class="p1">– И?
– Одно дело – машина. Другое дело – живой человек. Я пока точно не понимаю как, но свора похитила нашего друга, – Илья вкратце описал его внешность. – Может, это и не так.
– Был там похожий человек. Спал на заднем сиденье «Победы», – ответил Андрей.
– Слушай, парень, помоги нам его разыскать. Может, идиоты говорили чего? Дай нам хоть что-нибудь на них. Я просто хочу справедливости. Они украли у меня машину и похитили друга. Нельзя просто так все оставить. Уверен, что они, как и ты, всего лишь молодые дураки и наделали глупостей. Наверное, с такими стоит поговорить – глядишь, достучусь хотя бы до одного. Просто это все глупые забавы, как же вы не поймете? Кому-то сходит с рук, а кто-то лишается семьи, детей, будущего. Ты-то хоть, парень, подумай и не лишай себя удовольствия нормально жить. Ты так долго не протянешь – нечего усугублять.
Илья сделал паузу. Если через полминуты Андрей не заговорит, адвокат переключится на связи в полиции.
– Что ты хочешь знать? – спросил Андрей.
Илюха переглянулся с Михаилом.
– Куда они отправились? Называли ли свои имена? Может, особые приметы есть?
В паспорте лежит фотка Ильи с семьей. Андрей, раскрыв документ, долго глядел на нее и понял, что льет слезы. На фотокарточке все счастливы, все улыбаются, а у него даже фотографий с предками нет (только те, где он еще очень маленький). Он хотел как лучше, но не вытерпел, решил уйти, а в итоге сделал только хуже. Травмат не отлипал от руки. Мужик зря его предостерегает – он опоздал, ибо Андрея уже довели до ручки.
– Мужик!
– Что?
– Обещай, что найдешь отморозков.
– Зуб даю. Не успокоюсь, пока они…
– Хочется верить.
– Парень, может, тебе помощь какая нужна?
– Нет, я сам справлюсь. Не впервой.
Андрей утер слезы, поднялся с пола и отворил дверь. Если его сейчас все же скрутят и положат в тот пресс из сна, он не издаст ни звука, ведь уже пробил дно. Заслужил.
С пушкой наперевес Андрей стоял в дверях и глядел на визитеров. Он увидел Илью – точь-в-точь как с фотографии. Стрелок в первое же мгновение понял, что рассказчик не лукавил. За Ильей стоял низенький мужичок, сжимавший в руках газовый ключ и ожидавший подвоха. Только Андрей опустился на одну ступеньку, Миша от страха быть убитым аж в сторону отпрыгнул, словно солдат в окоп. Илья не дрогнул: не мог поверить, как пацан, стороживший скупку, на самом деле чертовски мал и неопытен.
Ночной сторож протянул адвокату паспорт, пропуск и фото.
– Красивая у тебя семья. Ты ее береги, – произнес пацан. – Помни о ней, когда будешь дубасить козлов.
– Обязательно, – заверил Илья. – У тебя-то семья есть?
Андрей вопрос проигнорировал.
– Их было трое, – рассказал паренек, – не считая вашего друга. Они забрали его с собой. Они и у меня тоже кое-что украли…
– Куда они поехали?
– В клуб «Хамелеон». По крайней мере, о нем говорили.
– Ясно.
– Одного, что за рулем, я не знаю. А вот остальные… реальные отморозки, которые давно заслужили сгнить в тюряге.
– Это они так постарались? – Илья указал на вагончик. Сторож с сожалением кивнул.
– Хоть им и 18-ти нет, они с легкостью руки замарают и не дрогнут. Одного зовут Рыжий. Того, что пониже – Глеб. Зуб даю, что он спланировал кражу. Мы с колледжем были на экскурсии в ДОСААФ – всем отделением видели, как вы затаскивали свой раритет в гараж.
– Да уж, как все просто, – охнул Миша.
– В общем, этот Глеб – мерзкая гнида. Вмажь ему за меня со всей дури.
– Вмажу, раз просишь. Ты здорово нам помог. Можно оставить «Победу» пока что у тебя, приглядишь?
– Можно, но до утра заберите. Отвратное место – я не планирую здесь задерживаться.
– Надеюсь, ты… не это самое, – Илья изобразил руками петлю на шее.
– Нет-нет, есть еще одно дельце, – отмахнулся Андрей.
– Может, хочешь поехать с нами? – предложил юрист. Андрей отказался. – Прошу тебя, парень, не делай больше глупостей.
– Ты это… извиняй, что я… – замялся Андрей. – Я думал, что эти мудаки вернулись и…
– Пустяки, – ответил Илья, – забыли.
Он пожал изнеможенную руку Андрея и протянул свою визитку на всякий случай. Вряд ли у Андрея достаточно денег на услуги Ильи, но в случае обращения адвокат нашел бы решение.
Уточнив у сторожа еще несколько деталей, Илья с Мишей направились к машине, как вдруг Андрей спросил:
– Скажи: если б я был твоим сыном и ты застал бы меня вот так, что бы ты сделал?
– Я попросил бы тебя подумать и остановиться… независимо от причин, что толкнули тебя на это. Каждый родитель, каким бы он ни был, должен оберегать своих детей, чего бы это ни стоило. И обсуждать с ними все проблемы… даже если больно и неприятно. Путь родителей, к сожалению, не без ошибок. Бывает, детишки – особенно в подростковом возрасте – обвиняют предков во всех грехах. Но как они могут судить, если сами еще не вырастили детей? А если уж и осуждать, то в первую очередь надо помнить, что дети сами так собой управили. Моя в том вина или нет, значения не имеет. Я же родитель – душа будет болеть за чадо всегда… до последнего вздоха.
«Мой отец не такой», – подумал Андрей.
Миша же не проронил ни слова – хватку не ослаблял, удерживая ключ. И правильно. Выдержка сегодня еще пригодится.
***
– Спасибо скажи, дурень, – вещал в «УАЗике» капитан Барзило, обращаясь к Роме. – Этот еврей тебя бы уже растерзал.
– Да лучше он, чем вы.
– Я поражаюсь, до чего ты борзый. Да, Виталька?!
Стажер крутил баранку. Ехали вдоль бескрайнего бетонного забора.
– Не хочешь по-хорошему, – сделал вывод капитан. – Ладушки, у нас вся ночь впереди. Выкладывай давай, где твои сообщники?
– Где мой адвокат? Где право на телефонный звонок?
– Ты чего, пиндосовских фильмов насмотрелся?
– Где протокол допроса?
– Ты чего, в сказку попал?! Выкладывай все. Глядишь, срок скостят чутка.
– Какие сообщники? Это я потерпевший. Это я жертва преступления! – чем обусловлено такое поведение подозреваемого, не знали ни полиция, ни сам Роман.
– Значит, ты жертва? А преступники просто так взяли и забили твою машину украденным? Так? Чего замолк?
– Там еще девчонка была, – признался Рома. – Вика. Она все придумала и меня склонила.
– Что же за мужики пошли, а? Везде у них бабы виноваты, – отметил капитан. – Ладно, кто-то еще с вами был?
– Никого.
– А если подумать получше?
– Хотите еще кого-то закрыть заодно? – подозрительно спросил таксист.
– Тебя одного достаточно.
– Совесть будет
