она такая?
– Она ни в чем не виновата, – утирая кровь под губой, твердил он.
– Да у вас тут целая банда, ребятки. Два разозленных пацана и деваха, из-за которой ваше гениальное ограбление и развалилось. Осталось только разыскать зачинщицу шекспировских страстей. Не удивлюсь, если рядом с ней бегают блондинка в платье и очкарик-поджигатель. Но последних явно придумал этот дебил, – Барзило рассуждал вслух, а Андрей твердо решил взять на себя побольше, тем самым облегчив ношу возлюбленной и обрекая себя на гарантированное наказание. – Потерпевший указал на тебя и твою деваху, Андрей. Думаю, Виктория нам разъяснит, как все было на самом деле.
– Она ни в чем не виновата!
– Почему? Потому что все придумал ты, верно? – давил капитан. – Что ж ты ее бросил тогда? Хотя чего я спрашиваю? Вика может за себя постоять. Заправщик еле выкарабкался. Понятно теперь, почему ты решил и скупку Тиграна грабануть. Но в кого ты стрелял, не поделишься?
Андрею пришла в голову гениальная идея:
– В сообщников.
– Вот как? Добычу не поделили? Как Вика с Ромкой? Будь ты с ними, такого бы не произошло, да? Или разногласия разгорелись из-за бабы?
– Вас что, было больше? – спросил Виталий.
– Слушайте, – деловито начал Андрей, – хотите одним махом раскрыть парочку преступлений?
– Кто ж не хочет.
– Я готов сотрудничать.
– Все свалишь на сообщников?
– Да, причем без зазрений совести, – ответил Андрей. – Я ангел по сравнению с ними. Уверен, что они бы нас прихлопнули, как только мы привезли награбленное. Все придумали и воплотили они: здесь, на заправке, в ДОСААФ.
– А ДОСААФ здесь каким боком?
– Думаю с минуты на минуту оттуда обратятся, ведь там тоже кое-что украли. И, судя по всему, прихватили с собой заложника, важного свидетеля.
– Заложника? – изумился Виталий.
– По другим преступлениям в полиции наверняка уже есть все необходимые доказательства. Я просто наведу на детали. А вы, товарищ капитан, уже практически раскрыли дело из ДОСААФ.
– Почему?
– «Победу» видите? Ее увели как раз оттуда.
– Хм, старье же.
– Но в ДОСААФе есть и военная техника, и оружие в достатке. Мало ли что оттуда прихватили отбитые рецидивисты.
– Если ты нам зубы заговариваешь…
– Ни в коем случае. Я ваш единственный шанс взять эту шайку тепленькими… в течение следующего же часа. Вы даже Вику можете не искать.
– Заладил, я смотрю, с этой Викой. В чем смысл геройствовать из-за бабы?
– А вы бы ради чего прыгнули выше головы, товарищ капитан? Ради премии, ради повышения? Не помню, чтобы лавры за раскрытые преступления когда-нибудь получали люди из ППС. Но название-то у всех одно – полиция. Вам не лишним будет повышение – вы опытный, служили вон в Чечне, а добились только того, что жопу морозите в ночных патрулях. Это справедливо, по-вашему?
– Куда тебя понесло-то, мальчик? Попридержи-ка язык. Если ты мне врешь, я тебе обещаю… Я знаю многих. Я добьюсь, чтобы с твоей девкой как следует поговорили, после чего она сама во всем сознается.
– Она ничего не делала.
– Жертва обстоятельств? Сообщники заставили?
– Вы проницательны, капитан.
– Я и не думал особо.
– Их надо догнать, понимаете? Как можно скорее. Догнать и схватить.
– Знаешь, чем отличаются современные преступники от прежних? Раньше сдавали единицы, а сейчас сдают всех, – сказал капитан стажеру и снова повернулся к Андрею, который в надежде ждал, отреагирует ли капитан на его предложение. – Ну говори, чертенок, где они?
– Отправились праздновать успех в клуб «Хамелеон».
– Успех? – усмехнулся Виталий.
– Не могли найти другую забегаловку? – Барзило в курсе, что данное заведение издавна считается непреступным бастионом для полиции. Приближаться к нему разрешается только с санкции высочайшего начальства. Общеизвестно, что внутри творится противозаконное, но его покрывают. А рядовым служителям закона не особо платили, чтобы те брались серьезно шевелить осиное гнездо вопреки официальной линии.
– Вам страшно? – вдруг задал вопрос Андрей.
– С чего ты взял? Сиди и не отсвечивай!
– Если бы вас все устраивало, вы бы уже давно отвезли нас в участок, да? А мы еще на скупке стоим.
– Трогай, шпингалет, – распорядился Барзило. – В «Хамелеон».
– Там, кстати, моя девушка работает, – добавил Виталий.
– Вот оно что! Кем?
– Начальник охраны.
Барзило присвистнул:
– Ничего себе. Как зовут?
– Наташа.
– А твоя девка – не промах. Внутрь запускает хоть?
– С пропускным режимом у них там все строго.
– Дурачок, я про постель тебя спрашиваю. Нонсенс просто: такой слюнтяй, как ты, и баба-фейсер… еще и с «Хамелеона».
Стажер смутился.
– Ну так дает или нет? – Барзило повторил нескромный вопрос.
– Вроде да.
– Тогда запустит нас внутрь.
– А разве мы…
– Чего стоишь, шкет? Погнали. На месте решим. Законность у нас в приоритете, да? – верх цинизма от капитана. – Полицейский, прознав о преступлении, предотвращает его. И точка.
«УАЗ» патрульно-постовой службы тронулся в путь. А из-за угла выглянул пес Гаврик, который в этот раз не смог спасти своего любимца из рода человеческого. Чутье подсказывает дворняжке, что Андрей сюда уже не вернется. Доброму уличному псу ничего не оставалось, кроме как грустно завыть. Его клич мигом подхватили и другие местные бродяжки.
История тридцать четвертая. «Заложники»
Иван Бережной (он же Василий Иванов) на протяжении всей ночи ждал весточки от брата. Когда же телефон зазвонил, Иван не думал, что услышит кого-то кроме Валеры. Парень отворил дверь черного входа и с омерзением взглянул на прибывшую компанию малолеток, удерживающих паренька постарше.
– Какого ты приперся? – злобно спросил у Глеба Бережной.
Тот сдаваться не собирался – ему хотелось кутить.
– Так-то ты мне ночь в клубе на халяву обещал, забыл? У меня день рождения.
– Поздравляю. Свободны!
Иван хотел захлопнуть дверь перед носом обнаглевшего Глеба, который заявился без приглашения. Также Бережной для надежности собирался попросить охрану спровадить юнцов, однако дерзкий пацан бросил фразу:
– У тебя явно что-то с памятью, друг. Недавно я сделал по твоей просьбе одну грязную работенку. Я думал, что все это тайна для твоего шефа, но не для тебя.
От злости по телу Ивана пробежала легкая дрожь. И что его дернуло связаться с Глебом?
– Ты еще на весь район проори, – сквозь зубы процедил Иван.
– Ну так по рукам или как? Ты нас пускаешь?
Выбора нет.
– Нас?
– А я без своих корешей никуда.
Свита Глеба не внушала Бережному особого доверия.
– Ладно, заходите.
– Ура, набухаюсь в хлам, – признался прямолинейный Рыжий.
– Рептилоиды, блин, – произнес Бережной. Вел он себя надменно, желая показать, кто здесь хозяин, а кто просто напросился. – Что еще за хмырь? – он указал на беспомощного Льва, которого пацаны волокли за руки, будто тот перепил.
– Свидетель, –
