это действительно был его любимый вкус.
– Я сейчас кончу. Собираюсь кончить так сильно, – выдохнул он. – Кончи со мной, детка. Пожалуйста, – в его голосе звучала прерывистая мольба, движения стали беспорядочными. Он лихорадочно стал тереть мой клитор, в то время как другой рукой чуть крепче сжал шею.
И этого было достаточно, я взлетела как ракета, мир вокруг замылился…
Все тело Ари содрогнулось, и сопровождающий это стон, сорвавшийся с губ, был самой эротичной вещью, которую я когда-либо слышала.
Несколько мягких толчков – и он остановился, а мы оба наблюдали, как сперма вытекает из меня.
– Черт, – прошептал он.
– Да, – выдохнула я.
Несколько минут спустя раздался нерешительный стук в дверь.
– Эм, мистер Ланкастер, мисс Шепфилд… как думаете, мы могли бы начать? Если, ммм, если вы готовы, – крикнула одна из ассистенток через дверь.
Тело Ари затряслось от смеха, и мгновение спустя я тоже захихикала… В тот момент чувствовала себя немного под кайфом. Прекрасно понимая, что, возможно, смех не лучшим образом подходил для карьерного самоубийства, которое я, скорее всего, только что совершила.
Ари выскользнул из меня, и я разочарованно простонала.
– Знаю, детка, – выдохнул он, словно тоже нуждался в такой нашей связи.
Ари помог слезть с его колен. У меня подкосились ноги – я нетвердой походкой подошла к стойке с косметикой и взяла несколько салфеток, чтобы привести себя в порядок. Взглянув в зеркало, я увидела, что макияж немного размазался, локоны распустились, а все тело покрылось румянцем.
И как будто сперма Ари обладала волшебными свойствами… Я никогда не чувствовала себя горячее.
Мы вышли из гримерки рука об руку, персонал бросал на нас понимающие взгляды.
– Готовы? – раздраженно спросила Элиз, когда мы появились в поле зрения.
– Еще как, – съязвил Ари в ответ, когда мы вышли на съемочную площадку.
Элиз покачала головой и начала выкрикивать указания. Но это было забавно… Чем дольше продолжалась съемка, тем более удовлетворенной она становилась.
– Да! Именно так. Блэйк, идеально, – прокричала она в какой-то момент, и Ари бросил на меня понимающий взгляд «Я же тебе говорил».
До конца съемок я была более расслабленной, чем когда-либо.
И до конца дня удавалось чувствовать то, чего я не испытывала никогда в жизни.
Я чувствовала себя прекрасно.
Глава 14
Ари
Это, черт, просто отстой. Все тщательно продуманные планы, направленные на то, чтобы мы с Блэйк всегда были вместе… испортила мать-природа. Какая сука.
Блэйк должна была вылететь после смены, а затем шторм века потряс Ла-Ла Ленд и отменил все рейсы… даже частный, который я организовал для нее. Я сходил с ума, проверяя гребаное приложение каждые пять секунд, чтобы убедиться: она все еще дома.
Что, если бы появился гребаный Кларк? Что, если бы он или какой-нибудь другой парень попытался увезти ее? Всю эту красоту. Все это совершенство. Ее. Как они могли этого не сделать?
Я позвонил ей по видеосвязи в миллионный раз, просто чтобы проверить.
Она находилась одна. В безопасности. И все еще была моей.
Острое облегчение разлилось по венам, когда ее восхитительное лицо появилось на экране. Блэйк лежала на кровати, мягкий свет телевизора отражался на ее чертах. Я поцеловал телефон, и она хихикнула, издав тот мелодичный звук, которым редко удостаивала меня.
– Разве ты не должен готовиться к игре? – пробормотала она, ерзая, и, черт возьми… В постели на ней была моя джерси.
Я застонал и схватился за перед штанов, потому что сейчас было неподходящее время для появления Малыша Ари.
Я не мог поразить людей стояком. Они бы влюбились.
– Ари? – мягко сказала Блэйк, и я вздохнул, потому что от разлуки становилось плохо.
– Я скучаю по тебе, – угрюмо пробормотал я, и она покраснела, словно сказанное стало неожиданностью.
Черт, я, должно быть, недостаточно хорошо справляюсь с задачей доказать этой девушке, что влюблен в нее. Она разрушила меня. Навсегда изменила.
– Я тоже по тебе скучаю. Иди туда, надери кому-нибудь задницу и возвращайся, – приказала она, и я решительно кивнул.
– Ты же будешь смотреть, верно? – с тревогой спросил я.
Она повернула экран, чтобы я мог видеть, что ее телевизор настроен на предматчевое шоу.
– Моя девочка, – ухмыльнулся я, как раз когда вошел тренер, его глаза лазерами стрельнули на телефон. – Черт возьми, пора идти. Я… – я поймал себя на том, что хотел признаться в любви, но, черт возьми, не мог произнести это, находясь слишком далеко, чтобы все исправить, если это ее напугает, и Блэйк попытается убежать. Я вздохнул и послал ей воздушный поцелуй, прежде чем повесить трубку.
Следующую игру она не сможет пропустить. Я сделаю все, чтобы она увидела ее своими глазами – даже если придется тайком провезти ее в багаже. Она должна быть там. Иначе я не смогу должным образом сосредоточиться.
Голос тренера гремел в раздевалке, слова были полны напряжения.
– Слушайте, парни. Сегодня мы против «Миннесоты», и вы знаете, что они играют жестко. Но угадайте что? Мы будем еще грубее. Станем бить сильнее, кататься быстрее и забивать так, словно завтрашний день, черт возьми, не наступит!
Раздевалка наполнилась одобрительным рокотом и стуком клюшек по полу. Тренер продолжил, взгляд не мигал.
– Никто из вас не должен дрогнуть. Это наша игра, и мы будем играть так, словно это последний бой. Мы здесь не для того, чтобы отступать, мы здесь для того, чтобы стоять на своем и показать, из чего сделаны.
Команда ответила хором яростных кивков и решительным выражением на лицах, соревновательные инстинкты включились на полную мощность. Тренер постучал по доске, чтобы подчеркнуть это.
– Когда выйдете на лед, помните, что вы не просто игроки. Вы воины. Вы сражаетесь за каждый миллиметр территории. Эта игра наша, и мы собираемся заявить на нее права, чего бы это ни стоило!
Мы хором начали скандировать «Кобры» после того, как Уолкер заревел на всю раздевалку. Я поднял глаза и захотел их себе выцарапать, потому что усмехающийся Сото оказался прямо напротив меня. Я чертовски сильно скучал по Далласу.
Команда разошлась. Прошло еще десять минут, прежде чем мы вышли на лед, и я повернулся к Уолкеру. Нужно было собраться с мыслями.
– Уолкер, пришло время «встряхнуться».
Мистер Прекрасный принц упрямо покачал головой, выражение его лица не изменилось.
– Ну уж нет. Это даже не по-настоящему. На этот раз я не куплюсь.
Я приподнял бровь и торжественно пригрозил.
– Я позвоню Линкольну, и тебя вышвырнут из круга доверия.
Глаза Уолкера расширились, и
