Читаем без скачивания Психология - Уильям Джемс

Я склонен думать, что память этого несчастного старика если и улучшилась, то лишь в отношении частных фактов, которые доктор заставляет его запоминать, и в некоторых других отношениях: во всяком случае эти несносные упражнения не повысили его общей восприимчивости.

Усовершенствование памяти. Итак, все улучшение памяти заключается в усовершенствовании привычных методов запоминания фактов. Таких методов три: механический, рациональный и технический. Механический метод заключается в усилении интенсивности, увеличении и учащении впечатлений, подлежащих запоминанию. Современный способ обучения детей грамоте при помощи письма на классной доске, при котором каждое слово запечатлевается в сознании при посредстве четырех путей — глаз, ушей, голоса и рук, представляет собой образец усовершенствованного механического запоминания. Рациональный метод запоминания есть не что иное, как логический анализ воспринимаемых явлений, группировка их в определенную систему по классам, расчленение их на части и т. д. Любая наука может быть примером такого метода.

Немало придумано технических, искусственных методов для запоминания. При помощи искусственных систем можно нередко удерживать в памяти такую массу совершенно бессвязных фактов, такие длинные ряды имен, чисел и т. д., какие невозможно запомнить естественным путем. Метод заключается в механическом заучивании какой-нибудь группы символов, которые должны быть твердо навсегда удержаны в памяти. Затем то, что должно быть заучено, связывается путем нарочно придуманных ассоциаций с некоторыми из заученных символов, и эта связь впоследствии облегчает припоминание. Наиболее известный и употребительный из искусственных приемов мнемоники — цифровой алфавит. Предназначается он для запоминания рядов чисел. Каждой из десяти цифр в нем соответствует одна или несколько букв. Число, которое надо запомнить, выражают в буквах, из которых легко составить слова, слова по возможности подбирают так, чтобы они напоминали чем-нибудь о предмете, к которому относится число. Таким образом, слово сохранится в памяти даже тогда, когда число будет совершенно забыто[9]. Недавно изобретенный метод Луазетта не столь механичен, он основан на образовании ряда ассоциаций с объектом, который желательно запомнить.

Узнавание. Если с известным явлением мы встречаемся часто и в связи со слишком многочисленными и разнообразными окружающими элементами, то, несмотря на соответственно легкое воспроизведение его, мы не можем поставить такое явление в связь с определенной обстановкой и, следовательно, отнести к какой-то дате в прошлом. Мы узнаем, но не вспоминаем его: ассоциации, связанные с ним, слишком многочисленны и неопределенны. Такой же результат получается, когда локализация в прошлом слишком смутна. Мы чувствуем, что видели где-то данный объект, но где и когда — совершенно не помним, хотя нам кажется, что вот-вот сейчас мы вспомним это. Что нарождающиеся, слабые возбуждения мозга могут вызывать нечто в сознании, можно наблюдать на себе, когда стараешься припомнить имя. Оно в таком случае, что называется, вертится на языке, но не приходит на ум. Аналогичное чувство сопровождает «воспризнание», когда ассоциации, связанные с данным объектом мысли, делают его для нас знакомым, но неизвестно почему.

Есть курьезное душевное состояние, которое, вероятно, всякому приходилось испытывать на себе. Это то чувство, когда кажется, что, переживаемое в данную минуту во всей полноте переживалось когда-то прежде, когда-то мы говорили буквально то же самое на том же самом месте, тем же лицам и т. д. Это чувство «предсуществования» душевных состояний долгое время казалось чрезвычайно загадочным и служило поводом к многочисленным истолкованиям. Виган усматривал причину его в диссоциации деятельности мозговых полушарий. Согласно предположению Вигана, одно из них начинало немного позже осознавать внешние впечатления, отставало, так сказать, от другого. По-моему, такое объяснение нисколько не устраняет загадочности явления. Неоднократно наблюдая его на себе, я пришел к заключению, что оно представляет собой неясное припоминание, в котором одни элементы возобновились перед сознанием, а другие нет. Элементы прошлого состояния, не сходные с настоящим, не оживают сначала настолько, чтобы мы могли отнести это состояние к определенному прошлому. Мы только осознаем настоящее, связанное с каким-то общим намеком на прошлое. Точный наблюдатель психологических явлений Лацарус истолковывает это явление так же, как и я. Достойно внимания, что настоящее кажется повторением прошлого лишь до тех пор, пока ассоциации, связанные с аналогичным прошлым, не станут вполне отчетливы.

