...Архив приюта располагался под землёй, в отличие от библиотеки. Спустившись в архив, Кинг оказался в тёмном зале, уставленным десятками шкафов. Эти шкафы создавали причудливый лабиринт, где можно было, без особого труда, заблудиться. Для того чтобы работать в архиве, нужно было разбираться в этом лабиринте шкафов. Документы из архива выносить не разрешалось и те, кто хотел работать с ними, должны были заниматься этим делом в специально отведённом закутке.
Главный архивариус встретила Кинга весьма... нелюбезно, словно он пришёл в архив с факелом и постановлением от братьев-экзекуторов о сожжении всех книг и рукописей, как «морально устаревших и ненужных для развития будущих поколений, знаний». Впрочем, Кинг уже понимал, что его с цветами и конфетами встречать никто не будет. За пару прошедших дней он узнал о некоторых особенностях работы Пендрагонов гораздо больше, чем за всю свою жизнь.
- Прошу прощения, - проговорил он, подавая архивариусу пергамент. – Мне нужна копия этого документа.
- Откуда это у тебя? - поинтересовалась Лиддит Табирис, осторожно повертев в руках пергамент.
Кинг чуть-чуть помедлил с ответом, внимательно рассматривая Лиддит. Высокая, статная женщина, настоящая красавица, сохранившая своё очарование даже после того, как ей исполнилось сорок пять. Огненно-рыжие волосы без малейшего следа седины, гладкая кожа на лице и руках, без морщин и пигментных пятен. В приюте шептались, что Лиддит – ведьма, и поэтому она не стареет. Кинг в эти слухи не верил. Лиддит была женой Афанасия, главы братьев-экзекуторов. Они развелись двадцать лет тому назад, когда Афанасий решил связать свою жизнь с братьями-экзекуторами . А поскольку Афанасий начал свою карьеру как раз в рядах «охотников на ведьм», то он лучше всех знал, ведьма его жена или нет.
- Так, где ты взял этот пергамент? – переспросила Лиддит. – Говори!
- Этот пергамент я нашел в руке убитой сегодня Фиалки. Видимо её убийца спешил и не проверил – всё ли он отобрал, или нет. Пендрагон меня попросила достать копию этого документа, поскольку она сейчас занята спасением жизни Госпожи Нафки и Джейн.
- А с ними что случилось?
- Их пытались убить. Напоили «белым уксусом», - Кинг уже решил, что ничего не случится плохого, если он расскажет Лиддит правду. – Но вот им повезло, они выжили.
- Ясно. И Пендрагон решила, что лучше спасать тех, кто жив, чем тех, кто может умереть. Ну что ж, это её право, - с очень хорошо скрытой ноткой презрения сказала Лиддит. – А что сама-то Пендрагон думает о происходящем в приюте? Она собирается уничтожать этого вампира или ей на это наплевать?
- Пендрагон уверенна, что настоящий вампир обвёл всех нас вокруг пальца и продолжает это делать, - мило улыбнулся Кинг. – К счастью, когда человек считает всех, вокруг себя, дурачками, то он забывает про осторожность. То же и с вампиром. Он забыл о том, что в этом мире ум водится не только у него...
- Надеюсь, что твоя Пендрагон не дурочка, - протянула Лиддит. – Ну что ж, пошли, по-смотрим, что это за документ такой.
- А Фиалка была тут сегодня?
- Была. Она сидела за тем вон столом с Барретом. С милейшим Барретом.
Последние слова Лиддит выделила как-то очень уж... особо. Кинг припомнил, что и Эллинсон, примерно так же называл своего непосредственного начальника. Да и Камерон Гранит что-то подобное говорил.
- Интересно... И о чём они болтали? – поинтересовался Кинг.
- Да уж понятия не имею, знаешь ли, не подслушивала, - пожала плечами Лиддит. – Знаю только то, что сидели они здесь очень долго. Говорят, что Афанасий к вашему отцу частенько заходит?
- Недавно у нас в замке был.
- Хм... Тогда передай ему, что пока он занимается таненнбег, у него под задом творятся не менее интересные дела.
- Передам.
Лиддит быстро проверила несколько шкафов и выудила из одного из них толстый том.
- Это списки всех подкидышей, наверняка этот пергамент вытянули отсюда. Никакого почтения к документам нет! – проворчала она, перелистывая книгу. – И зачем ей понадобилась такая старая книга? Это списки двадцатилетней давности.
Кинг прищурился, чувствуя, что напал на чёткий след. В отличие от Лиддит он кое что знал. Упоминаемый в документах Обсидиан был одним из охотников на вампиров. И именно он убил семью вампиров в Усатом Бурге. Скорее всего, у него не поднялась рука на ребёнка ламмий, видимо он подумал, что убивать его будет несколько... неосмысленно. Ведь младенец ещё не успел ничего плохого сделать окружающим. И, судя по всему, Обсидиан сдал ребёнка в приют. А там ребёнок вырос в... Опять Госпожа Нафка! Кроме неё не на кого думать! Навряд ли Фиалка стала так яро реагировать, узнай она какие-то подробности юности других воспитанников приюта.
- А копия этого документа есть?
- Бюрократия – это признак высокоразвитой цивилизации. Найдём, - Лиддит посмотрела за плечо Кинга и горестно вздохнула. – Добро пожаловать, уважаемый Баррет.
- И я рад видеть вас, уважаемая Лиддит, - мило улыбнулся появившийся в проёме между шкафами полный мужчина. – Как ваше бесценное самочувствие?
- Не жалуюсь, - с холодком сказала Лиддит. – Баррет, может мне вам здесь, в архиве, постель постелить? В вы последнее время тут жить начали. Третий день уже в архиве сидите.
- Нет-нет, - поднял руки Баррет. – Спать, тут у вас особой охоты нет. По ночам очень уж крупные комары летают.
Меньше всего на свете Баррет походил на руководителя братьев-экзекуторов. Низенький, толстенький мужчина, совершенно лысый, если не считать тонкой косицы из заплетенных волос на макушке и точно такой же косицы, на подбородке. Одевался он, правда, в невероятно дорогие одежды работы эльфов, да и парфюм у него был дорогой и очень агрессивный – просто таки «нападающий» на обоняние собеседника.
У Кинга Баррет вызывал какое-то... неприятное ощущение. Нечто вроде брезгливости. Хотя это могло быть просто такое отношение к братьям-экзекуторам в целом.
Основной религией Эноэна была вера в Авонавилону – Великого Духа, создавшего Эноэн. Согласно священным книгам, Авонавилона создавал Эноэн не один, ему помогали те, кого звали Демиургами. Затем, как водится, часть Демиургов восстала против своего создателя и он, обидевшись столь подлому поведению, наслал на Эноэн бедствие известное как Великий Потоп. Это бедствие, в самом деле, имело место быть в Эноэне, что подтверждалось бесчисленными геологическими и археологическими находками.
Пережить Великий Потоп, как уверяли служители Авонавилоны, смогли только верные Авонавилоне. С того времени эта религия расползлась по всему миру, хотя кое-где оставались участки, где всё ещё правило язычество. Те, кто исповедовал эту религию, усиленно вгоняли в головы своих прихожан идею о том, что вся власть – от Авонавилоны. И спорить с такой властью было нарушением законов Авонавилоны. А ведь именно за нарушение этих законов, в своё время, на Эноэн и обрушился Великий Потоп!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
