комнаты, аккурат там, где открывался портал в Пар-вален.
Вторая свеча потухла.
- Ответ неправильный. Я вознесу тебя к свету софитов, сделаю истинным героем трагедии.
- А если я не захочу?
Демон улыбнулся, отчего в комнате сразу потемнело, а после факелы начали один за другим тухнуть.
- Ты не понял, смертный. Это не просьба. Я не предлагаю тебе выбор.
Третья свеча потухла.
И в этот самый миг в дверь точно ударили тараном. Она затряслась, но выдержала, ещё две свечи погасли, и тьма – липкая, густая и живая – протянула ко мне свои щупальца.
Было страшно, просто дико страшно и больше всего пугало бессилие. Не знаю для чего именно я нужен монстру, но уверен в одном – ничего хорошего от неё ждать не стоит!
Ещё она свеча потухла, и мне пришлось отступить почти в центр комнаты.
- А пошел-ка ты на хер, тварь, - процедил я.
- Храбришься, - констатировал факт демон. – Думаешь, что сон безопасен. Фатальное заблуждение, о юный лицедей. Мир грёз – моя вотчина, я тут господин и повелитель. И тебе очень повезло привлечь моё внимание, оно дарует величие, делает легендой. Покорись и займи место, дарованное моим величием.
- Иди. На. Хер.
Я стиснул зубы и встал в стойку.
Да, от ужаса едва не подгибались колени, и я отчетливо понимал, что тварь серьёзна. Не знаю зачем ей понадобился искажённый, но ничего хорошего от подобного существа ждать не приходилось. Но в одном не было сомнений: заключу с ним договор - и стану рабом, после чего смогу забыть о возвращении домой. Не думаю, что эти Слепцы сильно лучше пожирателей, есть сомнения на сей счёт.
Демон усмехнулся и вытянул вперёд правую руку.
- Ты уверен в своих словах, о вагант умирающего мира?
Еще две свечи погасли, и я остался на маленьком пятачке света, окруженный со всех сторон клубящейся и шевелящейся массой тьмы.
Я затравленно смотрел на трепыхающееся пламя последней свечки, отчётливо понимая: вот и всё, отбегался.
- Последний шанс, - предупредил демон. – Склони колени, поклянись в верности и будешь жить.
- Поешь говна, - в последние секунды жизни мне почему-то вспомнилась брань Сюин.
А что, весьма к месту.
- Ты сам выбрал судьбу.
Гуманоид сжал пальцы в кулак и…
И ничего не случилось. Свечи она за другой начали зажигаться, а в следующую секунду я услышал знакомый голос.
- Убирайся отсюда.
Я задрал голову, и я с трудом сдержал восторженный крик. Под потолком завис Айш-нор и в его алых глазах сияла чистая, ничем нескрываемая ярость.
- Прочь, слепец. Оно – моё!
- Или что, о воскресший архидемон? В тебе сейчас сил как в котёнке, - глумливо отозвался Слепец. – Ты даже не поцарапаешь меня в царстве грёз.
- Я – нет, - ничуть не смутился Айш-нор, - но мне и не понадобится, всё сделает он.
А в следующий миг Слепец вдруг страшно заорал и начал истаивать, а тьма ринулась прочь, разгоняемая ярким солнечным светом.
Перед глазами все закружилось, мир превратился в калейдоскоп, и я…
***
- Открыл глаза! – радостный крик Морвин ударил по барабанным перепонкам, и я, застонав, осмотрелся по сторонам.
Ночь всё так же царствовала в мире, хотя луны, кажется, слегка сдвинулись. Стало быть, пару часиков всё же прошло.
На груди сидел, распушившись и яростно сверкая глазами, Чуча.
- Малыш, это ты меня вытащил?
- Пи!
Я слабо улыбнулся.
- Спасибо, ты мне жизнь спас.
Проклятье, это ж надо было нарваться на доморощенного инфернального Фредди Крюгера. Кто ж знал, что эти Слепцы – мастера атак в сновидениях. Кто вообще знал, что они ещё бегают по Дамхейну и я со своей охрененной удачей нарвусь на одного такого.
Вот только… А точно ли Чуча сделал это? В самый последний момент я отчётливо различил, как искажённые болью губы сложились в довольную улыбку, а ушей как будто бы достигло слово: «принят». Может быть, мне показалось, но что, если нет? Что, если передо мной разыграли спектакль, и герои отнюдь не побороли монстра?
Да, он пропал, но я не чувствовал никакого облегчения, потому что был почти уверен – мы не победили, нам позволили выиграть.
Не знаю, до чего бы ещё я додумался, но в этот самый момент самокопания прервало не слишком деликатное потряхивание.
- Ты помнишь где находишься? – надо мной появилось лицо Иоганна, и выглядел охотник крайне встревоженным.
- В чёртовом заповедном лесу.
- Бывшем заповедном лесу, - поправил он меня. – Что случилось?
Отвечать не пришлось, потому как в беседу включился Айш-нор.
- Слепец, опасный, древний, сильный. В сон Александра он вошел, в его мир скрытый, иллюзорный тропинку тонкую нашел.
Охотник выглядел обескураженным. Он с сомнением покосился на архидемона и переспросил:
- Слепец? Быть не может! Я уже семь десятков лет не слышал ничего о них. Думал, что Лорды-демоны и владыки снов давным-давно покинули Дамхейн.
- Один остался, стало быть.
Я со стоном сел и огляделся по сторонам. Посмотрел на испуганные лица близнецов, Шутницы и даже Ганьи, взглянул на хмурящуюся Сюин, посмотрел на мрачного Иоганна.
- Может, эта тварь и жила тут все время? – поинтересовался я.
- Исключено. Тут точно обитал дух, - покачал головой охотник. – В таких вещах ошибки невозможны. Скорее всего, демон пришел в лес уже позже.
- А на кой ляд полез ко мне?
- Не забывай о своём даре, - подала голос Ананда, - проводники, значит, очень редкие и ценные контракторы.
- Но я же уже заключил договор с Айш-нором. Сомневаюсь, что его можно взять и переписать.
- Контракт священен, нерушим, - согласился архидемон, - но всё ж и он ведь одолим.
У меня неприятно засосало под ложечкой, и я хотел уже было задать вопрос про болтовню демона о театре и сцене, но в этот самый момент в черепной коробке раздался голос Айш-нора:
«Молчи! Не смей ты говорить! Нас всех ведь можешь погубить!»
И звучал ворон достаточно обеспокоенным для того, чтобы я не делал глупостей, а спросил:
- Как это?
- Ментальное подавление, - охотник протянул руку, помогая подняться, и я со стоном принял вертикальное положение, с трудом держась на ногах.
Мир вокруг кружился как после хорошей такой попойки, в висках
