к этим самым мавкам.
По дороге в учебный корпус я так же пыталась что-то черкануть к своим фантазиям, приписывая этим чудищам всё новые и новые прегрешения. Поэтому некий вопль и стенание не сразу дошли до моего мозга. Оказывается, всё весьма прозаично — перед стендом с объявлениями стояло несколько человек, с любопытством смотря на бесплатное представление.
А дело было так: в это утро ничего не предвещало беды, и студентка второго курса факультета бытовой магии Русана Жданкова решила осчастливить широкую общественность, появившись на лекциях. Во время того, как она проходила мимо стенда, взгляд её зацепился за собственную фамилию. Которую она обнаружила в списке на… да! Всё верно! В списке на практические занятия бытовой магией в школьной столовой. Ведь ничто не может быть лучше, чем своей магией приносить пользу обществу. Вот, к примеру, те же самые некроманты, ну какой профит с того, что они уничтожат пару упырей, которые и не мешали-то сильно никому? Не то, что бытовики — они тебе и ужин приготовят, и посуду помоют, любо-дорого смотреть. А самое главное — всё с помощью магии, не так тебе просто возюкая мочалом по кастрюлям.
Так о чём это я? Стоит, значит, Руська наша и голосит, что есть мочи. Мы с девочками прислушались, и так выходит, что недовольна Руська-то тем, что её работать заставляют.
— Нет права такого, нас работать на благо Школы заставлять! Я батюшке отпишусь, поведаю за самоуправство такое! Уж он не спростит обидки, к директору пойдёт! А то, ишь чего Славина удумала — нас в работный труд отдавать! Не было такого уговору, когда я сюда учиться приехала! А батюшка мой — советник князя Ярославского! Не последний человек в городе!
— Какой ещё «работный труд?» — пыталась призвать её к здравомыслию смутно знакомая мне студентка — коли это практика? Так она у всех есть. И у заклинателей, и зельеваров, да и у некромантов тоже! Профессор Велизар Унимир нас, стихийников, и вовсе каждую неделю заставляет практические работы ему сдавать…
— А я не для того учуся, чтобы магом стать! — выставила ножку в сафьяновом сапожке Руся — Батюшка с братцем обещалися замуж меня выдать опосля Школы-то! Уж кому приятственно будет сказать при случае, что жена-то его не только заботливая да хозяйственная, просто волшебница, так она и взаправдава самая что ни на есть колдунья. Большая честь это супружнику моему, так что есть шанс у меня хучь за князя пойти!
Руся стала в самую горделивую позу, так что всем нам, простым людям, стало понятно, что нам-то уж точно ничего не светит так выгодно выйти замуж.
Подошедший Вадик насупился, когда заметил себя в «позорном списке».
— Русана права! Нету такого права издеваться над нами по-всякому! — исподлобья посматривая на виновницу скандала, пробурчал он.
Проходящий мимо профессор травознания Ратислав Пересвет, скорее всего, придерживался той же точки зрения, что и бытовики. То есть, что «горбатиться на кухне западло». Во всяком случае, он заверил собравшихся в том, что они совершенно точно не обязаны это делать. Вместо этого они просто гордо собирают свои пожитки и отправляются по домам. Поскольку, раз уж они категорически против того, чтобы выполнять практические работы по профильному предмету, держать их дальше в Школе не имеет смысла!
Жёстко он, однако! Руська вся побелела, затем покраснела, в итоге не нашла, что сказать, и удалилась гордой лебедью. Вадим как-то весь съёжился под взглядом Васьки, и бормотал, что уж кто-кто, а он-то напрактиковался в своё время вдосталь — и когда наводил порядок в моей квартире после того, как сосед меня обворовал, и после того, как мы залезли в заколоченный флигель Школы, и даже в доме моих родителей…
— Вот и славно! Будешь лучшим на курсе! — Васька похлопала жениха по плечу, и отчалила.
Через два дня, в то время, когда в столовой проходило практическое занятие у бытовиков, собралась, казалось, целая Школа. Во всяком случае, намёки профессора Вышенега о том, что ничего такого особенного мы не увидим, пропали втуне.
Васька была тут для того, чтобы поддержать Вадика, ну а мы просто за компанию, так сказать. И вот, свершилось. Русана выплыла из буфета с кокетливым чепчиком на голове, и немного нервно стала смахивать грязную посуду в таз, который плыл рядом с ней. Следом вышел крепкий молодой человек. которого я не видела раньше, с некоей печатью дебильности на лице.
