почему бы и нет?
После этого со всего размаху залепил себе по носу рукоятью револьвера.
- Ух ёпт!
Нет, это не сон. Ну, по крайней мере, не обычный кошмар. Боль ощущалась превосходно.
Я тяжело вздохнул.
А чего тут время терять, давай-ка пойдём вперёд, на месте всё и выясним.
Двигаться по захламлённому темному коридору было непросто, я даже пару раз упал, но, в целом, ничего страшного не происходило. Тут не встречалось боковых ответвлений или тоннелей, а несколько вентиляционных шахт, мимо которых я прошёл, размерами не выделялись.
Проползти по ним сможет разве что чужой-извращенец, жаждущий поглядеть на Сигурни Уивер в трусиках.
Я же – не она. Ну, не в том смысле, что ношу штаны, а в том, что даже если он разорвёт мне кишки, не умру, а прикончу тварюгу магией.
И чего всякая хрень в голову лезет?
Нет ответа.
Быть может, я просто схожу с ума? Или это всё-таки работа хозяина сих мест? Или я сплю?
Столь весёлые мысли, впрочем, не отвлекали меня от внимательнейшего изучения окрестностей, очень уж паскудно было в этом тоннеле. И, благодаря этому, я увидел первое тело.
Оно лежало, прислонившись к стене и полуприкрытое каменной крошкой. Сухое, сморщенное, точно мумия, оно принадлежало странному… существу, лишь отдаленно напоминавшему человека.
Длинные руки с четырехсуставчатыми пальцами, тонкие ноги, лысая голова с пустыми провалами глазниц и, конечно же, пасть, полная острых клыков.
Ну а как я хотел, в Дамхейне ж даже дверной коврик хочет тебя сожрать, а барышни, вероятно, поголовно оснащены легендарными vagina dentata.
Впрочем, опять я не о том думаю. Тут нужно понять что это за хрень, и есть ли там, куда я иду, ещё такие?
Немного подёргав труп, я обнаружил у него на спине отростки, походившие на шипы, тянущиеся от позвоночника. На этом - всё. Ни вещей, ни оружия, ни даже какой-нибудь сюжетной записочки, объясняющей происходящее.
Вот серьезно, я ж на каком-то довоенном объекте, где уцелевшие компьютеры? Где ежедневники? Где другие источники передачи информации? Или вы хотите сказать, что серия Fallout врёт игрокам?
Непростительно!
- Ладно, Саня, хватит уже, иди давай, - приказал я сам себе. – Всё узнаешь, и скоро.
Я не ошибся.
Через пару сотен метров тоннель закончился и начался спуск. Ступени сменяли одна другую, длинные, широкие, неплохо сохранившиеся.
На них я встретил еще пару покойников. А ещё – нашёл изрядное количество всяческого мусора: веток, сухих листьев, даже здоровенную корягу.
И с каждым шагом тьма становилась гуще, страшней, осязаемей.
Я понимал, что иду в лапы ко злу, но не мог остановиться. Должен был шагать, сам не понимая для чего мне это надо. А даже если бы и мог остановиться... как будто у меня есть выбор. Если хочу выбраться отсюда, должен сперва понять, где это самое «отсюда» расположено. И расположено ли? Версию со сном я всё ещё не сбрасывал со счетов.
Лестница закончилась, и я оказался в большом темном зале, заполненном недвижными телами. Всё те же скрюченные мумии без глаз и с длинными руками. Их тут было много, очень много.
Сотни, если не тысячи.
Я шел по гранитным плитам, и шаги гулким эхом отдавались в темноте. Это место сохранилось неплохо, и моё магическое зрение худо-бедно позволяло пробиться сквозь тьму и осмотреться.
Палатки, кострища, пустые консервные банки… Некогда тут жили люди, но это было давно – всё помещение покрывал густой слой пыли. Тут десятки, если не сотни, лет никто не появлялся. Я стал первым посетителем сего тихого и скромного храма смерти.
Впереди что-то блеснуло, и я прибавил шаг.
Здесь, в самом центре, возвышался чёрный обелиск. Четырёхгранный, матово-черный, он, казалось, порождал волны мрака, сгустившегося в зале. И у меня сложилась впечатление, что обелиск этот – живой. Он будто бы пульсировал в такт ударам моего сердца.
Он манил и пугал одновременно.
Я остановился и огляделся.
Тишина набросилась одновременно со всех сторон, глубокая и оглушительная. В этом склепе, в этом царстве мрака и покоя, не было места живым. Я тут – нежеланный гость. Я – угроза.
Осознание пронзило мозг и в этот самый момент со всех сторон послышались голоса. Тихие, полные отчаяния и мольбы. Они пронзали мозг, точно раскаленные иглы, ввинчивались в сознание просьбой о помощи, жаждой жизни, воплем о милосердии.
Я со стоном покачнулся и сделал шаг вперед, по направлению к обелиску.
- Хрен… тебе! Не сделаешь… нас… едиными!
Наверное, от боли я не смог придумать ничего умнее тупой шутки, понятной любому геймеру, а после этого – обрушил копьё на матовую поверхность.
Как только наконечник коснулся гладкого камня, по тому пошли трещины, и обелиск разлетелся на куски, обдав меня крошевом.
А вслед за этим стихли и голоса.
- Юный экзекутор, - услышал я тихий голос за спиной, - твой Судия недостаточно хорошо тебя обучил, что прискорбно. Следовало бы ожидать подобную некомпетентность от мальчишки, не разменявшего и первый десяток тысячелетий, и всё же лицезреть столь вопиющее мещанство от того, кому предстоит взойти на сцену… неприятно. В очередной раз убеждаюсь, сколь же сложно отыскать человека в толпе тараканов, мнящих о себе невесть что. И поражаюсь глубине падения нравов. Поистине, наша вселенная движется к своему бесславному концу.
Наверное, стоило дернуться, испугаться там, или удивиться, но я, если честно, именно к чему-то такому и был готов, а потому повернулся медленно, спокойно, можно даже сказать, вальяжно.
- Н-да-а, - протянул я, уставившись на говорившего.
Если честно, жизнь меня к подобной шняге точно не готовила.
- Дружище, скажи, что не планируешь ставить мне анальный зонд.
В паре шагов от меня стояло невысокое серокожее существо с большой головой и здоровенными глазищами. Где-то я уже видел нечто подобное, но, хоть убей, не мог вспомнить, где именно.
- Не уподобляйся плесени, смертный, - отозвался плод моей воспалённой фантазии, - не заставляй переосмысливать твою роль.
- Да я, вроде, не рвался в актёры, – пожал я плечами. – Скажи лучше зачем притащил меня сюда. И кто ты такой? И, кстати, как смог обойти защиту, выставленную нашим артефактором и хомяком-экстрасенсом?
- Чародей силен, но чересчур высокого мнения о своих возможностях, а зверь – это зверь, - помедлив, ответило существо. – Ни один из них не ровня мне и не заслуживают внимания. Так, массовка. Предсказуемая и скучная.
- А я, стало быть, другое дело?
- О да, иномирянин, ты