Забвение. Для нашего интеллекта забвение составляет такую же важную функцию, как и запоминание. Полное воспроизведение, как мы видели, сравнительно редкий случай ассоциации. Если бы мы помнили решительно все, то были бы в таком же безвыходном положении, как если бы не помнили ничего. Припоминание факта требовало бы столько же времени, сколько протекло его на самом деле от появления этого факта до момента припоминания. Таким образом, мы никогда бы не двигались вперед в нашем мышлении. Время при припоминании подвергается тому, что Рибо называет укорочением. Оно обусловлено пропусками огромного количества фактов, заполнявших данный временной промежуток. «Таким образом, — говорит Рибо, — мы приходим к парадоксальному выводу: забвение есть одно из условий запоминания. Без полного забвения громадного количества состояний сознания и без временного забвения весьма значительного количества впечатлений мы совершенно не могли бы запоминать. Забвение, за исключением некоторых его форм, не есть болезнь памяти, но условие ее здоровья и живости».

Патологические условия. Лица, подвергнутые гипнозу, забывают все, что с ними происходило во время транса. Но при следующих таких состояниях они нередко помнят, что с ними было в предшествующий раз. Здесь наблюдается нечто подобное раздвоению личности, при котором связность существует лишь между отдельными состояниями каждой из личностей, но не между самими личностями. В этих случаях чувствительность нередко бывает у той и другой личности различна: во «вторичном» состоянии пациент нередко находится как будто под анестезией. Жанэ доказал, что его пациенты припоминали в состоянии нормальной чувствительности те факты, которых не помнили в состоянии анестезии. Например, он временно восстанавливал их чувство осязания при помощи электрического тока, пассов и т. д. и заставлял больных брать в руки различные предметы: ключи, карандаши — или делать некоторые движения, например креститься. При возвращении анестезии они совершенно не помнили об этом. «Мы ничего не брали в руки, ничего не делали» — вот обычный ответ пациентов. Но на другой день, когда их нормальная чувствительность была восстановлена, они отлично помнили, что делали в состоянии анестезии и какие вещи брали в руки. Все эти патологические явления показывают, что область возможного припоминания гораздо шире, чем мы думаем, и что в некоторых случаях кажущееся забвение еще не дает права говорить, что припоминание абсолютно невозможно. Впрочем, это еще не основание для парадоксального вывода о том, будто абсолютного забвения впечатлений нет.

Глава XIX

Воображение

Что такое воображение? Однажды испытанные ощущения так изменяют нашу нервную организацию, что воспроизведение этих ощущений, их копии возникают в сознании, когда первоначально вызывавшее их внешнее раздражение уже отсутствует. Впрочем, никакое ощущение не может быть воспроизведено в сознании, если оно первоначально не было вызвано прямо раздражением извне.

Слепому могут сниться цвета, глухому — звуки много лет спустя после потери зрения или слуха, но глухорожденный никогда не будет в состоянии представить себе звук или слепорожденный — цвет. Повторяя приведенные выше слова Локка, мы можем сказать, что «ум не может образовать внутри себя ни одной простой идеи». Оригиналы для простых идей должны быть почерпнуты извне. Фантазия, или воображение, суть названия, данные способности воспроизводить копии однажды пережитых впечатлений. Воображение называется репродуктивным, когда эти копии буквальны, и продуктивным (или конструктивным), когда элементы различных первоначальных впечатлений сочетаются вместе и образуют новое целое. Репродуктивные образы со всей их конкретной обстановкой, которая позволяет определить время соответствующего им в прошедшем восприятия или объекта мысли, оживая перед сознанием, являются воспоминанием. Мы только что познакомились с механизмом воспоминаний. Когда образы не относятся ни к какому определенному времени и не представляют вполне точной копии какого-либо прежнего восприятия, мы имеем дело с продуктами воображения в собственном смысле слова.