— Сын псковского наместника. Лучший студент на курсе — шепнула нам та девчонка, которая отчитала Руську совсем недавно.
На кухне послышался звон посуды, и сдавленные рыдания, после чего Русана пулей вылетела из кухни, на ходу сдирая ненавистный колпак.
— Незачёт! — равнодушно бросил их преподаватель — Через неделю пересдача.
Вадим, чья метла собирала мусор в дальнем углу, отвлёкся на минуту, открыв рот на это зрелище, в результате чего довольная метла снова разбросала мусор по углам, как и было.
Мы с Кариной сжали кулаки, мол «но пасаран». Меня ждала уникальная в своём роде сдача реферата.
Кстати, всё прошло гораздо проще, нежели я себе представляла. Достаточно было просто подойти к столу Велиславы, положить тетрадь, и пробурчать что-то в роде: «Моё представление о проблеме мавок в современном мире».
Директор шёл по гулким коридорам Школы. Быть может, кто-то внимательный, встретивший Ладимира Велибора, мог бы предположить, что он был взволнован, или того хуже, даже расстроен. Но нет. на самом деле, волшебник был не более, чем просто удивлён. Директор прислушался к себе, быстро поймал яркий огонь магии Велиславы. Она находится в одной из лабораторий, вещает что-то своим ученикам.
Ладимиру всегда было не совсем понятно её трепетное отношение к молодым магам. Если магического потенциала у них было не слишком много, по сравнению с его собственным, то директор не считал нужным уделять таким массу внимания…
Он зашёл в аудиторию. Неровной стопой лежали сданные рефераты… Когда зашла профессор боевой магии, директор увлечённо читал одну работу.
— Ладимир? Доброго дня, директор! Что привело вас ко мне? — профессор улыбнулась своему учителю.
— Привело? — поднял голову от реферата он — Ах, да! Дошли до меня слухи о неких улучшениях для простого люда, которые, якобы, исходят от ведьм. Причём, сам советник князя Фёдора нынче утром спрашивал у меня, не могли бы мы и в его тереме сделать «прогресс». Если нам не трудно, конечно. Ну, и как? Нам не трудно?
— Да, в общем-то, нет… дело в том, что Тёмное Дитя, Маша, она сопоставила факты, и пришла к выводу, что магия уходит их этого мира. Так что решила немного помочь, внедряя прогресс. Я посчитала примерно… ожидается неплохая экономия на артефактах, да и прочей бытовой магии.
Директор покачал головой. Не то, чтобы он плохо относился к тому миру, в котором когда-то родилась Велислава, просто… за все те годы, что он себя помнил, магия его ни разу не подводила, струясь по его венам и наполняя силой. Ладимир, конечно, понимал, что всё конечно, и его жизнь тоже, но не мог это представить… однако, он не стал запрещать своей ученице возиться со студентами. Он по-прежнему рассчитывал на то, что девочки помогут в исполнении его задумок.
— А что за работу вы читаете? — поинтересовалась вдруг Велислава.
— Да вот, как спастись от мавок. Оказывается, для того, чтобы уйти от этой нечисти, которая нападает на мужчин возле рек и болот, стоит просто переодеться в милую барышню. А ещё лучше, не гулять близ рек и болот.
— Ну… — профессор долго подбирала слова, прежде чем ответить — отчасти всё это верно…
Дни шли за днями, ощутимо похолодало, и вот уже по земле мела позёмка из мелкого и сухого нечто. Проснувшись в один день, мы увидели, как садовник Святобор тихо ковыляет по дорожкам, разметая их от снега. Наша задумка с «прогрессом» дала свои результаты, и пользователи были в абсолютном восторге от подобных новшеств. Только лишь держатели лавок артефактов были немного сердиты, но и тут выкрутились. Помнится, что Людмила рассказывала о том, что они придумали свои схемы для продажи товара.
Был у нас и ещё один момент, о котором я тоже не могу не рассказать — однажды Лада попросила нас привезти ещё одну швейную машинку — с той, что есть они, мол, не справляются. Оказалось, что работать руками для неё стало совершенно не зазорно, и даже престижно.
Вроде бы,
