наследник престола.
— Скрываю то, что ты должна узнать после обряда венчания, это не моя личная тайна. Я могу простить многое, но не обман, о чём говорил не раз.— Он взглянул на брошенные рядом с порогом костыли и в сердцах пнул их, забросив на середину огромной залы.— Чувства в данном случае не имеют значение.–Матис смотрел в бездонные глаза невесты, выговаривая жестокие слова, больно бьющие по нему самому. — Жить с патологической лгуньей –не хочу и не стану!
Он развернулся и вышел, по-военному чеканя шаг гулким эхом разносящимся по коридору, убегая прежде всего от себя.
— Вот и рухнуло всё…— Прошептала Анна, пытаясь справиться с подступающими слезами.
— Девочка моя, что мы наделали…как так случилось…
Только и смогла прошептать убитая произошедшим Ильта, запустив пальцы в высокую причёску. Она разрыдалась, выплёскивая слезами боль и волнение последних месяцев.
А в голове брошенной невесты выла от горя наперсница ведьмы, равная ей по силам.
— Я возвращаюсь на Землю. — Отвечала Анна обеим, гордо вскинув голову, насмерть обиженная словами мужчины, которого полюбила по-настоящему.
Верить, что в отношениях между ней и Матисом поставлена точка, не хотелось. Она прошептала несколько фраз над ногой, избавляясь от ставшего ненужным камуфляжа.
— Не было никакой искренности ко мне у вашего господина!— настраивала себя на борьбу брошенная невеста. — Старался поскорее заделать наследника. Будто обряд что-то менял. Весь его вид, все поступки сплошной вопрос, но я терпеливо ждала.
Она спешно стянула длинное лёгкое платье ярко-красного цвета с сиреневыми вставками, появление в котором на Московских улицах выглядело бы странным. Аня разговаривала скорее сама с собой, объясняя попутно Ильте и Льяне фиаско чуть было не случившегося замужества. Рвать на голове волосы она точно не станет. На то, что бы горевать у неё будет ночь, но никто в родовом замке Матиса не увидит этого. Сильный характер брал верх над эмоциями. Слабая женщина не смогла бы добиться должности коммерческого директора в её возрасте:
— Всё как я говорила,— горько усмехнулась она,— коктейль из радости, что не придётся жениться на монстре. Смешанная с любопытством страсть, помноженная на обязательства и ничего более!— Бледная как смерть дочь двух пар родителей замерла на секунду, представив с каким ехидством завтра вельможи будут смотреть на её семью. Но решительно встряхнула головой, отгоняя неприятное видение.— Надеюсь, отец примет меня, несмотря на поруганную честь и сделает правильные выводы.
— Но тогда разразится война, Тоилок не простит нам расторжение договора! — Осмысливала происходящее вслух первая фрейлина, обхватив ладонями голову.
— Мама и брат отправятся со мной,— говорила полуголая Анна, варясь в собственных мыслях, — надо уладить кое-что на Земле, обсужу это после с отцом. — Она посмотрела в заплаканное лицо подруги покойной матери.— Мы вернёмся через неделю, я буду нужна своему королевству, и прошу не препятствовать в этом. Других переходов на планету я не знаю. — Закрученный в воронку вихрь, пронёсся по гостиной, разрушая всё на своём пути, и так же
