как ни далеко отстоит лавка господина Кора от центра Парижа, покупатели валят к нему толпой; больше того, не всякому удается отведать его сокровищ, ибо несмотря на присутствие в заведении пяти-шести помощников и нескольких приказчиков, хозяину не удается ни обслужить всех пришедших, ни ответить на все письма.
Господин Миллеран
Дойдем по Сент-Антуанской улице до улицы Ткачества[277]; здесь в доме 36 располагается фабрика господина Миллерана, чей шоколад последние два десятка лет удостаивают одобрения и Медицинский факультет, и Парижское Королевское медицинское общество, которые вообще редко соглашаются друг с другом, но в этом случае исполнены равного восхищения. Господин Миллеран изготовляет шоколад со сливками, с мексиканским какао, с ванилью, с миндальным молочком, c рисовым кремом, причем цены колеблются от 40 су до 12 франков. Господин Миллеран открыл способ очищать какао, благодаря которому даже из самых низкокачественных сортов производит он превосходный шоколад, а из масла какао делает отличную помаду для лица; он усовершенствовал Лельевров «Эликсир долголетия»[278], с тем чтобы обеспечить долгую жизнь всем Гурманам; наконец, его шоколад, вкусный и нежный, снискал всеобщее одобрение на выставке в Лувре в IX году[279]. Господин Миллеран – один из первых столичных фабрикантов, но слава его не ограничивается Парижем; его имя и товары известны всей Европе.
Господин Малерб и господин Гело
Улица Святого Маглуара[280] – без сомнения, одна из самых коротких в Париже, и тем не менее именно там бок о бок располагаются два магазина, дорогие сердцу Гурманов. Один принадлежит господину Малербу, одному из самых искусных колбасников столицы, что ничуть не удивительно, если учесть, что он приходится племянником господину Кору, а госпожа Кор в течение полугода самолично вела торговлю в его лавке, чтобы приманить покупщиков, и много в том преуспела; вторым командует кондитер господин Гело, который не имеет себе равных в изготовлении заспиртованных фруктов.
Господин Брюно Равель и его «Теленок-сосунок»
Не пройдем мы, разумеется, и мимо Ювелирной улицы. Древний Шатле ныне разрушен[281], однако любезный «Теленок-сосунок», обосновавшийся в этом месте два столетия назад, по-прежнему крепко стоит на своих четырех ногах и учтиво приглашает свести с ним знакомство. Жилище этого Теленка, хотя и носит гордое имя ресторации, имеет вид скверного кабака; однако бараньи ножки, которые подают здесь, вкуснее тех, которые вам поднесут в раззолоченных залах; это кушанье, незамысловатое и обыкновенное, готовят в «Теленке» так замечательно, что нет Гурмана, который хотя бы раз в жизни, исполненный благочестия, с каким мусульмане отправляются в Мекку, не совершил туда паломничества[282].
Заметим, что господин Брюно Равель не ограничивается приготовлением бараньих ножек; все, кому довелось отведать его угрей, начиненных трюфелями, не могут не признать, что он достойно продолжает дело прославленного Морийона[283].
Господин Бриго
Перед тем как перейти на левый берег Сены, подумаем, не упустили ли мы чего-нибудь важного на правом. Ну конечно! Господин Бриго с улицы Фроманто[284] имел некогда репутацию недурного ресторатора; посмотрим, заслуживает ли он ее ныне. Но что это? В его окне, где прежде была выставлена нашпигованная дичь самых разных сортов и, главное, отличные говяжьи филеи, слывшие лучшими в квартале, а то и во всем городе, теперь красуются только шали и чепцы! Его заведение, прежде открытое для всех граждан, теперь, точь-в-точь как Лувр и Тюильри, закрылось для всякого, кто имеет при себе какую-нибудь ношу, даже если это всего-навсего стопка книг! Его некогда широкую лестницу ныне загромождает череда мелких лавочек, которые затрудняют проход честным людям и облегчают жизнь ворам. По всем этим причинам посетители теперь редко навещают господина Бриго, тем более что и слава его как повара померкла с тех пор, как соперниками его сделались Легак, Гриньон и Бален.
Господин Прево
Возвратимся на улицу Сент-Оноре; там в доме 28 располагается лучшая в Париже фабрика галантинов. Любителям этого кушанья не миновать заведения господина Прево, а кто раз отведал его галантины из дичи, живности или свинины, навсегда записывается в ряды его клиентов. Господин Прево изготовляет также ветчинную эссенцию, пользующуюся огромным спросом среди тех, у кого нет ни средств, ни времени для приготовления мясного сока. Из рук этого мастера выходит также мясное желе для больных, от которого не отказываются и здоровые; что же касается его бульонных кубиков – превосходных дорожных спутников, с помощью которых можно приготовить отличный жирный суп, не варя мяса,– то их слава дошла даже до Нового света, ибо товары господина Прево взял с собой в дорогу капитан Боден[285]. Господин Прево с таким рвением предается этой химической стороне своей деятельности, что заслужил прозвище «кухмистерский Шапталь[286]», однако это не мешает ему готовить обеды, и притом обеды превосходные, в тех домах, куда его приглашают. За воспитание такого мастера, как господин Прево, мы должны быть благодарны господину герцогу де Сере́сту-Бранка, перед которым гастрономия вообще в неоплатном долгу.
Господин Гриньон
В бывшем особняке Ренеля на Новой улице Малых полей открылась недавно ресторация, быстро вошедшая в большую моду. Говорят, что роскошно обставленные залы этого заведения всегда полны хорошеньких женщин, ибо нынче щеголихи охотнее едят в ресторациях, чем у себя дома. Мы не знаем, заслуживает ли господин Гриньон тех похвал, какими его осыпают; но надо думать, что, раз у него нет отбоя от посетителей, он не лишен достоинств[287]. Те, кто посетил его заведение, хвалят не только кушанья, но и двух очаровательных и отменно воспитанных молодых особ, которые ведут счета с превеликим изяществом и безупречной скромностью.
Госпожа Грапп
Если мы свернем в улицу Прувер, то пройдем и мимо другого заведения, разумеется, куда менее элегантного, но еще более посещаемого, чем ресторация господина Гриньона. Читатель уже понял, что мы имеем в виду ресторацию госпожи Грапп, в которой собираются ежедневно от пяти до шести сотен едоков. За пять су хозяйка подает им целый поднос кушаний, которые хороши не только на вид, как у многих ее собратьев, но и на вкус; она настоящий Вери бедняков.
Господин Кабаре и господин Совель
На той же улице Прувер трудятся лучшие в Париже мастера, изготовляющие лапшу, макароны, вермишель, лазаньи, звездочки и многие другие изделия по итальянским рецептам; самый лучший и самый разнообразный товар предлагает, пожалуй, господин Кабаре, преемник господина Герена.
