— Ты не можешь этого сделать, — сказала Ирина. — Ты же говорила, что это подарок генерала. Не нравится мне это. Получается, что он разговаривает с похитителями, а…
— Недавно ты говорила обратное, а теперь…
— Сейчас я подумала, — обратилась к Эдуарду Ирина, — и поняла, что он играет. Не верю я, что он встречался с похитителями. Уж больно у него все легко. Думаю, не зря ли мы вообще сюда приехали?
— Твой отец нас и подтолкнул к этому, — напомнил Эдуард.
— Меня никто не подталкивал, — улыбнулась Катя, — я сама решила. Хотя если бы вы не согласились, не знаю, решилась бы я.
— Надо думать, что делать сейчас. Не знаю, как вы, а я уверен — янки в какую-то свою игру играет. И нам надо что-то делать, — сказал Эдуард, — а то мы запросто можем попасть в непонятку.
— Слова-то какие! — Ирина покачала головой. — Раньше ты так не говорил.
— Раньше я и в Индии не был.
— Что делать будем? — спросила Ирина. — Может, в посольство обратиться?
— Пока не стоит, — сказал Березин. — Но думать надо. А то дело может плохо закончиться и для нас.
— Умеешь ты утешить, — вздохнула Ирина. — А о чем американец говорил?
— О кольце, которое мне генерал Аллен подарил, когда мы нашли убежище пирата Бадензе. Я не раз думала, что его кто-то постарается забрать. Теперь я готова его отдать.
— Но скорее всего Сашку не отпустят и нас не выпустят. Вот что, вам надо брать документы и ехать в посольство. Конечно, можно было бы попробовать лететь из Индии, но не верится, что вас просто так отпустят. Сама подумай, Катя, к тебе приезжал человек по чужим документам, потом появляется второй. Где первый, неизвестно. Вспомни, кто подсказал вариант освобождения Сашки? Янки. Ведь он начал разговор о том, что можно обойтись без выкупа и лучше самим лететь в Индию, а там у него есть знакомые, которые помогут.
— И папа поддержал его, — напомнила Ирина, — чему я, признаться, удивилась. Катя, твои родные были против…
— Кроме деда. С одной стороны, я понимаю, что это чистая авантюра, а с другой — даже приятно. Наверное, склонность к авантюризму во мне от прадеда графа Мирославского.
— Надо что-то делать сейчас, чтобы это приключение не стало последним. Поэтому вам надо отсюда улетать, — заявил Березин.
— Даже не думай об этом, — возразила Катя. — Я не уеду, пока не увижу Сашу. Не думала, что в наше время есть люди, которые могут…
— Для меня его решение стало полной неожиданностью, — перебил ее Березин.
— Хорошая новость! — громко сообщил подошедший Джон. — Через два дня мы увидим вашего друга. Держите. — Он протянул Кате телефон. Она взяла его.
— И что?
— Там все объяснят.
Телефон проиграл восточную мелодию. Катя сказала:
— Да.
— Графиня, вы говорите по-английски? — послышался в трубке мужской голос.
— Что вы хотите? — по-английски спросила она.
— Хотите вы, а мы предлагаем. Александр Булавин у нас. У вас есть кое-что нужное нам. И мы предлагаем обмен. Вы нам кольцо, мы вам живого Александра. Вас устраивает такое?
— Какое кольцо?
— То, которое вы нашли в убежище капитана Бадензе. У вас есть время подумать.
— Я хочу услышать голос Александра. Кроме того, я не взяла с собой это кольцо, следовательно, его надо доставить в Индию. Конечно, можно сделать проще…
— Как?
— Вы отдаете нам Александра, мы улетаем, и в Москве я отдаю кольцо. Иначе я не знаю, как…
— В Москве ваши родственники отдадут кольцо, если об этом попросите вы?
— А ваша мама отдала бы то, что принадлежат вам и стоит большущих денег?
— Не думаю. Конечно, если бы мне угрожала опасность, тогда…
— В этом случае она просто обратилась бы в полицию. А учитывая, что мой дед офицер спецназа…
— Вы умеете рассуждать здраво. Пойти на ваше предложение мы не можем. Значит, надо искать вариант, который устроил бы обе стороны.
— Я предлагаю вам поверить мне и обещаю: я отдам кольцо. Но боюсь, что вы не отпустите Сашу, боюсь за свою жизнь и за жизнь моих друзей. Но я никогда не вру.
— Я свяжусь с вами позже.
— И не забудьте о моей просьбе. Я хочу услышать голос Александра.
— Я вам позвоню. — Телефон отключился.
— Что? — в один голос спросили Ира и Эдуард. Джон стоял молча.
— Саша, говорят, жив, и им нужно кольцо. Я предложила вернуть нам Сашу сейчас, а по возвращении в Москву я отдам кольцо. Я его действительно отдам. — Катя взглянула на Джона.
— Почему вы говорите это мне? — спросил тот. — Поверьте, я сделал все, что мог…
— Как я поняла, вы имеете контакт с похитителями, и я бы хотела, чтобы вы убедили их в том, что я умею держать слово.
— Имею контакт не я, а мой товарищ. Смею вас заверить, он не бандит, но умеет… — Джон замялся.
— Зачем нам чужие секреты? — остановила его Катя. — Пусть ваш товарищ убедит похитителей в том, что я отдам кольцо.
— Обязательно скажу. Я видел в Москве это кольцо? — спросил Джон.
— Конечно, я показывала вам его. Помните, рядом с глобусом?
— Да, помню, — задумчиво ответил он.
— О чем ты постоянно думаешь? — спросил Басмач.
— Фотография этой женщины. — Скиф достал снимок. — Вот она.
— Да ты ее показывал. И что? Мало ли их по белу свету! Ты ее знаешь?
— Да в том-то и дело, лицо знакомое, видел я ее где-то, а вот где, не вспомню. Да и глаза у нее грустные. Знаешь, Курбаши… или Басмач, ты уж определись, как тебя называть, — усмехнулся он, — я впервые в жизни почувствовал беспокойство за кого-то. И не знаю почему. Может, просто давно в России не был, может, соскучился по русским женщинам… или глаз таких никогда не видел. В моей жизни бабы на час-полтора были. Раньше молодой был, впервые женщину в двадцать лет попробовал. Обманула меня та сучка. Я себе слово дал ни с кем тесно не общаться и платил проституткам. Потом, сам знаешь, здесь выбирать особо не приходится. Наверное, поэтому ее глаза, — он кивнул на фотографию, — меня и задели. Парень тот, видно, любил ее. У него не одна ее фотография. А он, похоже, попал крепко.
— Ты об этом рассказывал. Но вот что объясни: на кой хрен тебе нужна эта головная боль? Ведь ты не в России, ты тут никто и звать тебя никак. В России, кстати, тебя вполне могут и привлечь за то, что ты…
— Хорош, Юсуп, — остановил его Скиф. — Я тебя ни о чем не просил. Так что давай вали отсюда, но если кому вякнешь, я тебе…
— Не гони лошадей, Андрюха, — усмехнулся Басмач, — мы с тобой воевали вместе не раз, и жизнь ты мне спас. Я же понял, что ты не просто так влез и пойдешь до конца. А я хочу, чтобы ты перестал лезть…
— Все, отвали. — Юсуп вышел. — Не она в беде, — пробормотал Скиф, — а тот мужик, это его дела.
